- К очередной порции упреков и нравоучений, - (ответным жестом было изготовление жирного воздушного двоеточия). - Обещаю все выслушать до конца и принять к сведению!
- Моя дорогая Младшая Королевна, - рассмеялся витязь, - подобное вступление означает, что почти все мои слова будут бодро пропущены мимо твоих розовых ушек!
- Мой заботливый Мстислав, - последовал язвительный ответ, - я, и в самом деле, могу зажать уши пальцами или залепить воском, а потом воспроизвести весьма близко к тексту все то, что ты мне будешь выговаривать в течение минут этак тридцати-сорока. Хочешь, проверим?
Мстислав патетически воздел руки к небу и громко произнес донельзя трагическим тоном: "Как же они тебя испортили!" Младшая Королевна минутку помолчала, а затем не удержалась и с любопытством попросила уточнить, кто именно.
- Да все, с кем ты встречалась на стороне! - витязь откровенно удивился, как можно было такой очевидной вещи не заметить. - А твое последнее увлечение осмыслить и вообще не в состоянии.
Последовала долгая пауза, за время которой к Малинке вернулась вся ее серьезность, на которую только она была способна. Задумавшись, девушка немного рассеянными движениями привела себя в порядок, а затем подняла на Мстислава взгляд, подернутый болью и грустью.
- Я же изуродовала его, - проговорила она, наконец, сжав ладони так, что хрустнули пальцы. - Изувечила, понимаешь? Какая же я легкомысленная, бездумная дрянь!
- Вот это, девочка, ты зря, - невозмутимо возразил витязь и, подъехав вплотную, дружески потрепал Малинку по плечу. - Немножко помяла, да и случайно к тому же. При возможностях их медицины такая травма неопасна. Он выглядит очень даже ничего!
- Он - настоящий мужчина!
- Ой, да не смеши меня, Королевна! Ты сама прекрасно знаешь, что твой очередной заскок под именем "Роман" к мужчинам в нашем понимании не имеет никакого отношения! Для тебя это просто новая игрушка в человеческий рост, которой ты чуть было не оторвала лапу... Чтобы серьезно претендовать на королевское внимание, нужно быть хотя бы таким харизматическим мордоворотом, как Серж.
- Как сказано! Однако, ты так и не перестал его ненавидеть. За что?
- Ненавижу? Я?! - изумился Мстислав и снова быстро глянул на свое отражение в щите. - За наглость, в первую очередь. За тщательно скрываемую неполноценность, вследствие чего ему приходится, как заведенному, качать свои животные мускулы, так как своей истинной "сверхсиле" он не доверяет. За провинциальную самоуверенность, с которой он, стопроцентный чужак, лезет в проблему галактического масштаба, о чем и не подозревает. Где уж там! А? Умен, говоришь? Так это еще хуже! Дурака, по крайней мере, можно усадить рядом с собою и с течением времени (по предложению в месяц) растолковать хоть самую малость. А этот щеголь, не дослушав и десятой части текста, уже с ироничным видом перебивает и дает понять, что это все - лажа и бред, причем одновременно и собачий, и сивой кобылы... "Милок, - говорю я ему как-то, - и где ты шлялся лет, этак, с тысячу, совершенствуя себя и без устали познавая окружающий мир? Или в каких-таких заоблачных высотах и какие сверхъестественные существа в пять минут растрезвонили тебе все тайны бытия, суть которых ты, однако, изложить не в состоянии, а лишь непрерывно гундосишь, что мы обречены, что вся наша концепция порочна изначально, что подобное было уже много раз - и так далее? Откуда ты выскочил такой ловкий и что у тебя за душой, кроме нахватанных знаний из твоей, якобы, уникальной библиотеки?"
- Ах, оставь, пожалуйста! - Малинка сердито затрясла головой и притопнула в воздухе сапожком. - Все, что угодно, можно переврать до неузнаваемости! Тем более, что язык у тебя без костей!
- Это у меня-то? - улыбнулся Мстислав и с откровенным сожалением вздохнул. - Да будь так, разве я позволил бы Сержу заморочить твою пушистую головку? Ты бы тогда и подойти к нему брезговала, а не сидела бы у него на коленях.
- Откуда ты знаешь? - Малинка покраснела и опустила глаза. - Это... это все сплетни, и вам, мужчинам, не к лицу...
- Да ладно, забудем, - (было видно, что и самому витязю подобная тема не доставляет удовольствия). - Я просто машинально ответил на твой выпад в мою сторону. "Без костей"... В том-то и дело, что вы, девочки, всегда отдаете предпочтение говорунам и задавакам! А уж когда эти восхитительные мужские качества соединяются в одном лице...
- Ты ошибаешься! - решительно возразила Малинка. - Серж открыл мне много такого, о чем я не догадывалась... даже не могла вообразить. Кроме того, у меня возникли подозрения...
- ...что в твоем официальном образовании допущены сознательные пробелы? И по молодости лет тебе, конечно, не пришло на ум, что всему должно быть свое время... иногда и неблизкое. Все-таки ты не оценила, какие надежды возлагались именно на младшую из сестер!
- Дело в том, - медленно произнесла девушка, подняв на Мстислава серьезные глаза, - что Серж предложил несколько иное объяснение. Вначале я с негодованием отвергла его выводы...
- ...на правильности которых он и не настаивал, надеясь, что в памяти ты машинально завяжешь узелочек, к которому позже добавятся и другие! Да-а, жаль, что тогда не послушались Герберта...
- Ну, знаешь! Это уже похоже на признание!
- Нет-нет, речь шла всего лишь о твоей изоляции... черт, какое неудачное слово! Ладно, скажем так: о некотором ограничении свободы твоего передвижения сроком на год.
- Мне почему-то кажется, что этот унылый набор слов и короткие "изоляция", "карантин" - суть одно и тоже, - спокойно возразила Малинка. Наверное, Серж был все-таки прав, когда заметил, что растянутое на многие годы и строго дозированное вранье, в конце концов, может стать почти полноценным заменителем правды!
- А вот это как раз и похоже на признание, но уже с твоей стороны!
- Видишь ли, Мстислав, нельзя было одновременно, чуть ли не с пеленок, воспитывать меня как особое существо, как личность, которой суждено выполнить некую грандиозную миссию (а этим мне все уши прожужжали) и при том хладнокровно и расчетливо утаивать важную объективную информацию. Кто это, интересно, посмел определить, когда и что мне будет положено знать?! Или Филипп-Ученый, а может, и твой патрон граф Франц Усталый лишь к семнадцати годам убедились, что я не дура и не слабоумная, решив, наконец, сообщить ошеломляющую для бедной девочки новость, что в будущем ей предстоит стать матерью "резервного", как они выразились, наследника Династии? Да еще с бесконечными запинаниями пустились в подробные рассуждения о различиях в мужской и женской физиологиях! Они, наверное, считали, что я буду глядеть на них круглыми с тарелку глазами, всплескивать ручками и щебетать: "Ой, как интересно-о! Да никогда бы не подумала!" А я взяла и выдала графу, что уже в семь лет в деталях представляла, чем он ниже талии отличается от меня. Надо было бы еще использовать и лексику твоего любимого Герберта, но с них и так хватило - удалились с разинутыми ртами...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
