он заставит меня стать тем самым старостой, чтобы свалить именно на меня всю ответственность за деревню, то в этом случае данный умник сильно ошибался. Так как я на подобное в принципе не пойду. Не говоря уже про желание вернуться на территорию деревни. Такого желания у меня до сих пор не было. И всё только из-за того, как местные жители продолжали относиться ко мне. Да, во время обмена они старательно делали вид, что я им интересен, и даже возможно полезен? Но на этом всё заканчивалось. Но теперь для меня это было не суть важно. Я нашёл ещё минимум три прохода на территорию деревни. Собаки изрядно постарались, подрывая забор. Всё заросло кустарником. И никому до этого не было дела. Стоит забор и стоит. Прекрасно. А то, что там дыра на дыре, это уже не суть важно. Они даже ворота сделать никак не могут!
Кстати… После моего совета, судя по всему, всё-таки кто-то решил заняться делом? Так как возле деревни, а именно возле разбитых ворот, я всё же заметил пару достаточно огромных брёвен. Ну, а что они хотели? У них других вариантов нет. Дело нужно делать. И теперь им придётся проворачивать такие дела. Я действительно указал им то самое место, где стояло дерево, у которого нужно всего лишь пару корней подрубить. И в данном случае они действительно имели возможность получить нужную им древесину. Я же просто выступил в роли своеобразного советника. И не более того… Однако в этом случае я, в первую очередь, думал именно о себе. И теперь был уверен в том, что даже если ворота и закроют, ночью я всё равно смогу пробраться в деревню. Даже если будут на вышках сидеть те самые крестьяне. Для меня было важно то, что я могу теперь всё-таки быть готовым к любой попытке управляющего как-то надавить на меня. Ведь мне нужно было запастись большим количеством тех самых тяжёлых стрел. Но для этого нужны были те самые наконечники. Конечно, кто-нибудь предложил бы мне попытаться передать ему те самые изорванные в хлам доспехи, чтобы этот кузнец сделал из этого металла что-нибудь полезное? Только вот основная проблема заключалась именно в том, что подобное было глупостью. Так как я не знаю того, кому именно они ранее принадлежали. И в данном случае просто нет смысла отдавать их на переплавку. Может быть они кому-то ещё нужны? И мне за их возвращение заплатят куда больше, чем я смогу выручить, банально отдав их кузнецу…
Ко всему прочему, стоит отметить и тот факт, что среди того хлама я обнаружил ещё и достаточно длинный меч. Не такой короткий, как бы у егерей. длиннее. Лезвие было где-то длиной больше метра. Точно не скажу. Добавьте сюда его рукоять, явно сделанную под хват двумя руками, и поймёте, что это оружие не для обычных воинов. Когда я попробовал им пару раз взмахнуть, то едва себе ногу не отрубил. Так что уже только поэтому можно было понять, насколько серьёзная эта штука. Весила она, сама по себе, килограммов под тридцать. Так что, уже только поэтому, можно было понять то, насколько это всё может быть опасным. Металл в нём был явно куда лучше, чем на моих наконечниках. Но кузнец всё же старался. Кстати… Звали его Степаном. Но все его просто называли кузнецом. редко кто вспоминал про имя. Не особо это было важно. А кто помнил о том, что я Семён? Для всех я был просто сиротой, или отбросом. Это сейчас они ко мне относились более-менее уважительно. А раньше других прозвищ в свой адрес я и не слышал. Так что можно понять разницу.
В этот раз отправляясь на встречу с деревенскими жителями, я опять подготовил упаковку товара, без лекарственных трав. Мне в этом посёлке они были ни к чему. Я не собирался отступать от своих принципов. Если уж решено, что я не торгую в этой деревне лекарственными травами, то так тому и быть. Кто бы там, что не говорил. Я понимаю, что они уже сами прочувствовали всё происходящее? И, вполне возможно, даже сами уже обо всём пожалели? Но меня это всё уже никак не интересует.
В этот раз, когда я приблизился к деревне, жители более-менее сгруппировались. С учётом того, что уже было сыровато, можно было подумать, что эти люди сейчас старательно жмутся друг к другу потому что замерзли? Но мне было нормально. Так как себе на плечи я накину безрукавку, которую уже сделал из куска шкуры той самой куницы, которая когда-то напала на меня в моей хижине. Также я утеплил и свою обувь. Так что, у меня была возможность чувствовать себя достаточно защищенным в отличие от них. Ну, а что? В данном случае меня тоже понять можно. К тому же, как я уже сказал ранее, одежда Татьяны, которую та пошила, уже сильно истрепалась. И я старательно нашивал сверху куски выделанной шкуры. В результате, в скором времени, те самые штаны, которые были на меня надеты, и ранее были из обычной ткани, оказались практически полностью из кожи. Точно так же и рубаха. По крайней мере, рукава и спина уже были покрыты кожаными вставками. Теперь у меня появилась и своеобразная безрукавка. На завязках. Что позволяло мне не переживать о том, что я, по какой-либо глупости, здесь банально замерзну. Что тоже немаловажно. Мой вид явно вызвал у этих людей своеобразный нервный спазм. Они тут же принялись удивлённо переглядываться. Особенно после того, как заметили возле крестика, висящий на ниточке, коготь того самого медведя, который, как я уже сказал, больше напоминал какой-то кинжал, чем коготь животного. Честно говоря, я его носил с собой просто для того, чтобы показать им тот факт, что я в чём-то могу быть опасен. Но не для того, чтобы постоянно его с собой таскать. Именно из-за этого, что подобный предмет банально мог мешать.
– А это у тебя что? – Удивлённо показал на коготь пальцем управляющий баронством, и даже вроде постарался к нему принюхаться, банально забыв поздороваться, чего раньше не было. – Ты зачем его на себя напялил?
– А зачем охотники на себя напяливают подобное? – Удивился я в ответ, напомнив ему о том, что так же часто поступают обычные люди, которые являются охотниками. – Вот убил его, и напялил на себя его коготь! Вообще-то этот медведь хотел подобраться ко мне. И явно не для того, чтобы поздороваться. Так что
