– Он говорил так и раньше, – проворчал кто-то.
Нууджуур помолчал, окинув обидчика презрительным взглядом.
– Если Хоор говорит, что мы победим, то так оно и будет, – рявкнул он, но никого не обманул его поникший голос. Военный Вождь Кланов не раз уже обещал победу, но Незнакомцы до сих пор сопротивлялись.
– Плавучий Риф! – воскликнул один из разведчиков. – Идет Плавучий Риф!
Кучка офицеров быстро рассыпалась во все стороны. Друудж поплыл за Нууджууром, рассчитывая, что Вождь Кланов пожелает передать какие-либо указания. Рокот воды нарастал, реактивные турбины толкали вперед Плавучий Риф, или «Циклоп», как называли его Незнакомцы-Наверху – громадную лодку, которую Пловцы так и не смогли захватить и уничтожить. Он прибыл намного раньше, чем кто-либо мог предвидеть… раньше, чем предсказывали Пловцы-разведчики, много приливов назад отправившиеся за ним следом. Наверное, он обладал тайным резервом скорости…
Выросшая над головами водяных громада, словно туча, пересекающая лик солнца, закрыла доступ солнечным лучам. Наступила темнота, таящая в себе неизвестность и страх. Нууджуур нырнул, пытаясь нащупать дно, судорожно подергивая хвостом, словно спасаясь от охотящегося за ним вууру.
Что-то тяжелое плюхнулось в воду прямо над их головами и стало медленно опускаться на дно. G ужасом Друудж: вспомнил, что его собратья рассказывали о взрывчатке, которую Незнакомцы использовали, чтобы отразить нападение на Риф. Он понял, почему Нууджуур искал убежища на глубине. В воду упал еще один цилиндр, затем третий, четвертый…
Задолго до того, как прогремел первый взрыв, ДРУУДЖ знал, что ни ему, ни Нууджууру не удастся спастись. Он сомневался, что кто-нибудь из Вождей вообще останется в живых. Печальным станет прилив для Объединенных Кланов, когда Вожди всплывут на поверхность и уже никого не поведут за собой. Смогут ли их последователи повести Кланы в последнюю битву?..
Легионеры шумно приветствовали появление «Циклопа». Огромный корабль миновал разрушенный шлюз и остановился посреди наполненной водой крепости. Стоящие на четырех швартовочных платформах солдаты не могли сдержать слез радости.
Ликование было заразительным. Фрейзер помнил его со времен Ханумана. Он чувствовал, что сам готов броситься в пляс и обнять Ватанаку, приведшего назад столь необходимый им корабль и свежее пополнение. Субалтерн выжал из «Циклопа» все возможное, стремясь добраться до «Песчаного Замка» пораньше. По его приказу на всем пути следования при первом же тревожном сигнале датчиков в воду бросали глубинные бомбы.
Легион получил передышку: время перегруппировать силы… и сосчитать убитых.
В иллюминаторе капитанской рубки Фрейзер заметил стройную фигуру японца. Он махнул ему рукой, но Ватанака не ответил на приветствие, видно, не заметил.
Количество погибших было просто устрашающим. Фрейзер ясно понимал, что вряд ли они сумеют заплатить такую цену еще раз, даже задействовав всех гражданских и гарнизон «Циклопа».
Ему очень хотелось верить в то, что альянс Хо-ора распадется после очередного поражения, но рассчитывать на это не стоило. Многие из кочевников выжили в сегодняшнем бою. И они восстановят свои силы куда быстрее, чем Легион – особенно если то-элджуки припасли еще кое-какие сюрпризы вроде уничтоженной «Горгоны».
«Циклоп» пришвартовался к причалу. Фрейзер отвернулся и посмотрел в открытое море. При таком положении вещей просто выжить – недостаточно. Легион должен взять инициативу в свои руки, до того как враг возвратится. Так или иначе, следующая битва решит судьбу всей кампании.
Неясная мгла, пустынная и монотонная, была пронизана совершенно новыми ощущениями, непохожими на недавние бесконечные путешествия в Стране Мечтаний. И он был здесь не один. Душа Эдварда Барпетта трепетала рядом, а из отдаленных уголков сознания доносился шепот компьютерного имплантанта: «ОТВЕТНАЯ РЕАКЦИЯ – СОПРОТИВЛЕНИЕ, ВЕРОЯТНОСТЬ 86,5%».
Хоули заставил себя подумать о пустоте и одиночестве. Компьютер конвертировал его мысль, усилил ее и направил в мозг Барпетта. Кениг предположил, что, возможно, на Барнетта подействует страх пустоты. Это являлось частью обшей психологической подготовки и помогало преодолевать многие барьеры. Но Хоули вынужден был разделять с допрашиваемым эти чувства и переживания, так что все, о чем они говорили, отзывалось болью и звоном в его душе.
– Повторяю, Барнетт, – капитан не говорил, а как бы смотрел сквозь туман на свои слова, материализованные имплантантом. – Повторяю еще раз. Местонахождение базы тоэлджуков? Сообщи, где она находится, и ты больше не будешь чувствовать одиночества…
Метод оказался очень эффективен. Барнетт, ко-печно, пытался сопротивляться, но Хоули в данный момент был единственным связующим звеном с человечеством в его частном пространстве. Осиротевшая колониальная душа Барнетта нуждалась в таком контакте так же, как Дэвид Хоули – в своем имплантанте…
Капитан усилием воли отбросил посторонние мысли и повторил вопрос, словно протягивая Барнет-ту руку помощи. Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем Эдвард Барнетт начал наконец говорить…
В конференц-зале собралось расширенное заседание штаба, однако состав его сильно изменился. Не было, естественно, ни Джепс, пи Барнетта. Капитан Маклин, в настоящее время старший по должности в иерархии «Морферм», находился в карцере по рекомендации Ватанаки как лицо, слишком подверженное влиянию Барнетта. Поэтому интересы гражданских представляла Катерина Вос-кович – не столько в силу своей должности, сколько благодаря поддержке, оказанной легионерам, и одновременно уважению, питаемому к ней подчиненными.
Дювалье также отсутствовал. После битвы он настоял на водворении его обратно в камеру, хотя Фрейзер предлагал освободить его. «То, что я совершил сегодня, я сделал ради подразделения, я выполнил свой воинский долг, капитан, – решительно отказался лейтенант. – По поводу других дел… мое мнение осталось прежним. Рассчитываю на приз за хорошее поведение».
Сержант Валко был мертв. Он погиб в бою у моторного отсека в жаркие минуты сражения с «Горгоной», пораженной выстрелами Карацолиса.
На совещании присутствовали все оставшиеся в живых субалтерны: Ватанака, выглядевший необычно посвежевшим, несмотря на то, что прилег всего на пару часов после возвращения «Циклопа»; Хэнк Виджгаард, все еще смущенный тем, что большинство мятежников оказались из его подразделения; и Карнес, единственный оставшийся в живых командир взвода из роты Альфа. Пришли также 004-офицеры полубатальона Элис: отец Фиппатрик, доктор Рамирес и Кениг. Ну и, конечно, Келли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
