терять?
— Это не артефакт, так что думаю, что попадаться им мне нельзя... — Я короткими, рублеными фразами рассказал все о себе. Не углубляясь в прошлое, лишь краткую историю получения этого божественного... Дара. Помнится, Илиан говорил, что любой божественный дар является временами проклятьем. И наоборот. Сейчас я начал его понимать.
Никос дослушал до конца, крепко выругался и начал нервно мерить шагами узкий коридор. Наконец остановился и дернул себя за бороду:
— Тебе нельзя наверх. Если тебя захватят, то уже не выпустят. А сбежать от Каменных Сердец ты не смог бы, даже если бы был профессиональным вором или ассасином. Так что я вижу только два варианта, и оба тебе не понравятся. Первый — попытаться пересидеть их здесь, на пятом-шестом уровне шахты, а мы выйдем наверх и попробуем добраться до ближайшего крупного города с леварийским посольством, чтобы твои сородичи попробовали тебя вызволить дипломатическим путем. Из плена они тебя не вытащат точно, но вот из шахты, чье точное местоположение известно — теоретически могут. Но тебе придется сидеть здесь не меньше месяца, с учетом времени на дорогу и бюрократические проволочки. И вызволят ли тебя в итоге — далеко не факт. — Он посмотрел на мое хмурое лицо и кивнул. — Верно, мне тоже этот вариант не особо нравится. Второй тоже не особо хороший, но там все будет зависеть только от тебя.
— Он же помрет там, Ник... — Хримсон, видимо, понял, о чем говорит его напарник.
— С его скоростью развития — далеко не факт. Да и мы поможем перед дорогой, чем сможем.
— Вы о чем вообще?!
***
Объяснение гномов попахивало легким безумием, но почему-то мне понравилось. Как мне поведали, сотни лет назад, пока сюда не приплыли люди, гномы, эльфы и прочие, здесь жила совершенно другая цивилизация. Как они выглядели, толком никто не знает, потому как большая часть их наследия осталась в тоннелях и пещерах глубоко под землей, где помимо высокой температуры водились еще и крайне мощные монстры. И... да-да, рудник Чуки Камата был как раз одним из входов в это подземное царство. Собственно, его явная нечеловеческая и негномья логика постройки была остатками древнего наследия.
— В общем, ниже девятого уровня мы ни разу не спускались, но был тут один псих, Бангер, который туда ходил и рассказывал, что, мол, на десятом начинают попадаться остатки механизмов древних. Ходил он туда один, так что ходил недолго, и рассказать многого не успел. Но про подземные обиталища древних достоверно известно, что они всегда были раскинуты на сотни километров, и у них всегда было множество выходов на поверхность. Просто большая часть менее заметны. Наш рудник — это что-то вроде парадных ворот, судя по всему...
— В общем, мне требуется в одиночку спуститься на десятый уровень и пойти искать другой выход? — Уточнил я со спокойствием, поразившим меня самого. С другой стороны — ну а какой смысл нервничать, если других вариантов нет?
— Скорее всего, ниже. Десятый явно не был последним уровнем непосредственно рудника, а полноценные тоннели древних... ну ты поймешь, когда увидишь. Еще тебе потребуется в процессе развить картографию как минимум до пяти единиц — тогда на карте появится отображение сторон света. Тебе нужно строго на юго-запад, Леварийская империя в ту сторону. — Никос пожевал губу и задумчиво добавил. — После десятки в характеристике появится возможность измерять по карте пройденное расстояние. Тебе бы, по-хорошему, не меньше двухсот километров пройти, чтобы выйти где-нибудь у орков. И еще где-то в два раза больше, чтобы дотопать до твоей родины. Но это уже навряд ли получится.
Фестус наблюдал за всеми этими разговорами молча, но я видел, что, помимо наших безумных разговоров, с каждой минутой он все больше сдает от жары. Как бы его тепловой удар не хватил... Я молча протянул ему руку, поднял его с пола и обнял.
— Спасибо, друг. Я никогда не забуду, что ты для меня сделал. И постараюсь вернуться за тобой. Если Каменные Сердца начнут тебя допрашивать — не парься, рассказывай все, что про меня знаешь, кроме заклинания. Хотя... если совсем плохо будет — можешь и про заклинание рассказать. Это уже не важно. Если я выживу внизу, то все это будет уже совсем не важно...
Фестус хмуро кивнул и в ответ стиснул меня в объятьях:
— Возвращайся. Обязательно. И задай жару этой шушере. Когда-нибудь ты станешь великим магом, дружище...
Он печально махнул рукой нам на прощание и пошел наверх. Я же повернулся к гномам:
— Кстати, вы что-то говорили про помощь в дорогу?
Никос расхохотался:
— Почему-то я не сомневался, что ты обязательно запомнишь эту фразу! — Он кашлянул в бороду, все еще улыбаясь. — Да, стыдно отпускать тебя в такое приключение одного, так что... хоть чем-то поможем. Поможем, Хримсон?
Второй гном, все это время молчавший, кивнул и протянул мне руку:
— Ты хороший человек, Грег. Было честью знать тебя. — Задержав рукопожатие, он хриплым голосом продолжил. — Добровольно передаю этому человеку заклинания «Слияние с Тенью» и «Зыбучие Пески», пусть Великая Система будет мне свидетелем. — После чего, глядя в мои удивленные глаза, заржал как конь, и разжал руку. — Две новые стихии тебе в копилку, дружище. Не самые полезные заклинания, но тут уж извини — остальное в откате.
Я лишь благодарно кивнул, не в силах подобрать слов. Наконец, выдавил:
— Это... очень дорогой подарок. Спасибо, Хримсон.
Я уже было открыл рот, чтобы сказать что-то еще, как позабытый Никос подкрался сзади, положил мне руку на плечо и пробасил:
— А я добровольно передаю этому человеку заклинания «Благословление Воды» и «Защита от Огня», и пусть Великая Система будет мне свидетелем. — И, глядя на мое совершенно ошарашенное лицо, тоже засмеялся. — А ты что, думал, что мы тебе просто еды в дорогу дадим?
***
Еды мне в дорогу тоже дали, пусть и немного — все, что оставалось в сумках, выгребли подчистую. Я же в ответ скинул им всю свою добычу за сегодня, тянувшую на добрые пять-шесть золотых. Пусть
