Яшка моего энтузиазма не поддержал, а идти одной мне было страшно. Так что после некоторых сомнений я решила, что лишь загляну внутрь, но далеко отходить не буду. Только на то расстояние, которое немного освещено светом из храма.
Я поставила сумку с аппаратурой на пол и аккуратно протиснулась в открывшуюся щель. Сделала несколько шагов, держась за стену, и вздрогнула от тихого скрипа. Эта дурацкая каменная дверь закрылась, как только я удалилась от нее на некоторое расстояние. Сначала нахлынула паника, и я, как и любой на моем месте, немного покричала и побарабанила в глухую стену, стоя в темноте. Но, увы…
Ну и что было делать? Сидеть под дверью и ждать, пока меня хватятся и найдут? Или попытаться найти другой выход?
Да, знаю, это не так чтобы умно, но авантюризм в крови требовал предпринять хоть что-нибудь, и я поступила так, как, наверное, поступать не стоило. Пошла вперед, держась правой рукой за стену и осторожно нащупывая ногами пол, чтобы не провалиться в какую-нибудь яму. И вдруг впереди засветился слабый свет, исходящий из точки под потолком. И чем ближе я подходила к нему, тем сильнее он разгорался. Подойдя вплотную, я задрала голову и уставилась на матовый стеклянный плафон, прикрепленный к потолку. Обычный такой плафон, под которым светилась электрическая, судя по всему, лампа.
– Хм! – на большее меня не хватило, честно скажу. Так что я пошла дальше.
Точно такие же светильники попадались через каждые двадцать шагов. Когда я отходила от одного из них, он начинал тускнеть, а как только загорался новый, предыдущий гас.
– Аварийное освещение с датчиками движения? – прошептала я, чтобы разогнать давящую тишину. Раньше я болтала с Яшкой, но сейчас мой питомец остался украшать собой барельеф, а мне было ужасно одиноко и… ужасно страшно.
А коридор все продолжался и продолжался. Никаких дверей или лестниц в нем не было, но, судя по углу наклона пола под ногами и слегка закругляющейся стене, этот проход спиралью вел вниз.
– Командор меня убьет! – констатировала я минут через десять молчаливого спуска в неизвестность. – Сначала выпорет, а потом убьет. Нет, сначала он меня найдет, потом наорет (он же все время на меня орет, даже если не повышает голоса), затем выпорет, а уж после – убьет.
Тяжко вздохнув, побрела дальше. Ну не могла же я взять и вернуться назад, когда очутилась в таком коридоре? А вдруг он ведет в сокровищницу древней расы? Или, еще лучше, в библиотеку! Драгоценности меня не сильно интересовали. Уши у меня были не проколоты, кольца, кроме обручального, тоже не носила за неимением и еще потому, что кольца мешали бы работать. А цепочка все равно не видна в глухом вороте форменной одежды, даже если бы она у меня имелась. А вот книги – это да-а-а-а!
Коридор вывел меня в просторный каменный зал. Похоже, он был вырублен прямо в скале, либо же древние строители использовали подземную пещеру и только обтесали ее стены и свод до идеальной гладкости. Здесь под потолком разгорелось уже множество светильников, позволяя осмотреться.
У дальней стены – много металлических ящиков и контейнеров с надписями на неизвестном мне языке. Справа на полках – стеклянные сферы, в которых клубился белый дым.
А на полу – десять продолговатых ящиков, внешне похожих на медкапсулы из вотчины Сентара. Я нерешительно подошла к первой из них и заглянула внутрь. Под стеклянным колпаком лежал… труп мужчины с кошачьей головой. Почему труп? А потому что тело его частично мумифицировалось.
Отшатнувшись, схватилась рукой за сердце, которое так колотилось, словно хотело выскочить из груди. Я нашла подземное кладбище последних уцелевших жителей этой планеты?! Успокоившись, снова подошла и, затаив дыхание, принялась рассматривать облик человека-кота. Черная шерсть покрывала его голову, шею, частично грудь и хвост. Имелась ли она на теле, сказать сложно, так как покойник был одет в длинную тогу серого цвета. Ткань одеяния почти истлела и, думаю, если к ней прикоснуться, рассыпалась бы в прах. Но пока прикрывала тело кота.
Во втором и в третьем ящиках также покоились плохо сохранившиеся мертвецы. В четвертом – тоже труп, но о том, что этот мужчина мертв, можно было догадаться лишь по искаженной в муке морде с оскаленными зубами.
Меня передернуло от этого зрелища, и какое-то время я старалась отдышаться, чтобы не стошнило прямо тут. Потом глубоко вздохнула несколько раз и пошла осматривать остальные капсулы-саркофаги.
Следующим пяти мужчинам-котам, лежавшим под стеклянными куполами, повезло больше. Либо их останки хорошо сохранились, либо же они находились в коме или каком-то ее подобии. Грудь их не вздымалась, то есть явно они не дышали, но при этом выглядели так, словно всего лишь крепко спят.
– Анабиоз? – Я растерянно подергала себя за косу. – И как их из него выводить? Не-э-эт, это пусть ученые Акира разбираются! – приняла мудрое решение и направилась к последней, десятой, капсуле, которая стояла чуть в стороне от остальных.
И возле нее замерла надолго.
Здесь лежала женщина с барельефа. Та же изящная фигура, та же трогательная кошачья мордочка с острыми ушками на макушке. Увы, она была мертва. Более того, она сама себя убила, так как сжимала в пальцах кинжал, пронзивший ее грудь.
– Ну что же ты так, кошечка? – прошептала я и провела кончиками пальцев по стеклянному куполу капсулы.
И только тут до меня дошло, что в пещере вообще и на саркофагах в частности совсем не было пыли. А ведь прошли сотни веков с момента, как эта пещера закрылась от всего мира. Невероятно! Какие технологии использовали эти коты, которые умели летать к звездам и могли строить такие капсулы, дававшие надежду, что когда-нибудь спящие в них существа проснутся и смогут восстановить свой разрушенный мир?
Я обошла последнее пристанище женщины-кошки по кругу, рассматривая ее тело, и тут у меня под ногой что-то звякнуло. Наклонившись, я подняла круглый кулон на цепочке, сделанный из тусклого серого металла. Несмотря на то что кулон был диаметром около четырех сантиметров, он оказался совсем легким. На литом диске была изображена фигурка женщины, разумеется, с кошачьей головой, которая протягивала руки вверх к небу и стилизованному солнечному диску, вокруг которого обвилась змея. Я сначала даже не поняла, что это солнце, но так как вокруг него были рассыпаны точки, изображавшие звезды, то ничем иным, кроме как светилом, этот диск быть не мог.
– Бастет, – прошептала я, вглядываясь в чеканный рисунок. – Бастет, дочь бога солнца Ра.
Имена чьих-то богов снова сами всплыли в памяти, но, кроме их изображений и имен, я ничего вспомнить не смогла. Значит, я сама не являлась их последовательницей. Но на моей родной планете кошаки из этого мира совершенно точно отметились, это сомнений уже не вызывало. Потому что этот самый бог Ра тоже был с кошачьей головой. По крайней мере, по моим ощущением и отрывочным воспоминаниям.
