Читаем без скачивания Тучи над страной Солнца - Рава Лориана

-- Образ жизни, заповеданный Господом, годится для всех, кто желает следовать Его Воле. Обстоятельства не должны быть к этому препятствием. Того, кто следует Воле Божией, Господь в конечном итоге награждает благополучием.

Кипу усмехнулся:

-- Однако ты сам говорил, что по поводу некоторых народов его воля может состоять в том, чтобы их уничтожить. Что делать тем, кто имел несчастье родиться среди такого народа? Пойти на заклание?

-- Добродетельные народы Господь не истребляет. Если же среди порочного народа найдётся один праведник, то ему следует покинуть грешников и присоединиться к праведным. Господь не оставляет таких, указывая им путь. Я не знаю Промысла Божьего о вашем народе, однако считаю своим долгом донести до вас Его Волю.

-- И в чём же эта воля состоит?

-- В том, что люди не должны воздавать другим людям божественных почестей. В Библии сказано, что не должно быть всевластных царей. Монархия -- дурная форма управления, власть должна быть выборной.

-- Но у нас Первого Инку инки выбирают, -- ответил Кипу, -- отнюдь не любой из сыновей государя может занять его трон, а только достойнейший.

-- Однако выбирает не народ, выбирают инки.

-- Но инками становятся лучшие из народа.

-- А я не уверен, что лучшие. У вас нет возможности отделить лучших от худших.

-- Ну мало ли кто в чём не уверен, -- Кипу пожал плечами, -- Если обычаи нашей страны тебе непривычны, то это не повод их бранить.

-- Но я знаю, что любая власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно. Поэтому верховная власть должна быть выборной и как можно более ограниченной. Своё дело позволяет человеку быть независимым от власти.

Кипу в ответ лишь улыбнулся:

-- Однако тот, кто обладает собственностью, благодаря этого сам может стать абсолютным властителем над своими домашними, рабами или наёмными работниками. У нас же наоборот, поскольку никто не обладает ничем единолично, и абсолютной власти ни у кого нет.

-- Однако у вас нет людей, свободных от власти. А это мешает принять нашу веру.

-- Но как можно, живя в той или иной стране быть свободным от её властей. А что касается вашей веры, то мы и без неё себя хорошо чувствуем. Почему мы должны считать вашу веру самой лучшей?

По залу прошёл смешок. Однако у Джона Бека ещё хватало терпения изображать из себя кроткого голубя, так как он, похоже, помнил уроки предыдущих проповедей. Как можно спокойнее он сказал:

-- Я не буду спорить о том, чья вера лучше, однако ты -- человек по-своему разумный, и не можешь не признать достаточно очевидных вещей: до того, как ваш народ столкнулся с европейцами, у него хотя было много золота и серебра, но не было многих полезных вещей. Даже и теперь вы вынуждены покупать много у нас. Разве это не говорит о том, что в вашем "мудром государственном устройстве" есть изъян?

-- В своё время это всерьёз озадачило наших предков. Действительно, как народ, чьё государственное устройство далеко не столь мудро, может оказаться настолько сильнее нас? Однако с тех пор утекло много воды и мы уже успели детально разобраться с этим вопросом.

-- И как вы можете объяснить, что вашим предкам так и не хватило ума додуматься до пороха, несмотря на то, что селитра у вас под ногами валялась?! Да что порох, даже до железа ума не хватило додуматься, врагов смогли встретить лишь бронзовыми топорами! Хоть плачь, хоть смейся.

-- Однако мы заимствовали всё полезное, и теперь мы не уступаем вам в плане ружей и кораблей. Кроме того, у нас было тоже кое-что такое, чего не было у белых людей, однако странное дело -- вы ничего у нас не заимствовали. Не хватило ума? -- Кипу лукаво улыбнулся.

-- Например?

-- Ну оросительные системы, тот же водопровод. Хотя при помощи искусственного орошения можно было бы поднять урожайность в несколько раз и избавить свой народ от голода, водопровод же позволяет поддерживать телесную чистоту, и потому избавляет от многих болезней.

-- Эти вещи имеют свои теневые стороны, обсуждение которых -- вопрос отдельный. Скажу только, что в моей стране климат таков, что в оросительных системах нет нужды. Но прежде всё-таки ответь на мой вопрос о том, почему вы не знали пороха.

-- На этот вопрос уже ответил Диаманте. Его труд "Болезни, ружья и сталь" был переведён на испанский и свободно ходил в вице-королевствах, пока Римский Престол не включил его в Индекс Запрещённых книг.

-- На нашу страну, слава Богу, цензура католической церкви не распространяется.

-- Это хорошо. Так вот, в этом труде он писал, что природа Европы и нашего мира сильно отличается. Прежде всего, у нас не было тяглового скота и верховых животных, поэтому мы не могли изобрести плуг и колесо, и потому обмен между отдалёнными частями страны был затруднён, много ли унесёшь на ламе или на своём горбу? Кроме того, у нас благополучие государства целиком зависело от плотин, а при рынке они оказывались в небрежении, земледелие приходило в упадок, а это влекло за собой гибель целых государств! Да, ваша щедрая природа позволяла вам транжирить ресурсы, у нас же при таком подходе государства быстро загибались, и остатки их населения вновь вынуждены были жить в дикости. Лишь учение сынов Солнца о мудром государственном устройство позволило разорвать этот порочный круг, ибо пустой траты ресурсов теперь стало можно избегать. Если бы у нас в запасе была хотя бы тысяча лет, мы, вероятно, сравнялись бы с европейцами, однако приплывшие из-за моря завоеватели едва не подрезали нас на взлёте.

-- Но ведь когда испанцы проникли в вашу страну, в ней была смута, наследники престола дрались между собой, и страна уже была разорена дотла...

-- Ну далеко не дотла, иначе испанцам было бы нечем тут поживиться, -- иронический улыбнулся Кипу, -- а так та смута была лишь болезнью роста. Испанцы лгут, когда говорят, что мы не смогли бы решить свои проблемы без их вмешательства, тем более что междоусобная война уже была близка к завершению.

-- Возможно, -- ответил Джон Бек, -- однако не думаю, что победившие сторонники Атауальпы смогли бы решить возникшие перед ними проблемы. Ваша беда вот в чём -- у вас государство подмяло под себя всю жизнь, а каждый отдельный человек был лишён какого-либо имущества и потому -- возможности проявлять инициативу. Поэтому у вас нет смысла изобретать что-либо новое, ведь через чиновничий аппарат едва ли протолкнёшь своё изобретение в жизнь.

-- Не очень понимаю твою мысль. Конечно, бывает, что представитель власти понимает ценность предложенного изобретения не сразу. Однако при достаточном упорстве изобретателя, а изобретатели обычно люди упорные, эту ошибку рано или поздно исправляют.

-- Однако на это могут уйти годы.

-- Могут. Однако чаще всего изобретения простаивают не из-за тупости чиновников, а просто потому, что на его воплощение может не хватать средств. Ведь новое по определению не является необходимым, и потому средства на него выделяются не в первую очередь.

-- Это всё от того, что у вас изобретатель не может заработать на своём изобретении сам. У нас любой, кто изобрёл что-либо полезное, может сам открыть своё производство и продавать то, что изобрёл, сделав на этом капитал.

-- Только при условии, что изобретатель -- человек состоятельный, -- опять же с улыбкой ответил Кипу, -- ибо даже на самую скромную мастерскую нужны какие-никакие средства. Многие ли у вас обладают такими средствами? Каждый десятый? Каждый пятый? Ну пусть даже и так, но всё равно далеко не все. А значит, бедный изобретатель всё равно вынужден свою задумку предлагать, только не чиновнику, а человеку с деньгами, а дальше уже всё от благосклонности этого человека с деньгами зависит. Чем это лучше, чем зависеть от чиновника?

-- Ну, во-первых, людей с деньгами у нас гораздо больше, чем у вас чиновников, которым можно своё изобретение предложить. Не примет один -- можно пойти к другому. Однако главное даже не в этом, а в том, что у вас на изобретении не заработаешь. Весь ваш мир основан на уравнительности. Крестьяне одного айлью получают за работу поровну, хотя они не равны по силам и усердию, и потому одни вкладывают в общее дело больше сил, чем другие. Но уравнительное общество рыбаков и крестьян ещё как-то может существовать, ведь их вклад в общее дело не может разниться в десятки раз.

-- А у кого-то может? -- удивлённо переспросил Кипу.

-- Но ведь когда человек изобретает нечто новое, он делает в десятки раз больше чем те, кто делает тупую механическую работу. И потому справедливо, чтобы он на этом разбогател. А у вас это невозможно!

-- Но ведь изобретатель получает почёт и уважение, разве этого мало?

-- Почёт и уважение -- всё-таки вещи слишком нематериальные, чтобы ради них изобретать что-то, -- ответил Джон Бек, -- Поэтому у вас не изобрели даже элементарной прялки, не говоря уже о ружьях, печатном станке, механических часах и тому подобных вещах. Даже ваши юпаны оказались хуже наших.