Читаем без скачивания Встретимся в другой жизни (СИ) - Осокина Аяна

— О чём? — прикинулась ничего не понимающей глупышкой.

— О том! — закатив глаза, съехидничала Её Высочество. — О том самом, Эль! Когда ты умудрилась стать любовницей Шэра?

— Так заметно? — нахмурилась я. Вроде бы только встретивший нас официант был свидетелем собственнических замашек Хаартгарда…

— Нет, — хмыкнула Лин. — Если, конечно, не считать пробирающих до дрожи взглядов, которые братец бросает на любого, кто смотрит на тебя дольше секунды. Но, думаю, пока догадалась только я, и лишь потому, что помню нашу с тобой последнюю встречу и знаю, что такое поведение нетипично для Шэра. Матушке же сейчас вообще не до этого — она вовсю развлекается, устраивая — как она их называет — «реальные свидания».

Принцесса захихикала.

— Рассказывай! — загорелись любопытством мои глаза.

И Лин, оскалившись, поведала всё, что узнала от своих фрейлин, и чему была свидетельницей лично.

Сам ужин, после которого Шэр должен был определить очерёдность свиданий, больше походил на аудиенцию у короля: Хаартгард слушал, кивал и молчал, лишь изредка задавая вопросы. К еде он даже не притронулся. Только задумчиво хмурился, пугая всех своих «невестушек». А потом внезапно пришёл в ярость и покрылся тьмой, вызвав панику. (Видимо, Вайлет Морт в тот момент и связался с Шэйтаром из борделя, где обнаружил нас с Лин.) Затем, сославшись на работу, герцог «ненадолго покинул» полуобморочных девиц. Вернулся же он ещё более хмурым, чем уходил. А, огласив список очерёдности свиданий — драконессы, люди, метаморфы — и ответив на вопросы Её Величества, сразу же удалился, пожелав всем хорошего вечера.

Первой — наверняка, чтобы отвязаться от матушки, — была выбрана Шэрима Феррен. По задумке королевы Элены, свидание должно было проходить поздним вечером на воскресной ярмарке. Чего именно Её Величество хотела этим добиться — непонятно. Может, показать простому люду будущую герцогиню?

Хаартгард же на мероприятие опоздал на полчаса, явился в форменной одежде, мыслями был явно в другом месте. Сначала завалил «леди Феррен» сладостями, а потом, обойдя все палатки и ближайшие магазинчики, перешёл к аттракционам. Волшебная карусель, качели, тир… Шэр заплатил за всё, а «драконесса» отлично развлеклась. Одна.

Хи-хи, представляю, как этим фактом был доволен Шай! В отличие от его матушки, которая — по словам Лин — буквально рвала на себе волосы и причитала, что плохо воспитала старшего сына и такими темпами никогда не станет бабушкой!

Второе свидание Темнейшеству Её Величество устроила средь бела дня на воздушном шаре. Видимо, чтоб начальничек никуда не смог убежать от ещё одной суженой — воздушной стихийницы — драконессы Стеши Шэасс. Причём обыкновенный полёт, с любованием пейзажем и лёгкой беседой, заботливую родительницу не устроил. Она подстроила крушение!

Что было-о-о!!! Леди Шэасс запаниковала и стала инстинктивно трансформироваться в дракона — прямо в транспортном средстве! — но, испугавшись проявившегося тёмного шлейфа герцога, так и застряла в непонятном обличье огромной бескрылой недоящерицы! Мало того, от страха начала хаотично размахивать лапами и хвостом, выть, рычать… Чуть не угробила и себя и герцога! Последний с исследовательским интересом недолго понаблюдал за происходящим, а после спеленал Стешу тьмой, осторожно опустил и её, и себя, и останки шара на землю и, попрощавшись, ушёл.

Кандидатка в супруги Хаартгарда же ещё долго билась в истерике, проклиная свою глупость.

Третье свидание было организовано на озере, недалеко от дворца. Залии Рен — светлой драконессе — выпал шанс прокатиться с Шэром в одной лодке. Сказочная романтическая прогулка. Казалось бы, что может пойти не по плану? Разумеется, ничего! И в этом-то и беда! Ведь план придумывала королева Элена.

Честно говоря, мне уже начинает казаться, что Её Величество не сильно-то и хочет женить Шэра…

Разве стала бы любящая мать — надеясь на налаживание хороших отношений в паре — сажать своего ребёнка в утлое судёнышко вместе с девушкой, страдающей гидрофобией? Стала бы она специально устраивать свидание на озере? А уж если учесть, что Рен — чисто светлая, а Хаартгард — чисто тёмный, то это вообще больше похоже на пытку, чем на романтическую прогулку! Особенно для девушки!

Самое странное, что Залия на это согласилась!

Разумеется, без «кораблекрушения» не обошлось! Её Величество, как я уже успела понять, не сторонница полумер. Но, судя по всему, ярая поклонница любовных романов!

В общем, опытным путём было доказано, что воды драконесса боится больше, чем тёмного архимага, да и голос у леди оказался пострашнее и поэффективнее магической пожарной сирены или той же академической боевой тревоги. По крайней мере, когда Рен взобралась на главу безопасников Фэйтгарда, как обезьянка на дерево, и, вцепившись в него, истошно заверещала — кривились и затыкали уши все многочисленные зрители и организаторы «уединённой» прогулки, притаившиеся чуть ли не за каждым кустом.

Четвёртой жертвой богатого воображения королевы Элены — если не считать её собственного сына — стала Гестис Хиллэй. Тысячелетней, повелевающей стихией земли, была устроена дневная прогулка над Ринградом на крылатом ездовом ящере.

Леди оказалась «счастливой обладательницей» акрофобии. То есть весь недолгий путь — а продержалась Гестис целых десять минут, до того, как взмолилась о пощаде! — её тошнило, у неё кружилась голова, дрожали руки… Она руками и ногами обвила несчастного ящера, хотя летели Хаартгард и Хиллэй всего лишь на высоте пятнадцати метров. Чтобы крыши домов и других построек не задевать.

Пятое свидание проходило на рассвете и представляло собой прогулку в полном холодного влажного тумана и ледяной росы дворцовом саду и завтрак на балконе замка. Причём Астэрию Дилэй — мою дорогую тётушку — разбудили всего лишь за полчаса до начала мероприятия, не дав как следует подготовиться. То ли Её Величество хотела этим испытанием проверить искренность «невестки»-воздушницы, то ли желала преподать сыну урок и показать, что правильный макияж творит чудеса, и не всегда при общении с противоположным полом стоит верить своим глазам… а может, и вовсе решила поиздеваться над обоими ранней побудкой! Кто ж догадается, что у Её Величества было на уме?

Свидание прошло тихо, мирно… сонно. Ну, почти… Оба участника эксперимента опоздали, затем, накинув на себя согревающие чары, бродили по саду как умертвия, периодически отворачиваясь и пряча друг от друга зевки. За завтраком на продуваемом всеми ветрами балконе, с лёгкой руки королевы Элены, сопровождаемым игрой на музыкальных инструментах — очень тягучей и плавной игрой! — оба чуть не уснули окончательно. Но Её Величество, видимо, не добившись одного ей известного результата, незаметно лишила Астэрию согревающих чар и приложила бурным потоком ледяного воздуха. Леди Дилэй пронзительно завизжала… Шэр инстинктивно выпустил всю свою тьму и чуть не ударил ею по подвывающей блондинке, у которой уже зуб на зуб не попадал. То ли от холода, то ли уже от страха…

В общем, вместо нежных объятий — коих, оказывается, хотела королева метаморфов, как она призналась Лин после очередного неудачного подстроенного ею свидания, — парочка быстренько распрощалась, и каждый отправился по своим делам.

Шестой жертвой брачного отбора стала Урания Блэйк. Она вместе с Хаартгардом должна была пообедать в популярном кафе иллюзий, недавно открывшемся в центре столицы. И всё вроде бы шло хорошо: подопытные Величества увлечённо беседовали, улыбались друг другу, даже смеялись… Но внезапно милые иллюзии превратились в змей. Естественно, завизжали все представительницы прекрасного пола. Блэйк же перекричала всех, повиснув на Шэйтаре и вцепившись в него не только всеми своими конечностями, но и дрожащей от ужаса тьмой. Герпетофобия оказалась сильнее, не только девушки, но и её страха перед герцогом. И только королева Элена решила, что лёд в сердце Шэра тронулся, как её сыночек, выразительно скривившись, собственной тьмой за мгновение разрушил все артефакты иллюзий и принялся отдирать от себя Уранию с таким выражением лица, будто к нему намертво прилипла не красивая девушка, а… кхм… фекалии ездового ящера. Комментарии, относительно ситуации, Темнейшество не стал оставлять при себе. А, когда он выходил из здания, его стихия напоказ брезгливо передёрнулась, прежде чем перенести своего владельца.