Читаем без скачивания Параллели семейных уз - Алия Якубова

Мы шли, и только сейчас я заметила, что Иветта оставляет за собой капельки крови на снегу. На нем они алели очень уж ярко. Поравнявшись с главной волчицей, я мысленно спросила:

– Ты сильно ранена?

– Ничего страшного, - так же мысленно ответила она, но я видела, что волчица слегка морщится, наступая на левую переднюю лапу. Приглядевшись я заметила на ее предплечье рваную рану от когтей. Мне очень хотелось прикоснуться к ране, утешить боль. Но это значит играть против правил. И я с трудом, но сдержалась. Только позволила себе запустить пальцы в мягкий мех на загривке. Иветта подняла морду. Казалось, волчица улыбнулась.

Параллельно следам Иветты тянулся еще один алый пунктир. Я поглядела вперед и поняла, что он принадлежит Эду. Но вожак стаи Стального Когтя - не моя забота.

Наконец-то охотничий домик! А то шлепать босиком по снегу - удовольствие для экстрималов. Пришлось сделать над собой усилие, чтобы чинно войти, а не вбежать в дом, в тепло с радостными воплями.

Войдя, Иветта сражу же стала принимать человеческий облик. На самом деле зрелище не для слабонервных: шерсть втягивается в кожу, морда становится лицом, и слышен тихий хруст хрящей и костей, становящихся на место. И все равно превращение обратно в человека происходит более… плавно, а я бы сказала, чем наоборот.

Глория уже была рядом с Иветтой и протягивала ей одежду. Пока главная волчица одевалась, я успела разглядеть ее раны. Половина зажила во время перевоплощения, не оставив и следа. Но на заживление более серьезных ран требовалось больше времени. Как например на след клыков на лодыжке или рану на предплечье. Глория лишь наскоро перевязала их.

А вокруг нас сновали члены стаи Стального Когтя. Кто в человеческом обличье, кто в волчьем. Но до этого момента я вообще забыла об их существовании. А вот они нет. Нервное беспокойство и интерес заполняли комнату. Еще чуть-чуть и от этого станет трудно дышать. Оборотни волновались, и их сила просто клубилась над ними. Они это чувствовали и волновались еще больше. Я аж поежилась.

Эд тоже оделся, но что-то подсказывало мне, что не только ради приличия, но и из-за природного стеснения. Вожак успел взгромоздиться на кресло, аки на трон. Мы с Иветтой оказались рядом, а за нами кучкой встали Крис, Глория и Ами. Мой верлеопард старался не спускать глаз со всех нас. Я сочла нужным его подбодрить, поэтому дотронулась до его руки и тихо сказала:

– Спасибо. Ты сделал все, как нужно.

– Я старался.

Но ответ Криса потонул в вопросе Эда:

– Так может быть кто-нибудь мне все-таки объяснить, что здесь происходит? Что все это значит? - он кивнул в сторону Кайи, все еще кутающейся в пальто Жанны. И уже с каким-то оттенком горечи, - Что ты сделала, Лео?

– Я? Ровным счетом ничего. Только вытащила на поверхность правду, от которой ты так старательно бежал годами. Хотя, возможно, здесь не только твоя вина.

– В смысле? Не пойму, куда ты клонишь…

– Просто все эти годы я была не тем, чем казалась, - довольно неуверенно заговорила Кайя. - Сейчас пред тобой настоящая я. Такая, какой родилась на свет.

– Как такое возможно? - Эд и не пытался скрыть удивление.

– Отец окружил меня мороком, и все видели лишь то, что должны были.

– Твой… кто? - переспросил вожак. Небось подумал, что ослышался. Но не тут-то было.

– Мой отец, - спокойно повторила Кайя. - Как и у всех - у меня были родители.

– Но я… я думал, что… ты…

– Подкидыш без рода и племени? - усмехнулась Кайя, и усмешка получилась не слишком-то человеческой. - Что ж, это не совсем так. Мать действительно отказалась от меня при рождении. Обо мне заботился отец. До тех пор, пока мне не исполнилось восемь. Тогда мы вынуждены были расстаться. И я встретилась с Александром и Жанной.

– Значит, ты старше, чем мы думали, - проговорила Жанна.

– Да, мне восемнадцать. Уже скоро девятнадцать.

– Так что же ты такое? - спросил Эд, нахмурившись. - Ведь ясно, что не просто оборотень.

Кайя опять взволнованно переглянулась со мной. Неловко ей было отчитываться перед всей стаей, но она сама создала такую ситуацию. Но я решила ей помочь. Нет, мое великодушие меня погубит:

– Фактический Кайя - маг-перевертышь. И это она заговорила браслет, подаренный Иветте, и вот этот кулон, - я показала снятый с шеи Эда стальной коготь. Потом проделала с ним тот же трюк, что и с браслетом тогда. Эд отпрянул, встряхнул головой и спросил:

– Так значит, тебя на самом деле зовут Кайя? - девушка кивнула. Но я думала, что вожак задаст другой вопрос. И только я об этом подумала, как Эд продолжил, - И ты, действительно, сделала все это?

Еще один кивок заместо ответа.

– Но зачем? Зачем, я тебя спрашиваю?

Кайя вскинула голову, словно ее ударили. Меня поразил ее взгляд. Боль, разочарование и все-таки они не могли потопить обожание. Эта девочка и правда его любит. Похоже, она надеялась, что здесь, сейчас он обо всем догадается. Но чуда не произошло. И она чувствовала себя очень неуютно. Не хотела она признаваться сама. И я ее понимала. Опять во мне всколыхнулась жалость.

– Так зачем? - настойчиво повторил свой вопрос Эд.

– Я хотела… как лучше…

– Кому? - требовал ответа Эд.

Кайя закрыла лицо руками. Ей больших усилий стоило не разрыдаться. Я чувствовала, как вокруг нее клубиться сила, глаза опять стали бездонной тьмой. Во время подобных эмоциональных всплесков в девушке, похоже, просыпалась демоническая сторона.

Я поняла, что сама напряглась, когда Иветта осторожно тронула меня за руку. Мы с ней переглянулись, и без слов поняли друг друга. Волчица вышла вперед и сказала Эду:

– Мне кажется, лучше всего нам будет поговорить вчетвером. Без лишних… свидетелей.

– У нас не может быть секретов от стаи, - возразил Эд. Тотчас раздались одобрительные возгласы. Лишь Жанна сокрушенно покачала головой, так ничего и не сказав.

– Я тоже настаиваю на приватном разговоре, - я вступила в разговор. Ну и упрям этот Эд! Причем упрям не к месту. - Поверь мне, так будет лучше для всех, и для стаи в первую очередь. Или тебе не терпится продолжить бой?

– Вижу, ты, Лео, уже узнала всю историю до конца.

– Так и есть. Поэтому, прошу, пойди навстречу нашей просьбе.

Эд вздохнул и обвел взглядом стаю, словно ища поддержки. Но никто не осмелился сказать что-либо. Он вожак, и должен все решать сам. И, поколебавшись еще немного, он решил:

– Черт с вами. Поговорим наедине. Идемте в мой кабинет. Всех остальных прошу остаться здесь. Когда мы вернемся, то я оглашу свое решение.

С этими словами Эд поднялся со своего "трона" и вышел. Мы за ним. Поднимаясь по лестнице, вожак то и дело болезненно морщился. Иветта злорадно усмехалась ему в спину. Ей самой если и было больно, то она тщательно скрывала это.