не надо поступать. Но сколько стоило ему совершить глупостей и ошибок, чтобы извлечь из этих событий уроки…
Сдержанная и лёгкая улыбка Андреса Клайда. Серьёзное выражение лица Маргариты, чьи синие очи, несмотря ни на что, всегда смотрели на него с заботой. Спокойный и безмятежный взгляд Глории. Но это картина сменилась на её погасающий облик. Он помнил то мгновение до мелочей. Помнил, как сжимал меч в руках, и как с трудом поднял взор на Глорию. Помнил её растерянный взгляд, который быстро потух. Помнил её бледные губы, которые окрасились в тёмно-алый оттенок от проступающей крови. Помнил последнее прикосновение, после которого она рухнула замертво...
Из неприятных и липких раздумий Генри вытащил звук быстрых шагов. Сапфировые глаза уцепились за золотые локоны Марата. Парень испуганно оборачивался по сторонам, что-то пряча за спиной. И стоило их взглядом пресечься, как Марат испуганно вздрогнул и пошёл намного быстрее, скрываясь за поворотом.
– Марат, погоди, – громко и властно произнёс Генри. Этот тон, безусловно, заставил парня застыть на месте. Он даже дышать боялся, что уж говорить про движения.
Генри быстро оказался рядом с парнем и оглядел его. Лишь продолжительное молчание заставило Марата обернуться на короля. Его золотые глаза покорно опустились, а губы невольно поджались.
– Куда-то уезжаешь? – поинтересовался Генри, заметив сумку с вещами.
– Вероника меня не любит. Он не желает меня видеть, – с трудом выговорил Марат дрожащим голосом. – Поэтому я и ухожу. Я не оправдал Ваши ожидания, я всё понимаю. И нагло, наверное, ещё и вещи забирать.
После этих слов Марат опустил сумку на пол. Генри на это лишь тихо вздохнул и осмотрелся по сторонам.
– Герент, – подозвал он к себе стражника, на что тот с поклоном подошёл к ним.
Марат тихо выпустил воздух из лёгких, уже готовясь к тому, как его выставят за дверь.
– Прошу, отнеси сумку юного Марата в его покои, – спокойно, но по-прежнему властно отдал приказ стражнику Генри.
Парень непонимающе глянул на короля, который проводил взглядом солдата, а после перевёл сапфировые очи на Марата.
– Пойдём. В коридоре не очень удобно говорить, – позвал Генри юношу.
Парень чуть скривился, но пошёл за королём, который направился на небольшой балкон, что сейчас пустовал. Генри неспешно подошёл к перилам и опёрся на них. Марат остановился в нескольких шагах от правителя, после чего взял ладонь в ладонь. Напрягая мышцы, он пытался успокоить нервы, которые часто настигали его.
– Зачем Вы это сделали? – тихо спросил Марат, не поднимая взгляда на мужчину.
– Если ты про то, что я не дал тебе уйти, то ответ крайне прост, – спокойно начал Генри, чуть наклонив голову в сторону. Он всё смотрел вперёд, вглядываясь в красоты сада.
– Почему я? Почему Вы выбрали именно меня? – задавал вопросы Марат, сжимая пальцы в руке сильнее. – Я был неприметным ребёнком. Воспитатели никогда меня не замечали, не хвалили...
– Судя по вопросам, мне придётся раскрыть небольшой секрет того, как дети из детских домов оказываются в замках правителей и графов, – размеренно начал Генри, что заставило Марата придвинуться чуть ближе. – Дело в том, что правители и вправду гнилые Наследники, и просто так благотворительностью заниматься не станут. Я взял тебя по двум…, нет по трём причинам, хочешь их знать?
После этих слов Генри обернулся, чтобы посмотреть реакцию парня. Марат же проморгался и чуть мотнул головой. В глазах правителя невозможно было что-либо прочесть, что вводило парня в смятение ещё больше.
– Да, – всё же решился выговорить он, после чего едва заметно вздрогнул.
Генри полностью повернулся к парню и уже опёрся спиной о перила.
– Знатный род. Так или иначе, детей, которых берут себе правители, либо происходили из знатных родов, либо их родители были очень близки к государям. И ты не исключение из этого правила, – сделал паузу Генри, на что Марат поёжился. – Твои родители были близки мне. Я редко мог завести с кем-либо дружбу, и именно они стали исключением. Я легко нашёл общий язык как с Ариеттой, так и с Лаимом. Они меня поддерживали и никогда не осуждали, а я, в свою очередь, тоже им помогал. Так, простое семейство Агатовых попало в Столицу. Я дал им работу в своём королевстве. Мало кто предполагал, что именно Агатовым я доверял то, что не мог доверить другим. В скором времени, чтобы помочь мне, они занялись шпионажем. Ариетта прекрасно выведывала любую информацию благодаря своей доброте. Лиам всегда действовал чуть жёстче, но никогда не переходил черту. Их руки ни разу не испачкались в крови, несмотря на такую работу.
Марат уже с трудом сдерживал слёзы. Ком не давал спокойно дышать. Его родители... Он абсолютно ничего не знал о них и иногда даже забывал, что кто-то его породил. Но Марат до последнего считал, что его бросили, оттого в нём разрасталась злоба, а правда была до этого непостижима. И именно эта мысль часто убивала его. А сейчас... Эти слова будто бы ранили сильнее. Совесть грызла его за былые мысли.
– Я отговаривал их, понимал, что ничем хорошим это не закончится, но Ариетта и Лиам хотели мне помочь и пренебрегли своей безопасностью, – чуть запнулся Генри, но скрестив руки, продолжил ровным голосом. – Вскоре они отправились в Авраду. Оттуда они больше не вернулись. В королевстве Ветра началась революция, и они попросту попали под руку. Никто так и не узнал про их работу, и я думал, что более никогда не услышу фамилию Агатовых. Но нет. Ариетта и Лиам долго пробыли в Авраде, из-за сложности задания, и за это время у них появился ребёнок. Мне они не сообщили эту весть. Почему? Если честно, сам не знаю. Но эту тайну они доверили лишь одному Наследнику, который спас тебя и принёс в тот самый детский дом…
– Натан, – тихо выговорил Марат, чуть кивнув, поняв, о ком идёт речь. – Он всегда относился ко мне хорошо. Я и подумать не мог, что уборщик спас меня...
– Натан был дружен с твоими родителями, поэтому помог тебе. Он принёс тебя в приют, и даже там не оставил одного. Натан тоже остался в детском доме, ведь прежней работы у него уже не было, – чуть тише произнёс король.
– Он пришёл, когда узнал, что смертельно болен? – догадался парень.
– Верно, — согласился Генри. – Натан
