- Я пойду с тобой, - его слова выражали важное обещание.
Боковым зрением принцесса Вер-птиц увидела, как Ниал скрестил руки и уверенно кивнул, соглашаясь. Ирк издал одобрительный звук, но ни Гуари ни Верика промолчали.
Сабрина не сомневались, что если отвернется от Барра ненадолго, чтобы посмотреть на их лица, то увидит у них также одобрение.
Никто из них не понимает.
- Ты не можешь.
- Ты уверена в этом? – Ехидно взлетела одна бровь.
Сабрина должна была рассердиться, но все, что чувствовала, была волна всепоглощающей любви, накрывшая ее. Не имеет значение, как раздражал его упрямый отказ понять их настоящее отличия, она находила его совершенно неотразимым.
Но она не позволит ему пострадать от иллюзии, что сможет ее сопровождать.
- Барр…
- Ты моя.
- Да.
- И я пойду с тобой.
- Мои люди могут убить тебя.
- Ты защитишь меня.
Он думал, что разозлит ее, но не понимал, сколько истины в этих словах. Ото всех Вер-птиц. Она единственная, кто может защитить его. Это был все же опасно.
- Я пойду, - в его тоне не была места для спора.
Сабрина не согласилась, но не стала перечить.
- Мне нужно много тебе рассказать.
- Наконец-то.
- Не предавай моего доверия.
- Ты моя суженая, подарок, который я никогда не отпущу.
Ох, он обрушил вину на нее и выглядел так, словно знал это.
- Мне жаль.
- Чего именно? Что для тебя я не настолько ценен и поэтому ты просто бросаешь меня? Что не доверяешь мне? Или что отказываешься принять моего волка? Грозишься забрать моего ребенка?
Глава 19.
Барру стало почти физически больно, когда с лица его суженой спала краска, а абсолютное удивление зажглось в ее глазах, где чернота зрачка поглотила карий цвет. Ведь в прошлый раз она приняла то, что значит быть суженой. Полностью.
Причиной всего – ее неспособность принять его волка. Несмотря на то, что лэрд понимал ее трудность, он не был тем Волком, который убил ее родителей или любых других Вер-птиц.
Он ее истинный суженый, единственный мужчина, живущий, чтобы подходить ей в пару и защищать ее, и она должна, черт возьми, осознать это наконец.
- Я … ты думаешь…
- Беременна? Да. Мой ребенок растет внутри тебя, - Барр не хотел думать о том, как она отреагирует, если ребенок родиться Волком и не человеком или Вер-птицей.
Теперь ее глубоко закоренелые и некогда оправдывающиеся предрассудки должны быть подавлены. Другого варианта не допустит.
- Но я … мои месячные …
Он никогда не видел, чтобы у нее не хватало слов. Это удивительно, только если бы было не из-за расстройства тем фактом, что она беременна его ребенком.
- Я Волк, не Ворон, но и у нас также есть особые способности. Твой запах изменился.
- Нет… не…
- Да. Я сразу же заметил это, - от заявления Ниала Сабрина резко развернулась к брату Барр.
- Как ты мог сказать изменился ли мой запах или нет? Мы никогда раньше не встречались.
- Запах моего брата смешался с твоим.
- Думала, ты имел в виду, что унюхал его запах на мне.
- Ты носишь его ребенка, и твой запах перемешался с волчьим.
Барр подозревал, но запутался в собственных чувствах и с уверенностью не мог сказать об этом.
- Ты не можешь этого знать, - она, спотыкаясь, попятилась назад… подальше от новости, которую сообщил его брат. – Способность перекидываться в Волка появляется только при переходе в совершеннолетие.
Все, что Барр мог сделать, это удержать себя от того, чтобы не схватить и не прижать ее к себе. Он сыт тем, что его суженая отдалялась от него, угрожая оставить его и отвергая сущность его природы.
Ниал пожал плечами.
- Мы всегда с братом были способны рассказать по запаху о тех вещах, что не могли другие.
Сабрина вновь повернулась к Барру, но уже с обвиняющим выражением лица.
- Когда ты понял?
- Три дня назад.
- И ничего мне не сказал.
Лэрд сжал челюсть, отказываясь говорить.
- Может быть, он хотел, чтобы ты решила остаться с ним без осознания, что беременна от него, - мягко произнесла Верика, окруженная безопасным теплом рук Ирка.
Барр сердито посмотрел на целительницу. Не могла ли придержать при себе свои наблюдения.
Но глаза Сабрины расширились от понимания.
- Мне жаль, - снова произнесла она.
Сейчас он предпочел просто кивнуть на ее извинения. Не имело значения, что побудило ее извиняться. Девушка пообещала вернуться, и суженый верил ее слову. Значит, она сделала выбор, решила остаться, не зная, что носит его ребенка.
- Я не хочу покидать тебя.
- Ты создана, чтобы предать моего брата и связь суженых. Крикты не должны быть настолько бессердечными к подаркам, которые дарует наша сущность, - голос Ниала оставался сомнений, что он до сих пор зол из-за обиды, которую она нанесла Барру.
Встретившись с глазами его брата, Сабрина взглотнула и кивнула.
- Ты прав.
- Значит, перестала отбрасывать нашу связь, как самое важное? – настаивал Барр.
Глаза Сабрины наполнились обидой и болью.
- Я сказала, что вернусь.
Значит, ей не нравилось, что сомневаются в ее слове. Не больше, чем и ему. А он не даст своей суженой покинуть клан без него. До того, как узнал, что она беременна, Барр так бы не сделал, но теперь у него нет выбора.
Конечно, Сабрина достаточно умная, чтобы осознать это.
- Ребенок внутри меня? Правда? – Блеск удивления в ее глазах смягчил его гнев.
- Да, - нахмурился мужчина, не расположенный верить в ее кажущуюся радость, учитывая ее отвращение к его волку. – Не стоит принижать слов моего брата. Вероятно, наш ребенок будет Волком.
- И он будет расти, веря в то, что крикты не отвратительны, - улыбка на ее лице была подобна солнцу, вышедшему после бури. И осветила комнату вокруг них, и Барр сжался от любви к единственной своей, но пришло время для откровений.
