— Почему?
— Только что арестовали миссис Гринхау. Они уже перерыли весь дом. Ищут уличающие Роуз бумаги. И конечно, найдут!
— А почему вы думаете, что я…
— Бросьте, Элайна! Не считайте меня дурой. Неужели вы думаете, будто последнее время я не подозревала, что вы работаете вместе?
— И вы донесли на нее? — с презрением спросила Элайна.
— Эх, Элайна! Аллен Пинкертон, нанятый Линкольном сыщик, следил за вами с самого начала. Просто поражаюсь, как глупы мужчины! Ведь Роуз сообщали самую тайную информацию все эти болваны из секретариата самого Линкольна и штаба генерала Скотта. Говорили все, не подозревая, с кем имеют дело. А сейчас Роуз будут судить за шпионаж, несмотря на то что она женщина.
Райза вздохнула и посмотрела в глаза Элайне.
— Не думайте обо мне плохо, дорогая. Я никому не говорила о своих подозрениях. А ведь, сделав это, возможно, спасла бы многих солдат, погибших под Манассасом…
— Не казните себя, Райза! Может, вы и спасли бы жизни некоторых северян, но вместо них погибло бы много южан. Они такие же люди, как и те, кто выступает , за Федерацию. Вся их вина в том, что они хотят независимости своим штатам. Знаю, вы со мной не согласны. Но таково мое мнение, ибо я — южанка. И эта страна теперь стала для меня чужой…
— Элайна, сейчас не время для споров. Вам нужно немедленно покинуть этот дом! Сыщики могут очень скоро установить, что вы действовали заодно с миссис Гринхау. И вас тут же арестуют. Я молю Господа, чтобы женщинам оказывали снисхождение. Пусть дело для них заканчивается лишь заключением, что не позволит им заниматься подрывной деятельностью. Но ведь сейчас обсуждается совершенно бесчеловечная мера. В конгрессе вот-вот примут закон, по которому всех уличенных в шпионаже, независимо от пола и возраста, ждет… виселица! Христом Богом прошу вас, Элайна, поверьте мне! Не мешкайте! Сию же минуту одевайте малыша, одевайтесь сами и спускайтесь вниз. Здесь вас будет ждать мой друг мистер Мэрдок, капитан парохода, сегодня вечером отплывающего из Вашингтона вниз по Потомаку. Вы с малышом отправитесь с ним как его жена и сын.
— Боже мой! А как же Йен?
— Если увижу его раньше, чем вы, скажу, что настояла на вашем отъезде. — Он все правильно поймет! Но спешите, не теряйте времени!
Элайна опустила голову. Конечно, ее тронуло, что Райза согласна все объяснить Йену. Но ведь тогда он узнает и о том, что она шпионила против северян. И подумает, что вовсе не любила его, а соблазнила и вышла замуж только для того, чтобы получать важную информацию. Пусть не от него самого. Но ведь он открыл ей доступ к очень осведомленным людям. И теперь решит, что Элайна пользовалась его именем и положением для того, чтобы втереться к ним в доверие и передавать секретные сведения южанам. То есть врагам Йена! Узнав об этом, муж может не только отдать ее в руки правосудия, но и сам исполнить смертный приговор!
Райза тронула Элайну за руку.
— Я не хотела вам говорить, но, по-моему, это необходимо, поскольку заставит вас поторопиться. Капитан Льюис мертв.
— Что?!
— То, что слышали.
— Он погиб в перестрелке?
— Нет. Его казнили за шпионаж.
— Повесили?
— Нет. Расстреляли. Офицеров не вешают.
— Боже!
— Вот так-то! Бегите наверх, собирайтесь, одевайте сына и спускайтесь. Возьмите с собой Лили. Путешествовать со служанкой разрешено. Прощайте!
Элайна порывисто обняла Райзу, и та крепко прижала ее к себе.
Элайна бросилась в кабинет мужа, взяла листок бумаги и быстро написала:
«Йен!
Мне больно. Очень больно! Но я должна уехать домой. Люблю тебя!
Элайна».
Оставив записку на столе, она в последний раз окинула взглядом кабинет. И, едва сдерживая слезы, выбежала в коридор. Через несколько минут, держа на руках закутанного в плед малыша, она в сопровождении Лили спустилась в холл и вышла из дома.
Элайна покидала Север… И мужа…
Глава 23
В конце сентября Райза получила письмо от Элайны, та сообщала, что благополучно добралась вместе с малышом из Вашингтона в Ричмонд, оттуда железной дорогой — в Чарлстон, где их тепло встретили местные конфедераты, называвшие себя сливками общества. Читая эти строчки, Райза нахмурилась: вышло так, что она оказалась одновременно другом Йена и его жены…
Райза полагала, что Элайна ненадолго задержится в Чарлстоне. Она стремилась домой, во Флориду. И хотела поскорее увидеться с Дженифер в Беламаре. Правда, писала, что, видимо, сделает остановку в Сент-Августине.
В ноябре Йен Маккензи наконец вернулся в Вашингтон. Райза в тот день задержалась у подруги, с которой работала над созданием флага только что сформированной национальной гвардии штата Мэриленд. Отца она видела редко: почти все время полковник Мейджи проводил в армии, расквартированной на берегу Потомака. Ею теперь командовал назначенный Линкольном генерал Маклеллан. Отец Райзы знал его еще по работе в штате Иллинойс и считал военным специалистом не очень высокого класса. По мнению полковника, Маклеллан проявлял нерешительность в наступательных операциях и предпочитал оборону. В создавшейся ситуации для северян подобная тактика совсем не годилась…
Когда Райза вернулась домой, ее встретила взволнованная служанка Нелли.
— Майор Маккензи вернулся! — сообщила она. — Он уже здесь, в вашем кабинете!
Удивленная, Райза поспешила в кабинет. Открыв дверь, она увидела широкую спину Йена. Он стоял у окна и рассеянно смотрел на улицу. Райза окликнула его, но он не сразу повернулся. Райза поняла, что Йен уже почувствовал ее присутствие.
Наконец он посмотрел на Райзу. Та, не выдержав, бросилась ему на шею.
— Йен, я так рада видеть тебя!
— Я тоже, Райза. Ты по-прежнему очаровательна. И очень красива.
Он улыбнулся, но Райза сразу заметила, что глаза у него потемнели, лицо осунулось.
— Спасибо, Йен! — Она вздохнула. — Наверное, ты уже знаешь, что Элайна… — Знаю. Она уехала из Вашингтона. Недавно близ берегов Нового Орлеана мы взяли на абордаж шлюп, направлявшийся во Флориду с грузом оружия и боеприпасов для мятежников. Один из пленных офицеров и рассказал мне об этом. Его очень огорчил арест миссис Гринхау, и он считал отъезд Элайны формой протеста. Но я-то уверен, что дело не в этом. Просто-напросто моя супруга занималась шпионажем вместе с Роуз и сбежала, чтобы ее тоже не схватили. А как ты думаешь?
Райза уклонилась от прямого ответа.
— Ты же понимаешь, что со мной никто бы не делился, ибо все знают меня как убежденную северянку. Хочешь чаю? Или чего-нибудь покрепче? Кофе? Виски?
Райза подошла к буфету. Йен укоризненно посмотрел на нее.
— Ты не все мне говоришь.
