Саша он такой, его уже не переделаешь. Он часто «кипишит» без причины. Я даже сам его боюсь. Как-то раз я ему по дурости сказал, что надо мной в классе несколько парней подшутили, ну так ничего особенного, просто надпись сзади коляски приклеили. Так он пришел и избил одного из них, причем даже не разбирался он не он, просто выбрал того кто поздоровее, затем спросил: «Ты с этого класса?». Тот ответил «Да», ну и Саша давай его фигачить. Я же тебе головой мотал, делал знаки, когда Саша с тобой говорил. Но ты меня не послушал. И вот итог, но другого брата у меня нет и не будет, а здесь со мной никто не общается и друзей у меня нет, только вот с тобой мы немного общаемся и все».
– Ладно , проехали, я сам добрался до дома на такси, без вас. У тебя все? – сердито спросил Иван у Игоря.
– В общем то да, но давай дальше будем общаться как раньше, я же не хотел, чтобы так получилось, я не специально, понимаешь, – взмолился Игорь, и жалостливо посмотрел на Ивана.
– Как хочешь, мне все равно, – равнодушно отрезал Иван.
Вернувшись с Игорем в класс, Иван подошел к своему месту и увидел что стула возле его парты не было. Он немного растерялся и начал смотреть по сторонам, по всему классу прошел тихий сдавленный смех. Разозлившись, Иван с силой ударил по столешнице парты своей тростью. Сидевшая рядом девушка, до этого делавшая вид что ничего не происходит, вскочила на ноги с криком: «Дебил, переломанный, фуу» и отбежала в сторону. По классу опять прокатился смех, кто-то даже начал снимать все происходящее на мобильный телефон. А Ивану ничего не оставалось как собрать все свои вещи и пересесть на свое старое место рядом с Игорем. Что он и сделал.
В класс вошла другая учитель, более пожилая, абсолютно равнодушная ко всему, которая даже не пытаясь прервать шум учеников и начала урок. Иван пытался хоть что-то слушать, но через шум даже с первой парты ему было сложно что-то разобрать. Вскоре это его достало, поэтому приподнявшись со своего места он крикнул на весь класс: «Заткнитесь суки». От его слов шум в классе внезапно стих, и даже равнодушная учитель вдруг замерла, стоя с мелом в руке у доски. Но через несколько секунд она опомнилась, подскочила к столу, где сидел Иван и начала кричать:
– Что ты себе позволяешь? Здесь идет урок. Бегом к завучу, марш.
– Но ведь они вам мешали. Я просто хотел помочь. Почему вы им позволяете? – пытался возразить на это Иван.
Но учитель не слушала его доводы, она открыла дверь класса и демонстративно приказала Ивану: «К завучу за мной, быстро».
Ивану ничего не оставалось как подчиниться.
*******
Примерно через час я уже сам сидел в том самом кабинете завуча и слушал лекцию о том как важно уважать всех учителей и правила этой школы. В разговоре со мной, эта не по годам важная дама, держалась как-то уж очень надменно. По-видимому ее зарплата и положение в этом месте позволяли вести себя так, словно все ученики и их родители являются ее собственностью. Через несколько минут мне все это конечно же надоело, но я пытался из последних сил изображать хоть какой-то интерес к ее словам. Последней каплей моего терпения стала фраза завуча: «Я понимаю что у вас там в детдомах так себя не ведут». Услышав это, я понял что наверное с меня хватит, поэтому решил прервать этот набор словесного поноса и сказал:
– Может прежде чем обвинять голословно парня вначале разберемся в чем проблема?
Завуч, явно не ожидая от меня такого отпора, сразу же резко сменила свой надменный тон и превратилась в обиженную жертву:
– Не нужно на меня кричать, пожалуйста, – обиженно произнесла она.
– Я на вас не кричу, но вы тоже не навешивайте ярлыки на людей. Парню итак досталось в жизни. Что он видел хорошего?
– Я понимаю, но это не повод себя так вести. Если сейчас все пустить на самотек, кто знает что он в следующий раз выкинет.
– Хорошо, я могу вам пообещать что такого не повториться, – максимально твердо ответил ей я.
– Ладно, на первый раз мы вас прощаем, – великодушно согласилась завуч.
– Спасибо вам, – поблагодарил ее я.
– Но, -продолжила она, – ваш мальчик должен понять что есть общие правила для всех.
Иначе нам придется принять меры.
После этих ее слов , я насторожился.
– Что вы имеете в виду? – осторожно спросил я у завуча.
– Я думаю вы меня прекрасно понимаете, – тихо ответила завуч, – есть отделы, которые занимаются такими ребятами. И лучше вашему мальчику не попадать к ним на учет.
– Хорошо, Иван больше не будет, еще раз обещаю, – поклялся ей я.
Когда наш разговор с завучем был окончен, я вышел из ее кабинета. Иван ожидавший меня в коридоре, сразу же спросил:
– Ну что там?
В тот момент я наверное в первый раз за все время вдруг почувствовал сильную злость по отношению к нему, поэтому резко ответил:
– Да ничего. А ты как думаешь?
– Я не знаю, – опешил Иван, – ты лучше расскажи что было.
– Ты хочешь туда обратно? В детдом? – спросил я Ивана.
– Нет. Если честно не особо.
– Тогда в следующий раз думай что говоришь в школе. Ладно? А теперь поехали домой , там что-нибудь придумаем.
Иван ничего мне не ответил на это. Мы покинул школу, сели в машину и во время поездки домой я озвучил Ивану тот план примирения сторон, что мне предложила завуч:
– В общем они согласились сделать вид что ничего не было. Но ты должен пообещать мне, что больше никогда так не будешь делать.
Услышав это, Иван рассмеялся, закрыв лицо руками.
Я же пытался оставаться серьезным и сказал:
– Что ты смеешься ? Да, так и сказали. Ты бы видел с каким серьезным выражением лица она это говорила. Иван , послушай меня. Я не хочу чтобы они накатали жалобу и к нам снова пришли проверяющие из отдела соцзащиты. Ты же помнишь как было в прошлый раз?
– Ту странную тетеньку ? Конечно. Особенно когда она спросила: А женщины здесь нет? Я сказал нет, а она переспросила, что совсем? И я ей сказал что однозначно – нет.
– Вот это совсем не смешно. Ты тогда чуть все не испортил Иван. А ведь это была проверка. Мне пришлось тогда потом все ей объяснять, что моя жена уехала к родителям. А ты молодец Вань, пошутил, тебе было весело, но ты должен понять одно – они очень легко могут забрать тебя у меня. И если так случиться, то второго шанса вытащить тебя из детдома у меня уже не будет.
В ответ
