Читаем без скачивания Черный бушлат - Александр Конторович

— Спрятали его туда. Легенду ему, видимо, заранее готовили. Нашлись среди воров люди, которые его знали. И подтвердили, где нужно. Правда, кончили они все плохо. Кого по пьяному делу зарезали, кого охранник с вышки стрельнул. Так что и здесь мы концов не нашли, как ни искали. И спрятали его в тюрьму очень своевременно. Я чуть умом не двинулся, пока гадал, куда он делся. Мы только через год его нашли. И за все это время он в лагере не просто так сидел. У него и связь с волей налажена была, и сообщения свои он отправлять умудрялся успешно. Вот тут нам, наконец, и подфартило, — сели мы на его канал связи. Удалось вычислить подлюку, который его почту туда-сюда таскал. Брать мы его, конечно, не стали, но письма с того момента просматривали. Отследить их получателей здесь не вышло. Шли они все в никуда. Никто их с почты не забирал. Так что читали их где-то посередине. Или мы что-то не до конца выявили. Во всяком случае, информацию, им получаемую, мы читали, как я полагаю, всю. И из нее ясно было, что и у немцев тоже какие-то там шашни идут. И цель их общая — договориться между собой. На какой почве, и какой ценой — ничего этого мы не знали. Но, ясно было одно. Такого спеца, как Ланге, они без дела не оставят. Обязательно они его к чему-то серьезному приставят. И при этом у него должен был остаться канал связи с нашими мерзюками. Не будут его, теперь из дела выводить, он и так знает слишком дофига, чтобы его сейчас в сторону подвинуть ни с того, ни с сего. Вот и родилась мысль — подставить ему своего человека. По своим каналам удалось выяснить, что могут ему предложить пост начальника разведшколы. Вот тут и появился «Рыжий». Как консультант он был бы очень кстати. Да и связей у него тут полным-полно. Начали мы его потихоньку к Ланге подводить. Знали мы, что будут Ланге проверять. И не только его, но и всех, кто с ним рядом будет. Вот и решили выставить его героем в глазах немцем — организовать побег. Но, не успешный, а провальный, так чтобы он по лезвию прошел и только чудом уцелел. Это должно было снять с него все подозрения. Вот и стали мы искать среди зеков известного спеца по побегам. Чтобы уж совсем без сучка и без задоринки все прошло. Ты спрашиваешь, откуда взялся Манзырев? Так вот — его выбрал я.

— Вы, товарищ комиссар?

— Именно я. Перелопатил кучу дел и выбрал такого деятеля, чтобы ни у кого никаких подозрений не возникло. Почти полжизни по зонам и по тюрьмам провел, и с нами его никто, даже при желании связать не смог бы. Перевели его в ту же зону, где и Ланге сидел, «Рыжего» к нему подвели аккуратно. Устроили Манзыреву встречу с Ланге, они оба там, в авторитете значились, и общаться были просто обязаны. За ними там присматривали аккуратно, и помимо «Рыжего» там свои люди были. Все по плану шло. Начали они побег готовить и решили мы их на этап выводить. Уж больно нереальным выглядел бы побег с зоны. Да и свидетелей там было много, ни к чему это нам было. Тут у нас первая накладка получилась — накрыло эшелон бомбами. Однако же, все персонажи основные живы остались, и перевели их в город. Заодно и поближе к будущему месту работы Ланге, про это мы уже знали. Тогда я и приказал готовить побег там. На месте за этим присматривал Гаврилов.

— Николай Павлович?

— Он самый. Специалист по оперативным комбинациям. Он оперативником был — дай бог каждому, и о лучшем исполнителе в данном случае я бы и мечтать не смог. Провел он свою операцию без сучка и без задоринки. Кого надо — положили, кого надо — повязали. Быстро организовал он там суд, тут даже ничего придумывать не пришлось, все и так наверху лежало. И впаяли мы всем уцелевшим высшую меру. Все по закону, честь по чести, и придраться не к чему. И вот тут позвучал первый звоночек. Прислал мне Гаврилов сообщение, в котором, между прочим, указал, что в отношении Манзырева есть у него очень серьезная информация. Настолько серьезная, что передать он ее по связи не мог.

— А он в курсе дела был?

— В полном. И про крота в наших рядах знал. Ставить операцию под удар ни он, ни я права не имели и поэтому по связи передавать ничего не стали бы. Он и писал-то не напрямую мне и подписывался не своим именем и званием. Для него тоже легенду вовремя написали — будь здоров! Однако думается мне, что это не очень нам помогло.

— В каком смысле не помогло?

— Раскрыл Ланге Гаврилова. Уж и не знаю как, но понял он, что Гаврилов не тот, за кого себя выдает. Был у нас с Гавриловым оговорен сигнал и на этот случай, вот он его и дал.

Дал я тогда команду крутить дело на всю катушку. Мы-то сначала предполагали их просто в камерах оставить, а тут пришлось все всерьез отрабатывать. Принял я решение проводить расстрел взаправду, при этом Ланге должен был быть легко ранен. Выехал к ним наш снайпер. Из-за этого пришлось на два дня задержать расстрел, пока он там к ним добирался. Заодно мы «Рыжему» прямо перед расстрелом ногу ювелирно прострелили. Для большей достоверности. Накачали его обезболивающим и вывели вместе со всеми во двор. По Ланге снайпер выстрелил и тоже ранил его в ногу. А уж всех остальных, кроме «Рыжего» конвой и положил там же, во дворе. Только вот не рассчитали они по времени. Подгадывали мы так, чтобы немцы их всех еще раненных нашли. Чтобы сами и обнаружили, сами же и вытащили бы. Для этого Гаврилов и распорядился пехоту с линии обороны отвести, чтобы немцы прорвались. Все он учел и рассчитал, кроме случайной пули. Видишь вот, как бывает. Умнейший человек, опер просто талантливейший, а от случайной пули не уберегся. До самой последней секунды в руках все ниточки держал. Со снайпером рядом сидел, чтобы он вдруг не перепутал бы. Каждого конвойного проинструктировал, и цель заранее определил. Над «Рыжим» только что сам не стоял, от пуль закрывая. По сценарию-то только он и Ланге и должны были уцелеть. Что у них там боком пошло — бог весть. Только вот выжил еще и Манзырев. Поначалу-то он нам еще и подыграл — и неплохо, надо сказать. Проверку Ланге прошел с блеском. Назначение свое получил и к работе приступил. Тут опять у нас все боком поехало. Ну, кто ж мог предположить, что он Манзырева к себе подтягивать будет? А опыт у Манзырева, по сравнению с «Рыжим», так просто в принципе несравним. Какой тогда из «Рыжего» консультант, если этот волчара рядом с Ланге окажется? А тут вдруг Манзырев еще и с подпольем вальсы закрутил. У меня, так просто волосы дыбом встали, когда ты об этом сообщил. Из него подпольщик — как из дерьма пуля! Сам спалится — так и черт с ним! Но он же за собой и других потянет! И всей операции кирдык. Сразу. Вот и дал я тебе команду устранить его. А ты, так еще и возражать мне стал!

— Так, товарищ комиссар, я ж тогда и не знал таких подробностей!

— Ты бы и сейчас их не узнал, пойди все по плану. Думаешь, окромя твоих ребят, там так никого больше и нету? Я что, очень на лопуха похож? Все яйца в одну корзину класть буду?

— Нет, товарищ комиссар, я так не думаю. Все же не первый год вас знаю.

— И правильно делаешь. В общем, дал я команду на его устранение. Но этот злодей ловко от «Рыжего» вывернулся и исчез. «Рыжий», правда, сообщил, что он ранен и далеко не уйдет. Тут я и успокоился. И, как выясняется, напрасно. Ты хоть представляешь, какая картина вырисовывается?

— Ну, в общих чертах.

— Ты в общих, а я конкретно представляю. Ты хоть знаешь, кто такой был Крайцхагель?

— Нет, товарищ комиссар. Вы дали команду отслеживать его перемещения и после его контакта с Ланге постараться взять его живым или хотя бы захватить его документы.

— Каковое задание вы благополучно и просрали. Завалили охранника, на этом и успокоились. Что молчишь? Я дневники твоего Манзырева тоже внимательно прочел. И склонен ему верить. Спросишь, почему?

— Почему, товарищ комиссар?

— А он, в отличие от вас, о выполнении задания не докладывал. И заслуг чужих себе не приписывал. Думаешь, я забыл, сколько человек за подрыв станции к наградам представлено?

— Так есть же донесение от городского подполья.

— Есть такое. А еще есть донесение о захваченных документах из штаба армии. И за это тоже народ к наградам представлен, кое-кто уже и получил. А по дневнику выходит, никто из вас там и рядом не сидел. И кому я теперь верить должен? Да после того, как вы мне Крайцхагеля упустили, я с вас три шкуры снять должен был. Я только ради этого вас там и держу. Чтобы вы м о и указания выполняли в первую очередь. А так получается, что какой-то уголовник в легкую переиграл не только немцев, но и городское подполье совместно с разведгруппой, составленной из далеко не самых слабых специалистов. Как тебе такой расклад?

— Если честно, товарищ комиссар, то не очень.

— А как тебе такой вариант? Непосредственно рядом с нами, начиная с этапа внедрения «Рыжего», находился хорошо подготовленный высококлассный оперативник. Работал он неведомо на кого и выполнял задание, которое нами до конца не понято. Обыграл нас как опытный шулер новичков. И если бы не глупая случайность, так и скрылся бы с результатами своего труда.