чем угодно, но только не с мелодией или текстом.
— …
— Опять же, — поднял я руки ладонями вверх и продолжил, чтобы слегка сгладить углы. — Я не исключаю варианта, что у вас получится ее переделать. У меня не было возможности посмотреть как вы работаете и вполне возможно, что после вашей редактуры, вы сделаете из этого хит.
Здесь я неплохо так приукрасил. Я был готов поспорить на деньги, что из этой заготовки не получится вообще ничего внятного.
— Ну конечно, куда нам до великого композитора и нашего макне, Су Джина, — усмехнувшись, сыронизировал До Хван.
— Су Джин, — натянув на лицо улыбку, миролюбиво обратил на себя мое внимание Мин Соп. — Возможно, ты сможешь более развернуто объяснить, почему ты считаешь именно так?
— Хорошо, — согласился я и стал по памяти вспоминать мелодию, которую слышал вчера. — Начало трека — не выразительное. Его, конечно, можно заменить на инструментал, но это еще как бы нужно сделать, практически выкинув и переписав. Вступление занимает секунд тридцать, что уже плохо для группы с участниками больше двух. Нормального дропа и басов здесь так же практически нет. Но обо всем вышесказанном можно забыть на фоне того, что в песне нет никакого хука, и насколько я понимаю, он и не предвидится.
— …
— Су Джин, а хук, это что? — спустя несколько секунд паузы, поинтересовался у меня Мин Соп.
И по взгляду остальных стало понятно: в этом вопросе он оказался не одинок.
— 훅, Hook, chorus, killing part… — начал я перечислять им этот термин на корейском и английском языках, считая, что здесь он просто может называться по-другому. Но в какой-то момент понял, что они могут понятия не иметь, о чем я вообще объясняю…
«Хмм, ну да».
Этот термин не сразу появился в К-попе. В первых поколениях айдолов Кореи структура песен была более классической. Ставка делалась на вокал и реп с быстрым распределением линий. Из этого и создавалась условная «кульминация», но это были вокальные пиковые моменты, а не визуально сценические «убийственные» под бас, в которых К-поп больше всего и раскрывался.
— Забудьте, — вздохнув сказал я и устало разлегся в кресле. — Можете считать, что я ничего не говорил. У вас все получится, — слегка поднял я сжатый кулак. — Файтинг! Ну и все в таком духе…
— А с каких пор ты стал специалистом в К-попе? — спросил у меня До Хван, решив не отпускать тему. — Все что мы от тебя слышали, больше похоже на западную музыку. Даже трек для Эклипс ты написал на английском, и это не говоря о том, что команда по аранжировке до сих пор доводит его до ума, чтобы песня нормально звучала в исполнении всех девушек в группе.
«Забавно. Теперь мне даже интересно стало, во что им удастся переделать Обезьянку под всех участниц Эклипс?»
— Су Джин, — наставительно начал наш лидер, так же выглядя не очень довольным. — До Хван, возможно, не всегда правильно подбирает слова, но во многом он прав. Даже если у тебя получилось написать несколько песен, это не означает, что ты знаешь все о К-поп. Мы работаем в этой сфере гораздо больше и тебе следует многому у нас поучиться.
— Я заранее переспросил: нужно ли вам вообще мое мнение, — развел я руками.
— Джи Ху, может не стоит… — внезапно решил заступиться за меня Мин Соп. — Нам сейчас только скандала не хватало, ну не понравилась ему…
— Подожди, Мин Соп, это важно, — прервал его Джи Ху под довольную улыбку До Хвана. — И перестань уже улыбаться, это ко всем относится, — посмотрел он на красноволосого, который теперь скривился. — Су Джину, нужно лучше понять нас, и то как мы работаем, а нам в ответ — лучше понять Су Джина. В нашей группе за последнее время произошли большие перемены, и перед дебютом нам в любом случае нужно будет сходить к госпоже Чоль, поэтому…
— Можно, я возьму все свои слова о песне назад? — без иронии и абсолютно серьезно спросил я у лидера нашей группы.
///
Как оказалось — нельзя.
Спустя уже десять минут после звонка менеджеру Муну, который с радостью согласился нам помочь, мы стояли выстроившись в линию перед госпожой Чоль. Медиатренером айдолов агентства С9.
— Для начала вам хорошо бы было определиться с образом и выбором характера для нового участника, — произнесла госпожа Чоль, подойдя ко мне поближе и критично осмотрев. — Однако это, скорее всего, будет определять общий антураж вашего следующего альбома, и данный вопрос можно отложить.
— Госпожа Чоль… — обратился к ней Джи Ху, но та подняла руку, остановив его.
— Я знаю, зачем мы здесь. Агентство может в любой момент отправить вас на новое шоу или участие в подкасте, поэтому вам нужно как можно скорее начать себя вести, как единый и хорошо работающий механизм. Но когда у вас появилась новая деталь, — произнеся последнюю фразу, женщина красноречиво посмотрела на меня. — Сделать это достаточно трудно. Поэтому сегодня мы проведем занятие, во время которого каждому из вас придется полностью раскрыться перед другими.
Спустя пять минут, по требованию госпожи Чоль, мы все вместе сели на мягкий коврик в зоне отдыха. Женщина сидела напротив нашего полукруга.
— Чтобы Су Джин как можно лучше смог понять душевную организацию каждого из вас, вы должны первые ему открыться, — произнесла женщина, обведя всю нашу компанию взглядом.
Я тоже посмотрел на остальных, но того, что ожидал не увидел. Парни, в отличии от моего удивленного состояния, сейчас все довольно кивали. Даже До Хван не выглядел недовольным.
Но по нему реально не поймешь, он это перед нашим тренером такой милый, или его все на самом деле устраивало.
— Вы все по очереди должны рассказать Су Джину что-то очень важное из своей жизни, — убежденно продолжила она. — Хорошо если это будет какой-то откровенный и даже драматичный эпизод из вашего прошлого. Итак, кто будет первым?
«Она у нас медиатренер или семейный психолог?» — смотря на весь этот бардак, который вокруг меня творился, подумал я.
После ее вопроса, Ан Си тут же поднял руку.
— Давай начнем с тебя, Ан Си, — кивнула женщина.
— Это очень важная и длинная история, — произнес парень и глубоко вздохнул.
