жизни. Прекрасный дом, своя собака, а главное, работа, которая удовлетворяет всем ее требованиям, – вот и все, что важно.
Вечером она позвонила Джозефу и подтвердила, что с благодарностью принимает должность управляющего «Гранд-отелем дель Монферрато» и готова приступить к работе немедленно. Приняв это – она знала – правильное решение, Луиза почувствовала, что у нее словно гора с плеч свалилась. Чтобы достойно отметить это событие, она откупорила бутылку игристого вина из расположенного неподалеку Асти – нет, конечно, не тошнотворно сладкого асти спуманте (в студенчестве они с друзьями покупали его в местном супермаркете, называя «асти блеванте»), – но изысканного сухого белого, значительно превосходящего по вкусу большинство игристых вин, которые она пробовала. И еще Луиза подумала, что будет правильно угостить собаку печеньем – пусть отметит событие вместе с ней. Она вышла с бокалом к скамейке, что возле запруды, и позвонила маме, чтобы сообщить приятную новость. По обыкновению, мама ее всячески поддержала, как и тогда, когда потрясенная Луиза позвонила ей после того, как увидела Вито с другой.
– Не сомневаюсь, что ты все делаешь правильно, дорогая. Ну много ты видела женщин, которым в тридцать два года предлагали встать во главе гостиницы высшей категории? Это просто замечательно! Да, кстати, в воскресенье у тебя день рождения – что собираешься делать? Пригласишь кого-нибудь?
– Нет, мама, не думаю. В субботу вечером наверняка будет прощальная вечеринка в честь Доменики с Калоджеро, если что-то и устраивать, то тогда же. Хотя, если честно, я вряд ли тут кому-то расскажу о дне рождения. Не хочу, чтобы думали, словно я клянчу у них подарки, так что лучше вообще не упоминать об этом.
Но одному человеку про день рождения она все же сказала. Сильване, конечно, которая и сама приготовила для Луизы важную новость. На следующий день Луиза отправилась в Турин, и они, как обычно, встретились за мороженым в кафе на Пьяцца Сан-Карло. На этот раз Луиза решила разгуляться и заказала ассорти: темный шоколад, банан и персик. Выслушав рассказ о том, как Луиза терзалась, прежде чем согласиться на работу, Сильвана, как и мама Луизы, полностью решение одобрила, а затем небрежно уронила, что беременна. Луиза вскочила и бросилась обнимать подругу, едва не перевернув свою вазочку с мороженым.
– С ума сойти, Сильвана! Господи, как я за тебя рада!
Они проговорили больше часа, и когда Луиза снова окунулась в душную атмосферу городской улицы (нагретые камни мостовой на Виа Рома излучали жар, пожалуй, не меньший, чем само солнце), она все еще радовалась за подругу, однако ничего не могла поделать с легкой печалью: у всех личная жизнь бьет ключом, кроме нее.
Глава 33
В понедельник Луиза приступила к работе. Отпуск, хотя и слишком короткий, пошел ей на пользу, и в гостиницу она явилась бодрая. В воскресенье вечером они с Лео долго гуляли, потом, чтобы окончательно разогнать висящий над ней морок жалости к самой себе, она устроила мини-пикник – пожарила на углях креветки с сыром пекорино. Да, все говорят, что ей невероятно повезло: еще бы, совсем молодую женщину поставили руководить элитным отелем, и кто знает, что ее ждет в ближайшие месяцы и годы? Теперь можно больше не кочевать, и эта местность, с ее точки зрения, идеальна, чтобы прочно обосноваться. Луиза подолгу обсуждала ситуацию с собакой, и Лео внимательно ее слушал, получая взамен несколько кусочков сыра и ломтик поджаренного хлеба в качестве добавки к ужину. В конце концов Луиза пришла к заключению, что ее счастье ни от Вито, ни от любого другого мужчины зависеть никак не должно – и точка, хотя капелька любви, надо признать, стала бы вишенкой на торте.
Неделя выдалась хлопотливая, поток новых заявок на номера нарастал, и к субботнему вечеру гостиница уже гудела: почти все комнаты были заняты, а ресторан обслуживал более сотни посетителей. В результате прощальная вечеринка Доменики и Калоджеро ограничилась парой бутылок шампанского, выпитых уже в полночь, когда постояльцы отправились спать, и тортом, специально для этого случая выпеченным Грациеллой. Все расчувствовались, а Доменика, прощаясь с друзьями, сослуживцами и гостиницей, которая много лет была смыслом ее жизни, и вовсе почти постоянно пребывала в слезах. Луиза сказала короткую речь: поблагодарила обоих за все, что они сделали, и пожелала им счастья. Доменика и Калоджеро пообещали навещать их как можно чаще. Кажется, они остались в восторге от подарка – фотографии гостиницы, снятой Луизой в прошлые выходные. Снимок спешно увеличили, напечатали и вставили в рамку.
В конце вечера Луиза поняла: необходимо разрешить один вопрос. Отозвав Доменику в сторону, она рассказала ей про Вито и его таинственную брюнетку.
– Это сводит меня с ума, я хочу в конце концов знать, в чем тут дело, и, кроме вас, мне обратиться не к кому, – закончила она. – Но вы, конечно, не представляете, кто эта женщина?
К полному изумлению Луизы, лицо Доменики озарила широкая улыбка понимания.
– Да это всего лишь Бьянка! Неужели вы несколько недель скрывали случившееся, думая, что Вито вас обманывает?
Возможно, Доменика и понимала, в чем тут дело, но сама Луиза была совершенно сбита с толку.
– Так вы ее знаете? Но как я могу думать, что Вито меня обманывает, если между нами ничего не было? Просто он ни разу про нее не рассказывал… То есть вы хотите сказать, что эта женщина вовсе не…
Доменика взяла Луизу за руку и повела ее к стоящему в самом углу комнаты отдыха столику с двумя стульями.
– Садитесь, сейчас все расскажу. Итак, Бьянка и Вито знают друг друга, почитай, с рождения, они одногодки. Бьянка – дочь владельцев кафе в деревне.
– Того, где бородатый бармен?
– Именно, бородач Бруно – ее отец. Ну вот, Бьянка с детства играла с Вито, они почти не разлучались. Вместе пошли в школу и всегда были очень близки. Для Вито она как сестра. А вот она относится к нему совсем по-другому – даже если сам он этого не понимает, для меня все очевидно. Много лет Бьянка по нему безнадежно сохла, и только когда он уехал в Англию учиться в университете, она наконец-то все поняла и сразу выскочила за Лучано, местного собакозаводчика.
– Того самого, с лабрадорами.
– Точно. Но Вито она, видно, не забыла, и теперь, когда он продал гостиницу и разбогател, снова стала за ним охотиться, несмотря на брак
