расстреливала толстое нечто, которое натурально пустило корни и перекрыло всю улицу. Зачем — непонятно.
Но опасным этот момент сделало совсем другое.
Калия услышала грохот от столкновения металла — это Гатс сзади развлекался.
У домов, между которыми пролегала улица, имелось по шесть подъездов с каждой стороны. Двери, которые на ночь жителями закрывались. Но сейчас сразу две распахнулись, и оттуда выскочили… Да непонятно кто. Выглядели они как обычные люди, спешно натянувшие на себя кто что. Единственное, что их отличало, — однозначно агрессивные намерения и примитивное оружие.
Первые выбежавшие столкнулись с отрядом Гатса. Это Калия успела разглядеть. Сам Гатс с ними и разделался совершенно случайно. Колдун, который ему достался, несмотря на габариты, был резвым и мощным. Парню приходилось крутиться, а учитывая замах меча… Люди, напрочь игнорируя инстинкт самосохранения, сами подставились. Их просто снесло, и брызги крови разметало по улице.
А дальше Калия не успевала следить за общей обстановкой. Из других подъездов также стали выбегать люди, и бой быстро скатился в хаос.
Бородатый мужик с тесаком бросился на Калию. Его снял Гуч одним метким выстрелом.
— Командир, ты не зевай, — бросил он панибратски.
В любое другое время Калия бы резко ответила на этот выпад. Гуч был потомственным ныряльщиком, чьи родители сгинули в Колодце. Беспризорник с улиц, с какой-никакой родословной и мешком амбиций за пазухой. Он умудрялся быть «своим парнем», при этом регулярно бесить половину курса. Средний по результатам, его задело, когда командирская должность ушла Калии. При этом он в последние дни, после возвращения в крепость, не стеснялся оказывать знаки внимания девушке. Что для неё стало совсем уж неожиданностью.
В общем, Гуч Калию бесил и уж его защита ей точно была не нужна.
Но выяснить отношения времени не было. Вскинув винтовку, Калия выдала очередь, срезав тех, кто выбежал за бородатым. Стреляла она по ногам. Было непонятно, колдуны это или захваченные люди. Руки девушка держала, окутанными чернотой, но та не отлипала и никак не реагировала. Гуч тоже продолжил стрелять. И вот он человеколюбием не страдал, стрелял в грудь, наповал. Один из редких камней улучшил его рефлексы, поэтому стрелком он был отличным. Если не сравнивать с лучшими на их потоке, конечно. Поэтому первые секунд тридцать Калия работала с ним на пару, скупыми очередями. Остальная троица парней остановилась рядом, готовая сменить и поддержать, если ситуация усугубится.
— Все сюда! — не забыла крикнуть Калия.
Второгодки отступили к ним. Гатс к этому моменту разобрался с колдуном, и это была хорошая новость. Иначе бы они застряли на улице. Та не настолько широкая, чтобы мечник свободно разгулялся. И чтобы свободно обойти его.
— Прикрою! — крикнул Гатс на ходу. — Отступайте!
И прикрыл.
На этот раз на улицу следом за ними выбежала сборная солянка. И те, кто выглядел как обычные люди, и явные колдуны, окутанные чем-то черным, и псины с зубастыми пастями.
Взмах меча был ультимативен и безжалостен.
Калия всякое повидала и не раз кровь проливала, но это зрелище даже её впечатлило. Почему-то она ждала, что все рассыплются пылью. Колдуны и рассыпались. А вот люди — они умирали так, как и должны были. По-человечески кроваво. Толпу разметало, брызнула кровь, раздались крики боли. При этом те, кто бежал сзади, продолжили рваться вперед, и Гатс обратным взмахом рубанул второй раз, с волной ветра.
Толпу раскидало, разрезало и завалило.
— Командир! — окликнул ей Гуч. — Отходим, не спи!
Калию схватили за плечо и толкнули назад. Последнее, что она заметила, — как это месиво начинает собираться во что-то новое и большое.
Девушка успела сделать несколько шагов, как интуиция резанула по нервам. Энергетические поля ей пока давались с трудом, но сейчас на одних рефлексах Калия прикрыла их отряд щитом. Кто-то сверху ударил по ним способностями.
***
Единственное, что я успел, — подумать, что всё, добегались. Крушение здания пережить уж точно не получится.
Но — нет.
Замерцала тьма, нахлынула со всех сторон, скрывая обзор. Я ощутил, что падаю, меня подхватывает, замедляет, швыряет вниз. Врезавшись во что-то твердое, я покатился, кое-как затормозил, и в следующий миг прилетело сверху. Не чем-то, а кем-то. Кто-то из моих ребят свалился на меня, хотя должно было быть наоборот.
Краткие мгновения дезориентации закончились. Ничего больше на голову не падало. Откуда-то сверху доносился треск рушащегося дома. Я решительно не понимал, что происходит. Видимость нулевая, на ощущениях тоже не сосредоточиться — меня будто со всех сторон сдавило.
«Нас расплющило?» — возникла глупая мысль.
Ночное зрение работало отвратно. Я с трудом различал, что находится поблизости. Цепь свою ощущал, но выше, на пределе чувствительности. Что было невозможно. Куда бы я так далеко падал?
Выбравшись из-под свалившегося на меня тела, которое подозрительно затихло, я создал шар. Свет от него помог разглядеть, что вокруг.
Рядом лежала рыжая. Всё так же в отключке.
Эмоции снова включились, меня кольнул страх за неё, но суетиться я не стал. В любой непонятной ситуации сначала надо прояснить, что происходит и какая обстановка. Есть ли рядом враг.
Я поднял шар выше, но свет от него увязал. Не рассеивался, а вяз в частицах тьмы, рассеянных в воздухе. Поведя рукой, увидел рядом и другие тела.
Плохо, очень плохо.
Встряхнувшись, я начал действовать. Сейчас не до эмоций. Где мы и как выбираться, думать буду потом. Есть ли рядом враг — тоже. Он, однозначно, есть и может напасть в любую минуту. Но пока не нападает, займусь делом. Шаг первый — потянуть частички тьмы внутрь себя. Давай, круг, давай, моя уникальная способность, переваривай эту гадость. Пригодится ещё потом, чтобы колдунов половчее отлавливать.
Уже через несколько вдохов видимость расширилась на пару метров. На меня же навалилась тяжесть. Но ничего, потерплю.
— Спар? — услышал я глухой голос Верса.
Он оказался сидящим совсем рядом. А до этого я его не разглядел, настолько плохая видимость была.
— Я это, я, — сказал ему. — Цел?
— Вроде. Чувствую себя плохо. Сейчас…
— Сиди, — сказал ему, заметив, что не так уж он в порядке.
До этого Верс лежал, а меня увидел и приподнялся. С помощью левой руки. Правая же была неестественно вывернута.
Считай, минус один боец.
Я и сам чувствовал, что ранен. Сзади, под ребра, ещё какие-то мелкие порезы. Если бы не был напичкан энергией под завязку, свалился бы. Но нельзя. Так что терпи. Спартанец я или погулять вышел? Вытерплю. Всё, что надо, вытерплю.
— У тебя рука сломана, — обратил я его внимание. — Открытые раны есть? Второй рукой проверить можешь?
Перелом — это
