Ее голос эхом пронесся от стены к стене, а затем утих, уступив место шуму водопада. Миднайт была одна в этом сумрачном подземелье. Адон погиб, Келемвар исчез или, возможно, тоже был мертв.
Словно подчеркивая разочарование чародейки, свет, излучаемый кинжалом, внезапно потускнел и сменился красноватым свечением. Миднайт опустила глаза и вместо своего клинка увидела лужицу расплавленного металла. Медленно утекая тоненькой струйкой, алое железо уносило с собой остатки света, и пещера снова погружалась во мрак.
Чародейка обдумала свое положение. Чтобы выбраться из пещеры, в крайнем случае можно прибегнуть к волшебству. Учитывая непредсказуемость магии, подобная попытка, разумеется, была сопряжена с риском, однако при отсутствии иного выхода Миднайт без колебаний доверилась бы судьбе.
Как только чародейка поняла, что может выбраться из пещеры, она успокоилась и обрела силы рассуждать хладнокровно. Следующим пунктом, который требовал осмысления, было ее одиночество. Адон наверняка погиб. Даже если стрела Кайрика не убила его, то это сделал подземный поток. Но вот в гибели Келемвара Миднайт сомневалась. Единственным доказательством его смерти являлось ее личное предположение, порожденное скорее чувством покинутости и страхом, чем здравым смыслом. В конце концов Келемвар был сильнее Миднайт, а она-то как раз не погибла. Даже принимая в расчет тяжесть таблички, у воина было куда больше шансов выжить, чем у чародейки. Казалось более вероятным, что он просто заплыл в другую часть этой же пещеры.
Теперь пришла пора выяснить, где Миднайт очутилась. «Возможно, я нахожусь под замком Копья Драконов», – предположила чародейка. Если верить Ваалу, то вход в Королевство Смерти тоже находился где-то здесь.
В конце концов Миднайт заключила, что самым разумным будет исследовать пещеру. Если повезет, то она либо отыщет Келемвара, либо найдет вход в Королевство Смерти. Вот только кромешная тьма представляла собой серьезное препятствие. Чародейка могла использовать расплавившийся металл кинжала, чтобы поджечь что-нибудь, соорудив некое подобие факела, однако под рукой не оказалось ничего такого, что горело бы достаточно долго.
У Миднайт не было иного выбора, кроме как снова прибегнуть к помощи магии. Чародейка сняла с ремня оставшиеся без клинка ножны и произнесла заклинание света. На этот раз результатом ворожбы стала яркая вспышка. Она ослепила чародейку, и белые точки замелькали перед ее глазами.
Через несколько мгновений зрение вернулось, но Миднайт по-прежнему оставалась в непроглядной тьме. Магия опять подвела. Тогда чародейка решила пока обойтись без света и побрела по берегу пруда. Она двигалась медленно и осторожно, сначала обследуя то место, куда ставила ногу, и размахивая руками перед собой, чтобы не наткнуться на что-нибудь.
Время от времени чародейка останавливалась и звала Келемвара. Вскоре Миднайт обнаружила, что по собственному эху может определить размеры и очертания пещеры. Чем дольше эхо не возвращалось, тем дальше от нее находились стены.
Вооруженная этим открытием, чародейка вскоре обошла водоем. В диаметре он имел около ста ярдов, хотя описать с уверенностью все изгибы и повороты береговой линии она бы не смогла. Водопад, очевидно, был единственным источником притока воды, а вытекал из водоема единственный ручеек.
Не найдя иного выхода, Миднайт медленно зашагала по берегу ручейка. Чародейка все время звала Келемвара и двигалась только в ту сторону, откуда эхо долго не возвращалось. В совершеннейшей тьме было сложно определить время и расстояние. Все же Миднайт вскоре поняла, что очутилась в поистине громадной пещере.
Вот уже часа два – как казалось самой Миднайт – она двигалась вдоль извилистого ручейка. Судя по эху, иногда туннель как будто разветвлялся на десятки боковых, уводящих в какие-то другие неизвестные пещеры. Хотя чародейка останавливалась и с помощью эха своего голоса исследовала новые туннели, она старалась не отходить далеко от ручья. Этот маршрут был самым надежным. А кроме того, чародейка считала, что искать Келемвара, если его тоже засосало в водоворот, вернее всего будет у воды.
Наконец ручей вбежал в очередную пещеру и там влился в новый водоем. Миднайт тщательно обследовала берега, однако изливающегося из него ручья обнаружить не смогла. С одного края пруда доносилось негромкое журчание, указывающее на то, что вода из водоема вытекает через какой-то скрытый проход. Разочарованная, чародейка присела на берегу.
Миднайт долго гадала, что могло произойти с Келемваром и что бы предпринял воин, оказавшись в подобных обстоятельствах. И чем больше чародейка раздумывала над этим, тем яснее понимала, что в конце концов Келемвар направился бы в Глубоководье. Если предположить, что воин выжил – а все прочие мысли чародейка гнала прочь, – то два обстоятельства непременно заставили бы его принять это решение. Во-первых, каменная табличка обязательно должна быть доставлена в Глубоководье. Значит, этот город является конечным пунктом путешествия и самой Миднайт. Если уж воину суждено вновь встретиться с ней, то это может случиться только в Глубоководье.
Вдруг чья-то белая тень проникла в пещеру из бокового прохода. Своими очертаниями призрак напоминал мужчину, состоящего из одного только света. Фигура двигалась, разгоняя своим свечением черную мглу футов на двадцать вокруг себя.
– Кто ты? – воскликнула Миднайт, терзаемая одновременно страхом и любопытством.
Фигура развернулась и направилась было к чародейке, но в десяти шагах от нее остановилась и, не произнося ни слова, окинула женщину взглядом. Созданное из света существо обладало пышной бородой, квадратной челюстью, и неподвижными глазами. Своим телосложением призрак напоминал человека, хорошо знакомого с тяжелым трудом, например кузнеца.
Изучив чародейку, белый силуэт безмолвно развернулся и направился в сторону коридора, противоположного тому, из которого появился.
– Погоди! – поднимаясь, крикнула Миднайт. – Я заблудилась, помоги мне.
Но белый призрак словно не слышал ее. Чародейка кинулась за ним, стараясь не отставать от источника света. Через несколько шагов прибрежный песок уступил место гальке, затем гальку сменили большие булыжники. Не обращая на них внимания, Миднайт упорно бежала за белой фигурой.
Вскоре у нее создалось впечатление, что путь призрака лежит в одном определенном направлении. Порой туннель открывался в огромные залы с покатыми, покрытыми острыми камнями полами и внезапными обрывистыми ступенями. Один раз чародейка чуть не провалилась в яму, а в другой раз ей пришлось перепрыгивать через глубокую расщелину. И все же Миднайт умудрялась не отставать от светящегося призрака.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
