будет мыть их весь оставшийся месяц один.
Малфой встал как вкопанный, не в силах принять правильного решения.
— Что ж, мистер Маклауд, ваши условия выглядят приемлемыми. — Усмехнулся Снейп. — Итак, Драко, что ты выбираешь?
На этот раз безнадёга в глазах Малфоя была ещё более беспросветной. Немного подумав, он развернулся и подошёл ко мне.
— Я буду варить зелье.
— Уверен? Тебе ведь не надо напоминать, какая судьба постигла знаменитого зельевара Лонгботома? — Голос Снейпа так и сочился ядом и издёвкой.
После этого муки выбора отобразились на лице Драко с ещё большей силой.
— Уверен. — Вздохнул он, смирившись с судьбой.
— Хм. — Самодовольно усмехнулся Снейп. — Маклауд, приступайте. Что вам понадобится из ингредиентов? Шкурка джарви уже дожидается вас рядом с котлом.
— Большую часть всего необходимого я принёс с собой. — Указал я на корзину с «вениками» в руках. — Но кое-чего не хватает. Я пройдусь посмотрю, что тут есть.
Под суровым взглядом зельевара, я подошёл к шкафу с ингредиентами и принялся рассматривать ассортимент.
За несколько дней практического изучения зельеварения я пришёл к выводу, что это такая же ритуальная магия, что и палочковая. Вот только основаны эти ритуалы были не на рунических формулах, а на образном языке Системы. То есть все эти печёнки, селезёнки, травки-муравки и прочая дрянь на астральном уровне выглядели для Системы как некие абстрактные ничего не значащие образы. Но стоило скомбинировать их особым образом, как получался мысленный конструкт, имеющий определённый смысл для «высших сил». Следуя заложенной в этот конструкт идее, эти самые высшие силы и обеспечивали действие зелий, превращая их из обычной отвратительной бурды в отвратительную бурду с интересными побочными эффектами.
Самостоятельно пытаться комбинировать эти элементы в попытках получить что-то стоящее можно было тысячелетиями. Это примерно то же самое, что пытаться написать книгу, генерируя текст из случайной последовательности букв. Ведь истинный язык Системы находился за пределами человеческого понимания, а потому заранее понять, что будет означать очередная комбинация требухи разных тварей, было невозможно.
Но имелся у данного направления волшебства один обходной путь. Можно было представить себе образ результата и «попросить» Систему подобрать для него аналог на «системном суахили». Нечто подобное использовали и местные зельевары. Правда, напрямую с Системой они контактировать не могли, а потому им приходила на выручку «точная наука зельеварения».
Если вкратце, то строилась эта наука исключительно на постулатах типа «бабка надвое сказала». Раздумывая над этими изречениями, и проводя зубодробительные нумерологические расчёты, волшебники впадали в состояние транса, в котором к ним приходило «озарение», как раз и являвшееся очередным откровением Системы о составе зелья. Это направление было, пожалуй, наиболее близко к настоящей магии из всех остальных современных видов волшебства.
Сейчас я открыл прямой канал связи с Системой и сделал ей запрос на рецептуру нового зелья, которое… сможет решить стоящие перед Системой задачи. То есть я не требовал ничего для себя, не пытался ограничить результат, а отдавался на волю Системы, взамен получая право творить всякую дичь от её имени. Это состояние было похоже на фанатичную веру в высшие силы, вот только на самом деле я в них не верил, а скорее сдавал свои «производственные мощности» в наём. Оплатой же служил некий запас индульгенций от Системы, который позволял мне нарушать законы физики и даже математики в строго ограниченных дозах, желательно без свидетелей.
В качестве исходных условий я выставил использование шкуры джарви и трав из моей корзинки. Подойдя к шкафу с ингредиентами, я погрузился в медитацию, пытаясь воспринять образы, транслируемые «высшими силами». Даже не разбираясь, что где, я вытащил пару кусков непонятно чего, которые показались мне «интересными». Но оставался ещё один компонент будущего зелья, который я никак не мог опознать.
— Ищете что-то конкретное? — Понял мои затруднения Снейп.
— Кора дерева или кустарника. Коричневая с красным отливом. Горькая на вкус. Верхняя кожица плотная, внутренняя часть светлая с чуть розоватым оттенком, ноздреватая и распадающаяся на отдельные волокна. — Описал я пришедший мне на ум образ.
— Похоже на североамериканский боярышник. Сейчас принесу.
Снейп ушёл в соседнее помещение и вернулся с небольшим бумажным свёртком. Развернув его, он продемонстрировал кору, которую Система тут же опознала и признала годной для использования.
— Да, это она. Только…
— Только что? — Поднял бровь Снейп.
— Тут хватит всего на две дозы зелья.
— А вы собирались напоить своим зельем весь Хогвартс?
— Ладно, сойдёт. — Сделал я одолжение.
Вернувшись к подготовленному котлу вместе с награбленным добром, я начал раскладывать все ингредиенты в особом порядке. Уже сейчас я начал формирование образа ритуала создания зелья, а потому даже такие мелочи, как положение ложки и острота ножа, имели значение. Снейп с интересом наблюдал за моим «волхованием».
— Три пинты родниковой воды. — Озвучил я первый шаг ритуала, наливая в котёл примерно полтора литра воды. Хотя это только со стороны выглядело примерным, а на самом деле Система подсказала мне, когда остановиться, так что нужное количество я отмерил с точностью до капли. — Котёл стальной или латунный. — Я убедился, что мне не подкинули оловянное или бронзовое изделие. Эти маги такие затейники — кипятить воду в оловянном котелке. — Поставить на средний огонь и довести до кипения.
Пока вода нагревалась, я перешёл к окончательной раскладке трав.
— Медоносник полевой рыже-красный. Взять лепестки, собранные на растущей луне в полдень. — Я обернулся к Драко и одним взглядом «зазомбировал» его, подчинив воле Системы. Теперь он не сделает глупых ошибок, а в худшем случае застынет в ступоре. — Отдели лепестки от цветов. — Протянул я ему веник мелких красноватых цветочков. — Пустырга благородная, собранная в первой декаде сентября после утреннего дождя. — Оценил я следующую партию сена. — Завялить, но не высушивать. Скрутить колечками.
Я озвучивал один этап создания зелья за другим, а Снейп наблюдал за мной, не отводя взгляд. Записей он не делал, но я был уверен, что он подмечает все детали, и уже через пару часов этот рецепт осядет в его личной книге рецептов. Спустя некоторое время дошла очередь и до «главного блюда».
— Шкура джарви, хорошо выделанная. Отделить хвост и лапы, разделить на равносторонние треугольники. — А это уже было весьма нестандартным ходом. Обычно, зельевары не
