Миномет для стрельбы минами с оперением, созданный фирмой «Стокс-Брандт» еще в первую мировую войну, нашел себе применение и в новой немецкой армии. Пехота приветствовала появление легко транспортируемого, точно стреляющего оружия, при помощи которого она могла воздействовать на противника из-за любого укрытия. В начале войны немецкая пехота имела на вооружении легкий миномет (50-мм) и тяжелый миномет (81-мм). Химические войска были оснащены 100-мм минометом для стрельбы химическими и бризантными минами. Минометы играли значительную роль в пехотном бою. Русские также с большим искусством и весьма широко использовали это оружие; их объединенные в батальоны[91]120-мм минометы приняли на себя основную часть тактических задач, которые обычно решались легкой дивизионной артиллерией. Немцы, убедившись в эффективности огня русских тяжелых минометов, сконструировали по их образцу свой миномет и в 1944 году создали минометные батальоны. Все минометы при ограниченной дальности полета мины имели сильное осколочное или фугасное действие и отличались от артиллерии очень малым весом при большой точности попаданий.
На протяжении всей войны особенно много хлопот доставляло пехоте всех стран противотанковое оружие. Применявшиеся в начале войны ослепляющие средства и бутылки с самовоспламенявшейся смесью, названной «молотовским коктейлем», были некоторым подобием примитивных зажигательных бомб и, по сути дела, недалеко ушли от связок ручных гранат времен первой мировой войны. Только кумулятивные заряды, соединенные с безоткатной системой, как например у «фауст-патрона», или в комбинации с ракетным двигателем, как у противотанкового ружья «панцершрек» («офенрор»), называемого в армиях западных держав ружьем «базука», явились довольно удачным средством ближней противотанковой обороны. Но такого противотанкового оружия, которое отвечало бы всем требованиям пехоты, создано не было. Пехоте нужно, чтобы противотанковое оружие обслуживал один человек и чтобы оно позволяло попадать в танк и выводить его из строя с дистанции 150, а по возможности и 400 м. Кроме такого легкого оружия, пехоте необходимо иметь еще и более тяжелое, но отличающееся большой проходимостью и подвижностью оружие, позволяющее уничтожать танки с дистанции 1,5–2 тыс. м. Это серьезное, но вполне справедливое требование пехоты не было выполнено ни одной из воюющих сторон.
Развитие немецкого танкового оружия началось в 1925 году созданием новых типов танков, которые были испытаны в России. Первые послевоенные[92] модели немецких танков, созданные по проектам управления вооружений (танки типов I, II. III, IV), были усовершенствованы для использования их в качестве оперативного оружия, однако конкретных установок для их тактического использования тогда еще не имелось. Когда в 1931–1932 годах на испытания были представлены первые десять танков типа III и IV, изготовленных из обычной стали, тактические и оперативные принципы использования танков, выдвинутые Гудерианом, уже получили признание. Эти принципы, выраженные в четких и ясных требованиях, подтверждали правильность первых фаз и указывали пути дальнейшего развития. Поскольку для принятия на вооружение первых танков типа III и IV потребовалось несколько лет, а между тем войскам были нужны танки для боевой подготовки. у английской фирмы «Кардан — Ллойд» были куплены шасси легких танков, рассчитанные для зенитных установок. Они были дооснащены на заводах Круппа башнями со спаренными пулеметами. По этой же причине на Аугсбург-Нюрнбергском машиностроительном заводе был создан еще один легкий танк (тип II), вооруженный одной 20-мм пушкой и одним пулеметом. Танк типа III получил 37-мм пушку, которая впоследствии была заменена 50-мм пушкой.
Конструирование 50-мм пушки началось еще задолго до войны и было продиктовано необходимостью иметь на танках более сильное вооружение для борьбы с тяжелыми танками противника, чем 37-мм пушка. Впоследствии появилась еще и 75-мм пушка (калибр 48), которая могла использоваться и как противотанковая, и как танковая пушка.
Уже в то время планировалось конструирование тяжелого танка, позднее названного «Тигром». Несмотря на некоторые конструктивные недостатки, немецкие танки вполне оправдали себя в первые годы войны. Даже небольшие танки типов I и II, участие которых в войне не было предусмотрено, показывали себя в боях не хуже других до тех пор, пока в начале октября 1941 года восточное Орла перед немецкой 4-й танковой дивизией не появились русские танки Т-34 и не показали нашим привыкшим к победам танкистам свое превосходство в вооружении, броне и маневренности. Танк Т-34 произвел сенсацию. Этот 26-тонный русский танк был вооружен 76,2-мм пушкой (калибр 41.5), снаряды которой пробивали броню немецких танков с 1,5–2 тыс. м, тогда как немецкие танки могли поражать русские с расстояния не более 500 м, да и то лишь в том случае, если снаряды попадали в бортовую и кормовую части танка Т-34. Толщина лобовой брони немецких танков равнялась 40 мм, бортовой — 14 мм. Русский танк Т-34 нес лобовую броню толщиной 70 мм и бортовую — 45 мм, причем эффективность прямых попаданий в него снижалась еще и за счет сильного наклона его броневых плит.
И все же новый русский танк имел один крупный недостаток: его экипаж был крайне стеснен внутри танка и имел плохой обзор, особенно сбоку и сзади. Эта слабость была вскоре обнаружена в бою и при осмотре первых подбитых танков Т-34 и быстро учтена в тактике наших танковых войск. Несмотря на это, русские, создав исключительно удачный и совершенно новый тип танка, совершили большой скачок вперед в области танкостроения. Благодаря тому, что им удалось хорошо засекретить все свои работы по выпуску этих танков, внезапное появление новых машин на фронте произвело большой эффект.
Начавшееся еще до войны конструирование и усовершенствование мощных танковых и противотанковых пушек и тяжелого танка типа VI («Тигр») продолжалось теперь с крайней поспешностью. Кроме того, были начаты работы по созданию нового, более легкого, чем «Тигр», 40-тонного тяжелого танка типа V («Пантера»), явившегося модернизированной моделью танка типа IV. Попытка создать танк по образцу русского Т-34 после его тщательной проверки немецкими конструкторами оказалась неосуществимой.
Началось соревнование между танком и бронебойным снарядом, которое продолжалось беспрерывно до самого конца войны. Калибры немецких танковых и противотанковых пушек увеличивались с 37 до 50 мм, затем до 75 и, наконец, до 105 и 128 мм. Длина ствола 83-мм пушки «Королевского тигра» равнялась 6 м 20 см.
Еще в начале войны русские имели на вооружении противотанковое ружье калибра 14,5 мм с начальной скоростью полета пули 1000 м/сек, которое доставляло много хлопот немецким танкам и появившимся позднее легким бронетранспортерам.
Недостатки противотанкового оружия конструкторы стремились компенсировать соответствующим увеличением толщины брони. У немецкого танка «Тигр» толщина лобовой брони возросла с 14 до 120 мм. Бортовую броню нельзя было делать очень толстой, чтобы не перегружать машину, поэтому конструкторы нашли способ защиты бортов танка от пуль русского противотанкового ружья, применив так называемые «передники». Это были навешиваемые сбоку дополнительные броневые плиты. Примерно так же развивалась броневая защита танков и у русских. Толщина брони на русском танке «ИС» равнялась, например, 105 мм, а башня имела в некоторых участках еще более толстую броню. Обладая хорошим вооружением и очень сильной броней, русские танки отличались также большой проходимостью (широкие гусеницы), наличием мощных моторов (дизели) и современными методами изготовления (стальное литье, отсутствие излишней отделки и т. п.).
Танкостроение западных держав значительно отставало от немецкого и русского в отношении вооружения и броневой защиты. Немецкие самоходные артиллерийские установки своим появлением обязаны генералу Манштейну, ставшему впоследствии фельдмаршалом, который потребовал их создания еще в начале тридцатых годов, находясь на посту начальника оперативного отдела.[93] Это был как раз тот самый момент, когда танки уже перестали рассматриваться как «тараны» и были признаны основным средством поддержки пехоты на поле боя, хотя об оперативном их использовании тогда еще не было и речи. На смену отживающему орудию сопровождения пехоты времен первой мировой войны, перевозимому шестью лошадьми, пришла самоходная установка, которая, действуя в боевых порядках пехоты, должна была прямой наводкой уничтожать пулеметные точки и узлы сопротивления противника и таким образом прокладывать пехоте дорогу для атаки. Для этой цели самоходной установке была придана своеобразная форма приземистого танка без башни и с коротким стволом. В ходе войны, особенно в России, у немецкой пехоты появился очень опасный враг — танки. Поэтому со временем немецкая самоходная установка стала противотанковым средством всех пехотных дивизий, а с 1942 года, после того как на ней была установлена 75-мм пушка L/48, она превратилась в основное средство противотанковой обороны пехоты. До конца войны огнем этих пушек было подбито и уничтожено огромное количество танков противника.
