Читаем без скачивания Печать Безумных. Белое и Чёрное - Екатерина Ивановна Гичко
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Убедившись, что защитники собрались на северной стороне, До-рани-хи скользнул к водоёму. Пробрался между обломками и чуть ли не на корточках выбрался на каменную облицовку. Там он задержался. Быстро провёл кинжалом по ладони и безбоязненно засунул её в воду. По поверхности тут же расползлись тёмные завихрения крови, и жрец нырнул в воду головой вперёд.
Ледяной холод мгновенно пронзил тело. Тёмные воды почти не прогревались на солнце и сохраняли мёртвую безжизненность под своей поверхностью. До-рани-хи медленно опускался всё глубже и глубже, свет постепенно мерк, и тьма сгущалась. Наконец его вытянутая ладонь упёрлась во что-то студенисто-мягкое, и порез, онемевший от холода, запульсировал болью.
Губы жреца разомкнулись, вверх устремились пузырьки, а вместе с ними вверх устремился и зов:
— Прими призыв Господина…
Плоть под ладонью сжалась, и весь водоём всплеснулся от пробудившейся на его дне жизни.
— Что за?..
Услышав плеск, виларий Ерн отставил своё место и бросился к арке, выходившей на восточную сторону. Вражеская стрела едва не вонзилась в его плечо, оборотень успел упасть на пыльный камень и до арки добрался уже ползком.
— Боги… — от увиденного ослабели и ноги, и локти, и Ерн едва смог удержать голову поднятой.
Из водохранилища вместе с водой стремительно выползало нечто студенистое, прозрачно-чёрное и глянцевито блестящее на солнце. Казалось, что из водоёма как из горшка убегает чёрная каша. Сотни червеобразных отростков выбрались на каменную облицовку берега, и из воды медленно вытянулось округлое тело, по центру которого сидел, сложив ноги кренделем, мужчина с длинными белыми волосами, перевитыми в косы.
Глава 22
Смещение грани
Лирка поняла, что что-то случилось, когда на смотровую площадку взлетел замыленный и покрытый сажей посыльный и хайнес стремительно скатился по ступеням вниз. Выискал её на стене — она как раз перезаряжала арбалет — и нетерпеливо поманил ладонью Ирреса. Тот сидел рядом с женщиной, служивые шутили, что врага устрашал.
— Я? — удивлённо навострил уши дух. Его недоумение потонуло в шуме схватки.
За стенами схлестнулись салейская и хоёторская конницы, их из тыла с обеих сторон поддерживали лучники, летали снаряды, а в самом центре линии схватки, почти напротив Тишек, со стороны Леса по лугу бежало огненное море. Хоёторцы перед ним спешно расступались, пропуская к врагу. В небе разорвался сигнальный цветок, и от реки в небо поднялся отряд водяных драконов. Мощные струи воды низверглись вниз, вбивая пламя в землю и превращая почву в расползающуюся грязь, которая почти тут же вспыхнула вновь.
— Черви! — заорал кто-то.
Лирка бросилась к смотровой щели и увидела, хоёторские всадники на скаку что-то выбрасывают пригоршнями из деревянных ящиков.
— Красное дерево! — заорали внизу команду.
Вперёд навстречу пламени тут же высыпались воинами с большими, во весь рост щитами из краснолипника, которого не брало всё пожирающее пламя самовозгорающихся червей. Щиты утвердили в размякшей земле, и стрелки вскинули к небу луки.
— Пли!
Рой стрел улетел за пелену чада и пламени. Сверху дракон с рёвом полил горящую землю огнём, а вслед за ним извергся водяной дракон. Драконье пламя сбило неугасимое «червяное» пламя, а новый огонь легко уняла вода.
— Ты серьёзно⁈
Лирка стремительно развернулась, услышав разъярённый рык хайнеса. И увидела, что тот наступает на растерянного и даже напуганного Ирреса.
— Ты умолчал о такой серьёзной опасности⁈ — продолжал напирать злющий Сильнейший.
— Он там тысячелетиям лежал, — Иррес нервно обмахнулся хвостом, — и никому никогда до него дела не было. Расххеридан даже не помнил про него. А остальные… Да почти никто не знал, что у Авран-Ё есть страж! Я сам не всегда помнил, что он есть…
— Хоёторцы заняли городище! — рявкнул Риш. — Эта тварь сожрала половину размещённых там воинов! Грань сдвинулась!
Обеспокоенная Лирка подбежала к ним.
— Хоёторцы заняли Арван-Ё? — напряжённо спросила она. — Что случилось?
— Случилось, что твой друг не сказал о страшной опасности, которая дремала всё это время на дне водохранилища! — выведенный из себя Риш яростно сверкнул глазами и на неё. — А хоёторский жрец поднял её, и городище теперь в руках врага!
— О боги… — Лирка дёрнулась было к стене, но осадила себя. Всё равно с такого расстояния ничего не рассмотреть.
Если они действительно потеряли Арван-Ё, врага оттуда будет очень сложно выбить. И самое неприятное, городище может вместить в себя едва ли не всё хоёторское войско, и вновь будет побоище, как сорок девять лет назад.
— Нельзя позволить им укрепиться в городе, — Риш думал о том же. — Я поеду сам.
— Что? — страх вскинулся в груди резко и совершенно неожиданно, и Лирка вцепилась пальцами в рукав мужчины.
Тот посмотрел на неё чуть удивлённо. В другое бы время страх женщины польстил бы ему, но сейчас было не до того.
— Как справиться со стражем? — требовательно спросил он у Ирреса.
Тот совсем растерялся и выглядел таким испуганным и расстроенным, что ответ был очевиден без слов.
— Я его создавал не для того, чтобы его можно было победить, — неохотно признался дух. — Его может победить сильный Господин. Если очень постарается. Но у нас таких сил нет.
— Господин Исхедиар! — Лирка заозиралась, надеясь увидеть духа.
— Чего ему тут делать? — Иррес и сам бы хотел, чтобы старый враг оказался рядом, но тот исчез по таинственным семейным делам ещё до начала битвы. — Хотя стой-ка… — звёздчатые глаза полыхнули и широко распахнулись. — Мы можем перехватить контроль. У меня, как создателя, приоритет. Он должен слушаться меня. Если только мы подберёмся достаточно близко и… успеем доказать, что я его хозяин.
— Нет! — Риш сразу понял, кому придётся рисковать, и уже его пальцы вцепились в руку Лирки.
— Тогда мы выдвигаемся с вами, — женщина будто его не услышала.
Но на самом деле она прекрасно слышала его, а ещё видела злость и отчаяние в золотисто-жёлтых глазах. Отчаяние говорило о принятии.
— И почему ты, облезлая шкура, связан именно с Каей⁈ — разъярённо прошипел Узээриш. — Живо собирайтесь, мы идём прямо сейчас!
До Арван-Ё они добирались небольшим отрядом в тридцать оборотней. Схватка у городища кипела яростная. С салейской стороны подтянулось подкрепление, но расположение сил сменилось, и теперь хоёторцы были внутри, а салейцы их осаждали.
Ставка командования расположилась совсем недалеко от городища, и катарий[1] О̀жит, коренастый чернобородый оборотень, угрюмо смотрел на стены, из которых их так легко вытурили. Взмыленные связные носились туда-сюда к разным частям батальона с приказами,
