С учетом того, что сериал фактически озвучивал позицию МВД и отчасти КГБ по социальным и криминальным темам, его можно считать не столько своеобразным предупреждением советским продавцам фруктов и овощей, сколько способом психологической подготовки населения к войне с ними.
Хотя сам Андропов знал о коррупции торговых чиновников, первое открытое столкновение Андропова и Горбачева с этой системой датируется летом 1982 года, когда Секретариат ЦК КПСС решал вопрос о преодолении кризиса со свежими фруктами и овощами в Москве. По словам Горбачева, продукты были поставлены в город, однако московская торговля отказалась их принимать. В результате фактическим руководителям страны пришлось решать эту проблему не обычным закулисным давлением на первого секретаря МГК КПСС, члена Политбюро и одного из конкурентов Андропова в борьбе за пост Генерального секретаря Виктора Гришина, а прямым нажимом Горбачева на московский горисполком и торгующие организации в обход главного московского начальника. Против Гришина косвенно выдвигались обвинения в недееспособности, а само по себе дело могло привести и к появлению уголовных обвинений в его адрес. Во всяком случае, по словам бывшего адвоката директора «Елисеевского» Соколова, у его клиента были получены показания на Гришина и Трегубова в обмен на обещание небольшого срока заключения. Однако в итоге Трегубов получил на том же процессе 15 лет, Гришин не пострадал, а Соколов в декабре 1984 года был приговорен к расстрелу[746].
Горбачев признает, что
в сложной закулисной борьбе между членами руководства Гришин котировался некоторыми как вероятный претендент на «престол». Подобного рода информация прошла через зарубежную прессу, и Андропов, естественно, знал об этом. Поэтому в его просьбе вмешаться в овощные дела столицы свою роль играло и желание показать неспособность московского руководителя справиться даже с проблемами городского масштаба[747].
Июньский пленум 1983 года был, в частности, посвящен данному вопросу и констатировал ненормальность ситуации с торговлей овощами. Очевидно, что было необходимо менять ситуацию или как минимум давать ясные «сигналы» торговле. Вскоре в Москве была арестована группа сотрудников одной из крупнейших в СССР овощебазы — Дзержинской. Главным обвиняемым стал ее директор (с 1964 года) — герой-фронтовик и участник Парада Победы Мхитар Амбарцумян. Была доказана его вина в отгрузке потребителям продукции с искусственно заниженным качеством, что позволяло зарабатывать огромные деньги на ее перепродаже. Выяснилась его коррупционная связь с высокопоставленными чиновниками. По результатам суда он был приговорен в 1985 году к расстрелу (приговор был приведен в исполнение в 1986 году)[748]. В Ленинграде осенью 1983 года был арестован Капитон Кузнецов — начальник Ленплодовощторга. Он внедрил технологию превращения традиционно продаваемых советской торговлей недозрелых зеленых бананов в желтые с помощью обработки паром. В процессе они добирали от пара 15–20 процентов веса, что и было его (и его подельников) прибылью при продажах[749].
Торговцы фруктами были малой частью развернувшегося процесса чистки торговли и других высокоприбыльных бизнесов. Так, известно дело транспортной компании международных автоперевозок «СовавтоМосква-2» (часть холдинга «Совтрансавто»), по которому были осуждены 53 человека (по одним данным в 1983-м, по другим — в декабре 1986 года[750]). Известны активные расследования в отношении директоров театральных и концертных коллективов за организацию нелегальных концертов. Так, например, в 1987 году был осужден на 6 лет (по длившемуся с 1982 года делу) продюсер ВИА «Здравствуй, песня» и Росконцерта (и далее известный российский продюсер) Марк Рудинштейн (которому, правда, вскоре удалось освободиться по апелляции)[751].
Множество чиновников, в том числе высокого ранга, поплатились своими должностями за менее значительные проступки вроде приема подарков. Например, первый заместитель министра энергетики СССР, авторитетный руководитель крупнейших строек Павел Фалалеев был показательно уволен (с публикацией информации в газетах) за всего лишь «автомагнитолу», принятую в подарок от коллектива стройки, которую он курировал[752].
Тем не менее кампания «огибала» те явные случаи коррупции, где у Андропова была личная заинтересованность ее «не замечать». Так, в состав Политбюро и на высокую должность первого заместителя председателя Совета министров СССР был взят первый секретарь Компартии Азербайджана Гейдар Алиев, про коррумпированность которого (и его огромного «нахичеванского» клана) было хорошо известно будущим коллегам по высшему партийному органу. Однако, по версии Горбачева, он как бывший сотрудник КГБ был нужен Андропову для укрепления его позиций в этом органе[753].
Антикоррупционная кампания в сфере торговли, общественного питания и сферы услуг оставляла в тени «завинчивание гаек» в идеологизированных (в глазах нового поколения партийного руководства) сферах. Среди них были и подвергшееся жесткой чистке МВД; и жесткое давление на советских диссидентов и музыкантов-рокеров (например, в тюрьму попали популярные полулегальные артисты Александр Новиков и Алексей Романов); и резкое сокращение разрешений на эмиграцию; и новые жесткие регламенты в пенитенциарной системе; и неожиданное расширение призыва в армию на студенчество, которое ранее освобождалось от воинской повинности[754].
О многих из этих мер, несмотря на то что они касались сотен тысяч и даже миллионов людей, социальная память не сохранила почти ничего. Однако общая кампания по дисциплинированию обычного населения, принуждению его к труду памятна до сих пор. Мы будем считать ее второй массовой кампанией «дисциплинирования», проводившейся при Андропове.
Кампания началась менее чем через месяц после смерти Брежнева — 3 декабря 1982 года — с публикации указов Президиума Верховного Совета СССР «Об усилении борьбы с мелкими хищениями государственного или общественного имущества» и о дополнении Основ законодательства об административных правонарушениях[755]. Публично о ней было объявлено в январе 1983 года, сначала в передовой статье в «Правде» 2 января, потом на совещании в ЦК КПСС 7 января (которое, вероятно, имеет в виду Долгих в приведенной выше цитате), на котором обсуждались вопросы «укрепления трудовой и производственной дисциплины». 9 января Генеральный прокурор СССР Александр Рекунков опубликовал в «Правде» статью о том, как именно будет соблюдаться закон. В конце января сам Андропов выступил с речью на тему дисциплины на московском заводе имени Орджоникидзе[756].
Самая запомнившаяся населению часть кампании была посвящена контролю за тем, насколько граждане соблюдают обязанность присутствовать в рабочее время на рабочем месте, который сотрудники КГБ и МВД осуществляли на улицах и в общественных заведениях (магазины, кинотеатры, бани)[757]. Особенно это затронуло людей, привыкших в рабочее время часами стоять в очередях в магазинах в надежде купить что-то нужное или посещать различные бюрократические учреждения для получения выписок и справок. Для преодоления этой проблемы 17 января 1983 года Совет министров СССР принял постановление «О серьезных недостатках в режиме работы предприятий, организаций и учреждений, занятых обслуживанием
