Она закрутила на затылке свои волосы и сказала:
– Ты был прав по поводу длинных волос. Для орального секса это создает сложности. И раскрой свои ноги, Саймон.
Он мгновенно подчинился. От волнения на его высоких скулах проступили красные полоски. Он казался ошеломленным.
– Ты… ты хочешь… – начал он надтреснутым голосом и прочистил горло. – Ты хочешь сделать мне минет?
Эллен потерлась щекой о его маковку, тычась и облизывая ее с животным наслаждением.
– А ты что хочешь, чтобы я сделала?
Саймон покачал головой:
– Что угодно, черт побери! Все, что хочешь, Эл.
Она ласково водила языком с обратной стороны его плоти.
– Ты хочешь войти ко мне в рот, Саймон?
Его фаллос напрягся и налился еще больше.
– Как скажешь.
Эллен подняла голову и щелкнула языком.
– О нет! Мы не будем играть в эту глупую игру, гоняя слова взад-вперед. Это дохлый номер, Саймон. Ты внятно скажешь мне, хочешь ты этого или нет.
– Мне это понравилось бы, – сказал он отрывисто. – То есть войти к тебе в рот, если ты действительно хочешь…
– Тсс! Тогда помолчи. На твое счастье, я тоже этого хочу.
Эллен свернулась в удобной позе и стала его ласкать глубокими, ленивыми движениями. Каждый раз, когда завершение казалось уже близким, она ослабляла усилия. Она водила вокруг него своим носом или прижималась к его лону, ожидая, пока спадет волна возбуждения. Потом снова забирала его в рот и одновременно трогала чувствительную точку, которую она у него обнаружила, под его двумя орехами. Он метался и корчился, сжимая в руках ее волосы и трясясь всем телом.
– Прошу тебя, Эл, – молил Саймон, – позволь мне кончить. Я больше не смогу это вынести.
Она улыбнулась, выражая свое согласие передать ему наконец бразды правления.
Саймон сомкнул руку вокруг ее руки. Он так быстро и жестко наращивал темп, что вкус на ее языке изменился. Стал интенсивнее, горячее и слегка отдавал металлом.
Когда Саймон, выгнувшись под ней, сдавленно застонал, она напрягла все силы, приготовившись к извержению лавы.
Он тупо вцепился в подушку и хлопнул ею себя по лицу.
Эллен вытерла губы и ткнулась ему в бедро.
– Саймон?
Он поднял руку, молча прося подождать. Но Эллен не хотела ждать. Она подползла к нему и оседлала его тело.
– С тобой все в порядке?
Саймон молча отогнул кверху большой палец.
– Эй ты! – Эллен слезла с его тела и, вытянувшись рядом, сорвала подушку с его красного лица. – Ну хватит, – сказала она строго. – Надо быть общительнее.
Он отвел взгляд, но недостаточно быстро, чтобы скрыть, что глаза его стали влажными.
– Черт побери, – пробормотал он, – не дадут мужчине минуты приватности!
– Никакой приватности в моей постели! – сказала Эллен. – Ты плачешь или смеешься? Что тебя так забавляет?
– Ничего, – сказал Саймон и закрыл лицо рукой. – Я чувствую себя подобно электропроводу, с которого сорвали изоляционную рубашку. Я не могу… – Он прервался и тяжело сглотнул. Я не могу сдержать эту свистопляску в горле.
Эллен кивнула с полным пониманием.
– Знакомое состояние. У меня это продолжалось не один день. С тех пор как Пегги из «Шоппинг карт», когда она пробивала мои покупки, сообщила, что ты вернулся.
– И это не ослабевает? – спросил Саймон. Он выглядел встревоженным.
Эллен замотала головой:
– Нет. То проходит, то появляется вновь. И ты к этому привыкаешь.
Саймон покачал головой:
– Да поможет мне Бог.
– Объятия помогут, – сказала Эллен. – Здорово помогут.
Он протянул к ней руки:
– Тогда иди сюда, малыш.
Она задремала, а Саймон, не выпуская ее из объятий, смотрел на ее пылающие щеки, мягкий розовый рот, загнутый веер ресниц. Он мог бы держать ее вот так целую вечность, но рокот в его желудке заставил Эллен забормотать. Веки ее затрепетали. Она открыла глаза и посмотрела на часы.
– Не могу поверить! – Она подскочила в постели. – Двадцать минут девятого!
– Ну и что?
– Мои постояльцы! Мне нужно срочно готовить завтрак! – Эллен протянула руку за своими джинсами, но задержалась на миг и в смятении покосилась на Саймона. – Я должна еще успеть принять душ.
– Ага, тот сладкий сок? Вкуснотища! Позволь мне попробовать. – Он потянулся за ней.
Она легко и быстро попятилась назад.
– Смейся и дразнись сколько хочешь, но это моя обязанность. Люди заплатили, чтобы им готовили завтрак…
– Все знают, что вчера у тебя был кошмарный день. Ни один человек, если он в здравом уме, не осудит тебя за то, что ты сегодня расслабишься. Они могут сами приготовить себе завтрак. Успокойся, Эл. Считай, что ты получила индульгенцию.
Было видно, что слова Саймона ее не убедили.
– Я… гм… должна принять душ.
Саймон еще понежился бы в удобной постели, но образ Эл, нагой и мокрой в душевой кабине, был слишком большим искушением.
Эллен беспомощно хихикала, когда он вломился к ней.
– Саймон, я тороплюсь! Вон отсюда! Сгинь!
– Эл, просто позволь мне тебя помыть, – умолял он. – Я не буду злоупотреблять… то есть… если ты сама меня не попросишь. – Он скользнул своей намыленной рукой к ней между ног.
Она запищала и оттолкнула его назад к стенке.
– Ты дашь мне наконец сполоснуться самой? Ты слишком громоздкий. Мы нальем здесь целое озеро!
Я не виноват, что я такой большой, – сказал Саймон, с невинным видом хлопая глазами. – Ну пожалуйста, позволь мне ополоснуть тебя…
– Прекрати! – Эллен отгоняла его тяжелыми ударами, фыркая от смеха. – Ты устраиваешь большой беспорядок! О Боже, ты сущее наказание, Саймон!
– Больше чем наказание, – сказал он и, схватив обе ее руки, обернул вокруг своего пульсирующего фаллоса. – Проверь меня, малыш.
Эллен, смеясь и отплевываясь, спаслась бегством.
Саймону нравилось заставлять ее смеяться. Это кружило ему голову.
Однако его торжество тотчас угасло, когда настало время спускаться в столовую. Ему было нечего надеть, кроме хрустящих от грязи джинсов. Вместо грязной рубашки Эллен выдала ему лучшее, что у нее нашлось. Одну из ее ночных пижам с розовыми цветочками, единственную достаточно свободную, чтобы мало-мальски годиться ему по размеру.
Саймон оставил свои грязные ботинки на коврике у порога и последовал за Эллен вниз.
Мюриэл подняла глаза от газеты и наградила его долгим, равнодушным взглядом.
– Так-так, – сказала она, – вы нашли в себе мужество остаться до завтрака. Вы делаете успехи, Саймон.
Лайонел ухмыльнулся.
– Мама! – воскликнула Эллен.
– Спасибо, миссис Кент, – кисло сказал Саймон. – Очень мило, что вы это заметили.
– К вам здесь относятся вполне благожелательно, – сказала Мюриэл. – Да, кстати, Эллен, Мэри Энн рассчиталась сегодня рано утром, они с Алексом и Бойдом уехали около семи. Она просила передать тебе «до свидания» и сказать, что очень сожалеет обо всех этих событиях, но стресса становится несколько многовато.
