– Это же «запорожец», – констатировал он.
Нет, это был не «запорожец». Это была в лучшем случае «ока». Я подумал, что тренер не сможет, при всем желании, в нее сесть. Для этого пришлось бы снимать заднюю дверь. А если сядет, то уже никогда не выйдет. Появился и муж олимпийской чемпионки по толканию ядра Ирины Крожаненко, тоже вообще-то видный парень. Он тоже с интересом взглянул на автомобиль. Из переулка с телефоном в руках вышла улыбающаяся Ирина. Когда она подошла к машине, улыбка слетела с ее лица.
– Давайте такси вызовем, – негромко сказал я тренеру. – Все-таки речь идет об олимпийской чемпионке. Это же ужас какой-то. Вы же гордость российского спорта.
– Ну и что? – растерянно пробормотал он. – Что мы, на «запорожце» не ездили?
Сели они в эту машину и уехали.
* * *
За две олимпийские недели в Афинах я уже привык к тому, что девушки на вопрос «А что вы делаете сегодня вечером?», не задумываясь отвечают: «Иду на финал стрельбы из пневматической винтовки в трех положениях с расстояния 50 метров!»
* * *
– Часто ли вы летаете рейсами «Аэрофлота»? – спросил я тренера теннисистки Анастасии Мыскиной Ларису Савченко скверно поставленным голосом менеджера по продажам. – Судя по всему, не так уж часто.
– Что вы! Постоянно! Вы просто не знаете! Я патриот еще тот! Летаю только «Аэрофлотом»!
– Что-то еще?
– Шоколадки ем только наши. Она задумалась.
– Кремы тоже только отечественные. Мама покупает… И живу же я почти все время в Москве! Мой немецкий тренер уже поселился в Москве. И уже полюбил ее… Бедный!
* * *
Антиглобалистов узнать легко. Они переворачивают в кафе не один столик, как это сделает поскользнувшийся на недоеденном сувлаки посетитель после трех бутылок легкого греческого вина, а сразу все столики.
Если в относительно новой столице Китая Пекине порядки поведения иностранцев, мягко говоря, строгие, то в старой, Сиане, они драконовские (хотя сам дракон, как известно, на вид просто золотой).
– Стойте здесь, – командует на русском языке отвечающий за безопасность встречи Владимира Путина с городским руководством в конгресс-центре человек в штатском. – Это приказ.
Понятно. Ни шагу назад. Но главное – ни шагу вперед. Проходит десять минут. Мы стоим на месте. Но и этого мало.
– Постарайтесь не оборачиваться, – говорит нам этот человек уже на китайском, а переводит милая девушка.
– Никому здесь не нужны проблемы, – продолжает тот же человек в штатском. – Если будете вести себя правильно, выйдете отсюда в положенное время.
* * *
В Китае не поощряется никакая самодеятельность. Расскажу о сокровенном. В туалет с тобой заходит китаец. Какая, казалось бы, у него здесь нужда?
А вот какая. Тебе не нужно делать никаких лишних движений. Здесь все сделают за тебя: откроют кран и наберут необходимый минимум горячей воды (на всех не напасешься), оторвут туалетной бумаги. Тебе нужно только расслабиться. Как раз это, впрочем, требует самых больших усилий, когда человек, стоящий над тобой, внимательно наблюдает за каждым твоим движением. Но расслабиться необходимо.
* * *
Солдаты построились на трапе, поданном к самолету встречающей стороной. Заиграл марш. Один за другим солдаты начали спускаться. Они делали это так, словно спускаться со знаменем с трапа и есть их настоящая и главная работа, которую они умеют делать так хорошо, как никто другой на земле.
* * *
В день, когда премьер-министр Греции прилетел в Москву, стало по-настоящему холодно. Греки, появившиеся у Спасских ворот, с интересом наблюдали, как дворники граблями осторожно рыхлят снег у Кремлевской стены. Греки думали, наверное, что вот так мы и живем.
Один из них, журналист со стажем, говорил потом, что он никогда в жизни не видел ничего подобного.
– Да, мы заботимся о нашем снеге, – вяло поддерживал я этот разговор.
* * *
Президент Ирана, маленького роста черноволосый человек с семидневной щетиной, вышел из переговорной, и на него набросились все журналисты. Стоял невообразимый шум. Не было слышно ни одного вопроса. Кричали все, и не хотел успокаиваться никто. Полицейские начали расшвыривать журналистов, чтобы освободить проход. Шум усиливался, хотя мне казалось, что это невозможно.
Поразительно, какое огромное наслаждение все это доставляло иранскому лидеру. Он оглядывался вокруг и смеялся, как ребенок. Он был абсолютно счастлив. Ему уже не надо было ничего комментировать. Ему следовало просто получать удовольствие. Он это и делал.
* * *
На открытие выставки «Русский авангард» в рамках фестиваля «Европалия-2005» президента России ожидали многочисленные гости – прежде всего из все той же России. В первом ряду встречающих стоял глава компании «СУАЛ» Виктор Вексельберг.
– Яйца свои привезли? – на бегу спросил я его.
– Конечно, – улыбнулся он.
– Много?
– Все, что есть, – развел он руками. – Все до единого.
– То есть?..
– То есть все девять, – с гордостью сказал он. – Ни одного не пожалел!
* * *
Саммит АТЭС как-то не бросился в глаза мировой общественности. Он был отмечен главным образом вспышкой активности антиглобалистов, которые с расстояния в сто метров, казавшихся стопроцентной гарантией безопасности, докинули довольно большой камень до плеча инженера российской телекомпании НТВ. Плечо болело. Амбиции антиглобалистов были этим, видимо, абсолютно удовлетворены – судя по тому, что весь следующий день о них вообще ничего слышно не было.
– Удачная была поездка? – поинтересовался я у полпреда президента в Дальневосточном федеральном округе Камиля Исхакова.
– Интересно было, – признался он. – С королем встретился, Саудовской Аравии. Поразили его кое-чем. С президентом Египта увиделся, он по-русски говорил с нами.
– И что сказал?
– Сказал «спасибо».
– А еще что сказал?
– А больше ничего не сказал. Мы в основном говорили.
* * *
Выйдя из машины, господин Путин принял конный парад, с искренним любопытством всматриваясь в лошадиные морды. Лошади отвечали ему взаимностью. Мимо него прошли и пехотинцы, не вызвавшие, впрочем, никакого энтузиазма у президента России.
* * *
Вместе с президентом Узбекистана Исламом Каримовым в «Бочаров ручей» приехали его личный оператор и его личный фотограф. Другие журналисты не сопровождают Ислама Каримова в его командировках. Такое впечатление, что это не нужно – ни ему, ни им.
* * *
– Есть святое право контракта! – разъяснял министр промышленности и энергетики Виктор Христенко. – Закомитился – и будь любезен исполняй!.. Вы, наверное, думаете, это хорошо – продавать энергоресурсы. Ну да, это позволяет чувствовать себя нужным. Приезжаешь куда-нибудь – и все вокруг тебя вьются, спрашивают, как настроение…
* * *
Вопросы о том, кто, кому и как подчиняется в КФОР, ставят в тупик военных, хотя внешне они и излучают оптимизм по этому поводу. Обычно они юлят и изворачиваются до последнего, а потом у них заканчивается время для ответов на вопросы. Честно ответил только один австрийский полковник.
– Отдаст ли украинский солдат честь австрийскому полковнику?
– Разумеется. Если у него есть настроение. А вообще-то вряд ли.
– Но мы же своими глазами видели, как именно это только что произошло.
– Значит, у него было настроение.
* * *
– Что я сказал президенту Америки? – переспрашивал Михаил Маргелов, возглавляющий комитет по международным делам в Совете Федерации. – О, мы прекрасно поговорили… Вспомнили подробности его инаугурации, он ведь приглашал меня тогда в Вашингтон…
Если бы я не видел своими глазами, как беззаботно господин Буш прошел мимо господина Маргелова, я бы ему, конечно, поверил так же безоговорочно, как и журналисты, стоящие на улице.
* * *
На встрече с руководством бразильского парламента Владимир Путин представил главу Федерального агентства по физкультуре и спорту Вячеслава Фетисова:
– У нас в составе делегации представитель спортивного ведомства. Он, правда, не футболист, а хоккеист, зато выдающийся.
Таким образом, глава государства намекнул на то, что среди отечественных футболистов выдающихся людей нет. Более того, он продолжил позорить российское футбольное хозяйство:
– Я надеюсь, – произнес господин Путин, – что бразильцы помогут нам решить проблемы нашего футбола.
Спикер бразильского парламента Жозе Сарней верно понял российского президента:
– Мы готовы, – сказал он, – поделиться опытом и научить ваших ребят играть в футбол. Мы не будем учить вас только одному – как выиграть чемпионат мира.
По понятным причинам: оно им самим надо.
* * *
Александр Лукашенко начал с проблемы реформирования ООН. Он не уверен, что вообще есть смысл обсуждать эту тему. Прежде надо определиться, «верной ли дорогой мы ведем свои страны».
