class="p1">– Ты видела, как он весь вечер подлизывался к Зигги, будто они закадычные приятели? Заглядывал ему в рот глубже, чем любой стоматолог.
Тильда и Лейт расхохотались.
– Мне понравилась Лора, – сказала Тильда. – И мне ее жаль.
– У нее свой путь, – сказала Лейт.
– Поверить не могу, что я выдумала себе образ девушки, с которой он обрел счастье, недоступное нам. – Тильда ненадолго задумалась. – Только впустую потратила время и силы. А на самом деле смотреть на них было как-то некомфортно, потому что их отношения кажутся такими… знакомыми.
– Как ты думаешь, что это значит?
Тильда встретилась взглядами с Лейт.
– Тот же сценарий, только актеры другие. Ничто не изменится, пока не изменишься ты.
Лейт хихикнула.
– Говоришь как настоящая сотрудница «Знака свыше».
– Дело в том, что мы с Томом не понимали друг друга. Не только я была невидимой. – Тильда пожала плечами. – Его я тоже не видела по-настоящему.
Лейт взяла Тильду за руку.
– Ты проделала длинный путь, подруга.
– И очутилась здесь, – согласилась Тильда.
Все трое повернулись и взглянули на своих детей, одетых в пижамы. Комната была полна жизни. Их общей жизни.
Тильда подумала о первой ночи, проведенной с Томом. Картина стояла у нее перед глазами так ясно, будто это случилось вчера. Наутро Том сварил ей кофе на кухне. В какой-то момент Тильда взглянула ему в глаза и увидела… что-то. Их будущее. Всю палитру боли, страдания, любви и страсти, которые ее ждали. Если она останется.
Она резко поднялась на ноги и сказала:
– Прости, мне надо идти.
Том растерялся.
– Уже? Даже кофе не выпьешь?
– Может, в другой раз.
Она торопливо собрала вещи и ушла.
Час спустя ей на электронную почту пришло письмо:
Ты так быстро ушла. Неужели заметила мои принадлежности для батика за обувью?
Сердце затрепетало у нее в груди. Потом пришло второе письмо:
Мне бы хотелось знать, почему ты сбежала, если ты сможешь объяснить.
На то, чтобы объяснить, у нее ушло двадцать с лишним лет. А может, она еще тем утром все поняла и потому сбежала.
Потом она вернулась. Само собой. И возвращалась снова и снова, до тех пор, пока возвращаться стало не к чему.
Но изменила бы она что-нибудь, если б могла?
Нет. Ничего. Потому что тогда изменился бы и этот миг. А этот миг – в компании ее чудесных дочерей и себя самой, такой, которой она стала, – был идеален.
59
Если б я заговорила, это никогда бы не кончилось… То, что случилось со мной, случалось с тысячей женщин[24].
ФЕДЕРИКО ГАРСИА ЛОРКА. Донья Росита, девица, или Язык цветов
На протяжении следующих недель в фотостудии «Знака свыше» каждый вечер после закрытия офиса кипела активность. Женщины из группы поддержки собирались здесь в надежде обрести ключ к победе над невидимостью. Некоторые хотели, чтобы Тильда провела с ними фотосессию наедине, другие же приходили вдвоем, втроем или вчетвером. Каждая из них с головой окунулась в этот процесс, эксперимент, призванный помочь ей увидеть себя. Они выходили из зоны комфорта, вели тяжелые разговоры и впервые в жизни обсуждали важнейшие вопросы. Они приоткрывали свои травмы, печали и боль. Выпускали наружу стыд, злость, обиду и вину. Порой некоторые из них не выдерживали, уходили домой и возвращались лишь спустя несколько дней, потратив время на созерцание своих мыслей и чувств, готовые нырнуть еще глубже.
Не все фотосессии были такими серьезными. Участницы группы много смеялись, подбадривали остальных, оказывали бескрайнюю поддержку, на которую способны женщины, испытывающие друг к другу привязанность и доверие. Они храбро делились тяжелыми испытаниями, с которыми сталкивались ежедневно. Их истории разнились, но Тильда заметила общий мотив. Все эти женщины в тот или иной период жизни испытали сильное потрясение, которое заставило их взглянуть на мир по-новому и засомневаться в собственной значимости. В результате сформировался алгоритм – индивидуальная версия Пенелопы, – который день ото дня нашептывал им неприятные мысли.
Мир опасен.
Их никто не любит.
Жизнь трудна.
Их лучшие годы уже миновали.
Они стареют.
Они не заслуживают быть увиденными.
Женщины были шокированы, когда впервые прислушались к своим алгоритмам.
– Я-то думала, мой бывший муж был жесток, но со мной ему не сравниться, – сказала Лидия.
Кэрол целиком и полностью посвятила себя проекту – она присутствовала почти на всех фотосессиях и часто рекомендовала другим женщинам книгу Сельмы. Она выполняла все упражнения, предписанные Сельмой, на сто десять процентов и была твердо намерена исцелиться. На следующее утро после своей собственной чудесной фотосессии она увидела, как что-то промелькнуло в зеркале, когда она шла мимо. Впервые за долгие годы она увидела себя. Теперь Кэрол выглядела как полупрозрачный силуэт. Раньше такое зрелище могло бы шокировать других женщин в группе, но теперь оно вдохновляло их, доказывая, что все и вправду зависит от восприятия.
Сельма тоже заинтересовалась их начинанием и несколько раз приходила в студию. Тильда, не будучи профессиональным психотерапевтом, старалась соблюдать осторожность, но Сельма отметила, что ее сессии – не терапия, а творческий процесс.
– Кроме того, – сказала она, – женщинам идет на пользу возможность обсудить свою жизнь с единомышленницами. Ты даешь им то, в чем нуждаются все женщины, – вдумчивые беседы в доброжелательной обстановке.
Лейт, тоже часто наведывавшаяся в гости, стала называть фотостудию ковеном ведьм – местом, которое было пропитано энергией женственности со всей ее необузданной красотой, мудростью и яростью. Сокровенным хранилищем тайн.
Тильда еще никогда не испытывала такого вдохновения. Встречи с другими женщинами помогали ей на ее собственном пути к исцелению. Она начала видеть себя более отчетливо. Вновь увидев свою руку, она пришла в восторг. Появление ступни она отпраздновала покупкой новых босоножек. Когда из небытия вернулась вся нога, она устроила вечеринку с подругами. Постепенно все ее тело вновь стало видимым, каждая его частичка – кроме мизинца на руке. Глядя на Тильду, другие женщины стали верить в чудо. Они получили не просто фотографию себя, но и обрели веру, что мир полон возможностей – в том числе и возможности выздоровления.
– Кто еще остался? – Тильда прибиралась в студии перед уходом, пока Кэрол просматривала список женщин, участвовавших в фотосессиях.
Кэрол напоминала призрака в халате от «Камиллы» с леопардовым принтом. Светлые волосы ниспадали ей на плечи.
– Завтра придет Анарат, и еще тебе нужно закончить с Джанной. Утром написала Крис – говорит, что вчера вечером она посмотрела в зеркало и услышала, как внутренний голос сказал ей: «Ты воительница».
– Здорово, – сказала Тильда. – Мы все воительницы.
Кэрол кивнула:
– Подумать только, сколько времени мы потратили впустую, критикуя себя.
– С ума
