— Фрол, что делать будем? — Витя оглядывается, замечает приближение синтетикса. — Тихо, к нам идут.
Гуманоид останавливается в трёх шагах и, посмотрев на нелегалов, уходит в другую сторону. Пятеро толкают гравитационную платформу и, придерживая контейнеры с аномалией, сворачивают на перекрёстке тоннелей. Жители станции подходят к входу в громоздкий склад, где складывается груз. Заходят внутрь, разгружают платформу.
— Я заметил коридор, в конце него виднеется ряд из этих капсул. Я проскочу туда, осмотрюсь. А вы замедлите шаг, когда пойдём обратно. Ненадолго остановитесь, будто что-то с грузовой платформой случилось.
— Капитан, сделаем. — Витя со всеми затолкал платформу обратно, пятеро возвращаются в грузовой модуль за контейнерами.
Повсюду высокие стены, металлические потолки. В механическом рельефе стен тянутся толстые кабели, виднеются квадратные дисплеи, сенсорные кнопки с геометрическими символами. Чувствуется сухость искусственной атмосферы, в помещениях прохладно. Великий Улей подобен лабиринту из просторных коридорах, разветвляющихся вверх и вниз и упирающихся в края пропасти.
Фрол, незаметно, проскакивает в коридор и, выбежав на механический выступ, оказывается возле гигантской пропасти. Капитан космической станции рассматривает простор из десятков тысяч капсул рождения, внутри которых происходит синтез веществ. Фрол видит как миллионы проводов, кабелей, шлангов тянутся по высоченной стене и соединяются с тысячами герметичных цилиндрических кабинок, а за прозрачными окошками появляются гуманоидные лица синтетиксов.
Гигантское помещение уходит вдаль, круглой стеной скрывается за громадными электромеханическими конструкциями Великого Улья.
Внезапно, справа вылетает массивная круглая платформа с роботизированным стержнем в центре. Стержень перемещает большой кибернетический диск около капсул рождения, а на двигающейся круглой платформе стоят синтетиксы.
— Как их много появляется здесь… Сотни тысяч или даже миллионы… Бесчисленная армия завоевателей…
Капитан пятится от приближающегося кибернетического диска, который подлетает к краю пропасти, образуя мост. На диске стоят пять синтетиксов, у них закрыты глаза. Они не двигаются, будто пребывают в бессознательном состоянии.
— Фрол уходим, — из темноты коридора выбегает Ефим. — Надо уходить.
— Я должен узнать… — капитан останавливается, шагает к неподвижным синтетиксам, которые через интерфейс подключены к Великому Улью.
— Что? — спрашивает Ефим, оглядываясь.
— К чему они подключены и что они делают, — капитан вступает на серебристую кибернетическую платформу, заходит в свободное место для шестого пользователя, которое напоминает небольшое открытое пространство около кибернетического стержня. — Ефим, через тридцать секунд выдернешь меня отсюда.
— Сделаю.
— Я должен увидеть, что они делают.
На голову капитана опускается интерфейс пользователя, напоминающий шапочку с проводами, датчиками, маленьким плоским дисплеем для глаз. Тело капитана фиксируется роботизированными держателями. Капитан подключается к Великому Улью, закрывая глаза и ожидая чего-то неизвестного. Рядом находятся неподвижные синтетиксы, стоя спинами к стержню и образуя круг.
Ефим смотрит на капитана космической станции, оценивая состояние организма друга по внешним признакам. Внезапно, платформа устремляется ввысь, мчась возле тысячи кабинок рождения. На фоне гигантского объект движущийся диск выглядит настолько малым, что чуть заметен издалека. Кибернетический диск движется сквозь темноту, время от времени появляясь в освещённых участках Великого Улья. Задувает ветер, колыша одежду жителей космической станции.
Неожиданно, тело капитана начинает трястись так сильно, что Ефим тут же выдергивает друга из места пользователя. Фрол падает на металлическую поверхность, в мгновение диск возвращается к тому же краю выступа.
— Друг, ты живой? — Ефим оттаскивает капитана с платформы в коридор.
Капитан открывает глаза, с трудом поднимается:
— Живой. Идём отсюда.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Кибернетический диск устремляется ввысь вместе с пятью синтетиксами.
— Ты что-то видел, узнал? — Ефим помогает другу идти, а капитан от подключения к улью чуть не умер из-за разных физиологических особенностей организмов (интерфейс пользователя создавался под синтетиксов).
— Они обучают воспоминаниями новых рождённых в Синтезе. Этот интерфейс соединяет их мозги с пустыми мозгами новых, взрослых синтетиксов. Они их учат.
— Чему?
— Войне с нами, завоеванию галактики, ненависти ко всему другому и непохожему на них. Они не остановятся, их будет миллиарды. Эти Великие Ульи строятся во всей галактике. Аномалию они используют для Синтеза, для получения более стойких синтетиксов.
— Нужно их как-то остановить…
Двое возвращаются к гравитационной платформе. За время отсутствия Фрола и Ефима напарники успели ещё раз привезти контейнеры и сгрузить их на складе.
— Где вы были? — тихо спрашивает Бумбом, толкая пустую летающую тележку.
— Нас чуть не заметили, — Витя оглядывается.
— Фрол, ты как? — спрашивает Жовав.
— Мозги чуть не вскипели, а так в порядке. — улыбается капитан Звёздной были, толкая гравитационную тележку в сторону отсека с грузом.
— Скоро улетаем. Осталось немного контейнеров перенести.
Пятеро вернулись в отсек для груза и, забрав герметичные ёмкости, ещё раз прошли на склад, а после ещё три раза. Разгрузка завершилась раньше назначенного времени, нелегалы справились с работой. Бова и Арес остались довольны, космический парусник Летучий Призрак возвращается в звёздную систему Луман 16.
Не забывайте подписаться, чтобы ничего не пропустить.
Глава 58. В модуле управления
Фрол, Ефим, Жовав, Бумбом и Витя вернулись в космический порт Гранд-5, заработанные жетоны они получили у полноватой женщины из нелегального офиса центра занятости. Деньги за разгрузку многоцелевого модуля было решено забрать, чтобы не вызывать лишних подозрений. Но поначалу жители станции сразу хотели улететь из порта без имперских жетонов, но вовремя додумались забрать плату за проделанную работу. Было бы странным и подозрительным, если бы пятеро не пришли за зарплатой. Делец чёрных рынков Бова заплатил щедро, чуть-чуть побольше обещанного, чем обрадовал нелегалов. Гуманоид Ульфильм полетел домой на ближайшем космическом рейсе, маршрут которого проходит через проходимую червоточину природного происхождения.
Время от времени в галактике Млечный Путь появляются естественные, созданные природой, проходимые кротовые норы — пространственно-временные тоннели, а когда их находят, то сразу используют для грузовых, пассажирских и транспортных путей. Недавно в звёздной системе Луман 16 появилась такая червоточина, через которую Ульфильм возвращается из пояса Орион в галактический рукав Стрельца.
Естественные червоточины бывают разные, некоторые долго не схлопываются и стабильно существуют на протяжении десятилетий, а некоторые схлопываются впервые секунды появления. Червоточины бывают проходимые и непроходимые. Главное, не залететь в ложную кротовую нору, которую по ошибке некоторые капитаны космических кораблей принимают за безопасный пространственно-временной тоннель.
Лететь из системы Луман 16 в звёздную систему Маланья, которая расположена на окраине рукава Персей, на звездолёте Скиталец-1 было бы долго, поэтому расстояние в тысячи световых лет жители станции срезали через искусственную, генерируемую космической станцией, проходимую червоточину. Кротовина для обратного пути появлялась на окраине системы Луман 16 каждый день ровно в полдень по земному времени, так было обговорено перед отбытием капитана с командой в разведку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Космическая станция Звёздная быль летит на околопланетной орбите Ании. Смотритель станции входит в командный модуль, проходит к кибернетическому креслу управления.
— Фрол, — принцесса Маланья находится рядом с капитаном, — за время твоего отсутствия командование Разящим Ответом дважды выходило на связь со станцией. Я им сказал, что ты с командой ещё не вернулся из разведки. Адмирал имперского флота Тихонов просил связаться с ним.
