Глава тридцать вторая
3 сентября, 10.23 утра
…Нетипичная энцефалограмма… постойте… посмотрите на это… усиленная… нет… очаговая аномалия… судорожная активность… нет… больше похоже на быстрый сон… необычная цикличность… что за черт…
Сакс постаралась разлепить глаза, несмотря на ослепительный свет, который мешал это сделать, и обнаружила над своей головой большой серебристый диск с лампой посередине. О боже. Когда-то она уже просыпалась вот так. Совсем одна. Она узнала этот горячий белый свет, этот характерный запах. Я в больнице! У нее сразу сдавило грудь. Она попыталась подвигать руками, поднять ноги. Меня привязали к койке. Сакс рванулась, стараясь высвободиться, и взвыла от острого приступа боли. В поле ее зрения появился какой-то силуэт на фоне яркого света. Она безуспешно пыталась сфокусировать взгляд.
Нежные руки прикоснулись к ее щекам, она услышала мягкий голос.
— Ты в больнице, с тобой все будет хорошо.
Вранье. Они обманывают тебя. Они дают тебе лекарства и делают так, что ты теряешь себя. Сакс вздрогнула и закрыла глаза. Пожалуйста, не надо.
— Ты слышишь меня? Ты в безопасности.
Это неправда. Ласковые пальцы погладили ее по лбу. Они врут.
— Сакс, очнись, пожалуйста! — стал умолять ее этот нежный голос.
Она знала этот голос, знала это прикосновение.
Из последних сил Сакс снова попробовала сосредоточить взгляд. Из полумрака стали проступать черты лица, за которые можно было уцепиться в затопивших ее смятении и боли. Склоненное лицо, зеленые глаза с неподдельно заботливым и ободряющим взором. Темно-рыжие волосы с золотистым отливом, красивое лицо. Ясный, собранный и уверенный взгляд. Сжав пальцами руку, державшую ее. Сакс в отчаянии спросила: «Джуд?»
— Да, я здесь, здесь. — поспешила успокоить ее Джуд, поняв по глазам, что Сакс в полном замешательстве. Она дрожит, ей страшно. — Я с тобой. — Джуд нехотя оторвала взгляд от Сакстон, чтобы позвать врачей, которые продолжали отслеживать энцефалограмму: — Она пришла в себя.
— Не уходи! — взмолилась Сакс, пытаясь сесть. Она не до конца понимала, где она и что с ней. Они могут сделать мне больно… нет… Джуд здесь. Прошлое позади, теперь все иначе. — Не оставляй меня. — попросила она снова.
— Конечно, не оставлю, родная, — пообещала Джуд и положила руку на плечо Сакс. Она видела, что Сакс смертельно напугана, и у нее просто разрывалось сердце. Всей душой она рвалась успокоить ее, но Джуд понимала, что сейчас Сакс нуждалась не столько в ее сочувствии, сколько в ее решительности. — Сакс, ты в больнице Святого Михаила. Все в порядке.
Пэм встала в изголовье напротив Джуд.
— С возвращением, — сказала она с нежной улыбкой, но ее глаза осматривали Сакс профессионально, оценивая ее состояние. — Ты знаешь, кто я?
Сакс обвела изучающим взглядом высокую стройную фигуру, и ее первоначальная паника стала постепенно отступать, потому что она осознала, что действительно знает эту женщину. Но гораздо важнее было то, что она знала, кем была она сама.
— Ты Пэм Арнольд. Нейрохирург. А я Сакстон Синклер. — Она повернула голову, насколько позволил шейный воротник. — А это моя травматология.
— Превосходно, — Пэм кивнула, надеясь, что громадное облегчение, которое она ощутила, не отразилось у нее на лице. Ей так не хотелось вскрывать череп Сакс.
Сакс перевела взгляд с Пэм на Джуд, только сейчас заметив, что ее лицо перепачкано сажей с дорожками, оставшимися от пота… или от слез?
— Что случилось? Ты ранена? — Сакс снова попыталась сесть. Две женщины, стоявшие по обеим сторонам от нее, ответили в один голос.
— Нет, со мной все в порядке. Лежи спокойно. — Джуд надавила рукой на плечо Сакс.
— Ты получила удар по голове и заработала приличное сотрясение мозга, но обошлось без серьезных долговременных повреждений. — сообщила Пэм.
— Ты точно не пострадала? — еще раз спросила Сакс, глядя на Джуд пытливым взглядом.
— Со мной все нормально, — улыбнулась Джуд. Гнетущий страх, не отпускавший ее весь последний час, наконец стал слабеть. — Все наши в порядке.
Успокоившись, Сакс насколько смогла подняла свою левую руку, привязанную к подлокотнику, и увидела в вене пластиковый катетер.
— Вы мне что-то кололи?! — она вперилась взглядом в Пэм, кровь совсем отхлынула от ее и без того бледного лица — Господи, только не это. Больше не надо.
— Нет, мы ничего тебе не давали, — поспешила сказать Пэм. Увидев изумленный взгляд Сакс, она призналась: — Скажи спасибо за это мисс Касл.
— Спасибо. — пробормотала Сакс, обратив взор на Джуд и еще сильнее переплетая свои продолжавшие дрожать пальцы с ее. Потом Сакс глубоко вдохнула. Она чувствовала, что понемногу успокаивается. Пришла пора действовать. — Пэм, ты уже можешь снять эту чертову штуковину с моей шеи?
— Да, ее можно снять, судя по томографии, твой позвоночник не пострадал. — Пэм расстегнула липучки шейного воротника и сняла его с Сакс. — Тебе нужно какое-нибудь обезболивающее? Давай я закончу осмотр и выпишу тебе морфия.
— Я в порядке, — солгала Сакс.
Хотя ее дезориентация существенно уменьшилась, теперь к ней примешивалась пульсирующая головная боль. Впрочем, лучше уж головная боль, чем полный сумбур в голове, подумала Сакс. Она потянула за ремень, перетягивавший ее грудь и прижимавший ее к узкому медицинскому столу.
— Отвяжите меня.
— Как только Стайн зашьет рану на твоей голове, мы отвезем тебя наверх. — Пэм начала проверять рефлексы и мышечную моторику.
— Не надо.
— Не поняла?
На лице у Сакс была написана жесткая непримиримость.
— Я не собираюсь оформляться в качестве пациента.
— Сакстон, это даже не обсуждается. — Пэм знала, что в ее голосе чувствуется раздражение. Отлично. Просто чудесно. Только этого мне не хватаю: выяснять, кто тут главный, посреди этой проклятой массовой аварии со множеством пострадавших.
— Я уверена, что у тебя есть дела поважнее, чем препираться со мной. — резонно заметила Сакс, словно читая мысли нейрохирурга. — Если ты настаиваешь, я подпишу, заявление «по собственному желанию, вопреки врачебным рекомендациям», но я не останусь в палате.
— А теперь послушай!
— Можно мне с ней быстро поговорить… наедине? — спокойным голосом вмешалась Джуд.
Да, голос Сакс окреп, а взгляд прояснился, но она все еще была белее мела, а ее рука, лежавшая у Джуд в ладони, продолжала трястись. Джуд точно знала, что ее дорогой хирург мучается от боли.
