— Не смей! — взвизгнул Двухголовый, крупные капли пота выступили у него на лбу.
Медленно, зигзагами смерч подполз к столбу и обвился вокруг него. Рюби послала огненный шар прямо внутрь смерча. Там разворачивалась плохо понятная Хани и Дъярву борьба. Что-то гремело, мелькали короткие вспышки… Потом сквозь сероватые струи смерча проглянуло малиновое пламя.
— Не-ет… — пролепетал Двухголовый и дернулся было туда, однако безжалостные смерчики-сторожа подняли его в воздух, закрутили и швырнули обратно на камень.
А закончилась борьба магий на удивление просто и тихо. Смерч рассосался, огонь погас, и на месте столба осталась только груда закопченных камней. Ледяная Звезда пропала бесследно. Тогда Ториль позволила себе чуть заметно улыбнуться. Она опять взмахнула мечом, и кольцо смерчей-сторожей исчезло.
Двухголовый, постанывая, приподнялся на локте. Змеиная шея теперь болталась, подобно тряпке, из пасти змеи сочилась оранжевая кровь.
— Вы надеетесь на победу? — злобно спросил он. — Вы уже торжествуете? Полагаете, что удача рядом? Зря. Убить меня нельзя. Я уйду во мрак на тысячу лет, на пять тысяч… Мне не привыкать ждать, но вернусь сильнее, чем теперь. Ведь пока жив хоть один человек, жив и я. А вот вы за это время ослабеете, выродитесь. — Он обратился к Рюби. — Объясни этим глупцам… Ты-то должна знать.
— Я знаю и знаю все, — подчеркнула она.
Двухголовый уже справился с приступом слабости и теперь сидел.
— Вот и расскажи все.
— Но ведь ты потерял армию, потерял слуг, потерял замок. И не надейся, что мы оставим в целости шахту.
— Не надеюсь. Однако мы с тобой знакомы очень давно; сколько попыток погубить меня закончились гибелью безумцев?
— Много, — согласилась Рюби. — Но сейчас перед тобой четыре меча. Два уже сделали свое дело, два пока дожидаются своего часа.
— Я не вижу главного меча, пятого.
— Черного?
— Да.
— Его стережет Восьмикрылый.
Лицо Двухголового перекосилось.
— Если бы Хозяин Тумана послушал меня… Я никогда не доверял пестрым игрушкам. Творения человеческого ума не признают мрака. Но Хозяин Тумана обращался с драконом, как с игрушкой, за что и поплатился.
— Как поплатишься и ты.
— Нет! Протри глаза! Разве ты не замечаешь: их сердцами завладел ужас, немота сковала языки, паралич разбил суставы. Не родился еще такой человек!..
Рюби повернулась к ничего не понимающим людям.
— Раньше я этого не говорила, не могла говорить… Приходилось даже прибегать ко лжи, чтобы не лишить вас смелости. Иначе вы не пошли бы со мной до конца, утеряв веру в победу. Он говорит правду… Дело в том, что Двухголовый — это Человек, его темная и светлая половины, разделенные когда-то, а потом сращенные вместе. Не путайте с ульфхеднарами, то были просто люди, а это Человек. Или даже Человечество. Внутри каждого из нас уживаются свет и тьма, а в Двухголовом это разделение видно и снаружи. Он заставляет схватиться ваши собственные темную и светлую стороны. Вы пытаетесь нанести удар змеиной голове — ваша темная половина поворачивает оружие против вашей же светлой. Вы целите в человеческую голову — против вас восстает ваша же светлая половина.
Двухголовый сумел встать, и змеиная голова мало-помалу начала приходить в себя после удара о камни.
— Да! — торжествующе подхватил колдун. — Чтобы победить меня, следует победить самого себя! А этого не случится никогда и ни за что!
— Он слишком самоуверен, — зло прошептал Дъярв, точно не он пару минут назад пытался уничтожить Двухголового.
Однако того, что случилось вскоре, не предвидел и Двухголовый.
Никто не обращал внимания на странный скрежет и шорох сыплющихся камешков. Увлеченные спором, они не слышали жалобного бормотания:
— …нет, ты определенно меня обманываешь. Зачем нам лезть в такую вонючую дыру? Я недавно вырвался на свободу и не желаю снова попасть в заточение. Что-то здесь не так…
Увесистый булыжник рухнул едва не на голову Хани. Тот в последний момент успел увернуться, но камень пребольно отдавил ему пальцы на правой ноге. А следом за камнями из дыры на потолке выпорхнула птица. Она изящно спланировала на пол в паре шагов от Двухголового и закрутила головой, присматриваясь. Видимо, результаты осмотра совсем не устроили Каменного Дятла, потому что он принялся знакомо причитать:
— Опять обманули… Послушались мы твоего приятеля — и куда попали? Чтобы я еще хоть раз в жизни согласился иметь дело с драконами. Они все прожженные обманщики и закоренелые лжецы. Да ни за что! А еще восемь крыльев отрастил! Стыдно…
В отверстии на потолке кто-то ворочался и сопел, оттуда сыпалась щебенка, но пока не появился никто.
— Откуда ты? — спросил пораженный Хани Дятла. Тот посмотрел на него правым глазом и промолчал.
— Цыпа… — растерялась Ториль. Дятел посмотрел на нее левым глазом и вновь гордо отмолчался.
— М-мяу… — долетел придушенный писк из узкого лаза. — Я застря-ал.
— Грифон? — остолбенела Рюби. — А его-то как сюда занесло? И зачем?
— Кар-раул! — обрадованно взвыл Грифон, расслышав, что говорят о нем.
— Спасите меня скорее! Все на помощь реликтовому животному.
— Редкостный недотепа, — проворчал Хани себе под нос, однако стал прикидывать, как ему добраться до продолбленной Каменным Дятлом дыры.
Про Двухголового пока все забыли. Зато он очень внимательно прислушивался к бессвязному диалогу. И, видимо, сообразив что-то, начал потихоньку продвигаться к месту, где мог появиться Грифон. Но на его, Двухголового, беду на пути у него оказался Каменный Дятел. Обычно робкая птица на сей раз проявила характер. Тяжелый, отливающий металлом клюв ударил с быстротой молнии, и Двухголовый жалобно вскрикнул, шарахнувшись назад, его парчовое одеяние было разрезано сверху донизу, словно бритвой. Судя по всему, Каменный Дятел не испытывал душевных терзаний и не занимался глубокими философскими проблемами. Он только орудовал клювом. А злой колдун почти лишился своей магической силы…
Наконец после долгих вздохов и стенаний из дыры показались задние лапы, хвост… И с шумом выпал перепачканный, ободранный Грифон.
— А вот и я! — радостно сообщил он, увидев вокруг знакомые лица. — Лечу себе, понимаете ли, лечу… Куда глаза глядят. И вдруг — Восьмикрылый. Хватает меня за лапу. Но тут я ему, как полагается, запищал… То есть задал, — спохватился Грифон. — А он предложил лететь к Железному Замку на помощь. Без тебя, мол, ни за что не справятся, ты единственная надежда. Вот я и прилетел.
— В каком деле ты собрался помогать? — поинтересовалась Ториль.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
