Вышинский: О чем вы беседовали?
Серебряков: Пятаков кратко информировал меня о встрече с Седовым и о своей работе, которую он проводил на Украине и в Западной Сибири. Он просил меня взять на себя работу по руководству связями с Грузией и на транспорте.
Вышинский: Почему он обратился к вам для связи с грузинскими троцкистами?
Серебряков: С грузинскими троцкистами у меня были хорошие отношения, в частности с Мдивани, я часто бывал в Грузии, в Закавказье. А по транспорту — потому, что я старый транспортник.
Вышинский: И вы дали согласие?
Серебряков: Да.
Вышинский: Он вам говорил, что вы привлекаетесь к участию в запасном центре?
Серебряков: Да.
Вышинский: И вы тоже дали на это согласие?
Серебряков: Да.
Вышинский: Значит, вы подтверждаете эту часть показаний Пятакова?
Серебряков: Да.
Пятаков: Прошу разрешения сделать одно замечание.
Председательствующий: Пожалуйста.
Пятаков (обращаясь к тов. Вышинскому): Серебряков не совсем точно ответил на ваш вопрос. У меня не было с ним таких взаимоотношений, как у руководителя и подчиненного. Не то что я ему предложил, а он дал согласие, — мы просто уговорились об этом.
Вышинский: Кто в вашей четверке был более влиятельным, вы или Серебряков?
Пятаков молчит.
Вышинский: Как Серебряков считает?
Серебряков: Я говорю не с точки зрения разделения ответственности. С этой точки зрения я несу полную ответственность за деятельность центра, но должен сказать, что для меня Пятаков являлся авторитетом. И я для него был в какой-то степени авторитетом.
Вышинский: Вы сносились непосредственно с Троцким?
Серебряков: Нет.
Вышинский: А он?
Серебряков: Он сносился.
Вышинский (к Пятакову): У вас в «параллельном центре» никому не принадлежала руководящая роль по отношению к остальным?
Пятаков: Да, никому.
Вышинский: Все были равноправными членами и каждый полностью отвечал за весь центр?
Пятаков: Да, каждый в своей области. В области международных вопросов Сокольников и Радек были авторитетами. В области промышленности и хозяйства, видимо, я был авторитетом.
Вышинский: Меня интересует: под чьим руководством действовал «параллельный центр»?
Пятаков: Троцкого.
Вышинский: Кто от имени центра осуществлял непосредственную связь с Троцким?
Пятаков: Радек, а потом я имел личную встречу с Троцким.
Вышинский: Следовательно, центр через вас и Радека непосредственно был связан с основным руководителем вашей преступной деятельности?
Пятаков: Правильно.
Вышинский: Какие практические мероприятия центр проводил в жизнь в течение 1933–34 гг.?
Пятаков: В 1933–34 гг. как раз развернулась организационно-подготовительная работа на Украине, в Западной Сибири, позже сформировалась московская группа. Развернулась работа на Урале, причем вся эта работа уже стала переходить в область осуществления той директивы Троцкого, о которой я показывал раньше, относительно применения вредительских и диверсионных методов.
Вышинский: Значит, в 1933–34 гг. под руководством «параллельного центра» возникают и оформляются на местах троцкистские ячейки, в частности, в Западной Сибири, на Урале, на Украине?
Пятаков: К этому времени появились троцкистские группы в Харькове, Днепропетровске, Одессе и Киеве.
Вышинский: То есть центр уже имел свои ячейки?
Пятаков: Да. И они практически приступили 1с мероприятиям преступного характера.
Вышинский: К каким именно?
Пятаков: На Украине в основном работал Логинов и группа связанных с ним лиц в области коксовой промышленности. Их работа состояла в основном в вводе в эксплуатацию неготовых коксовых печей и потом во всяческой задержке строительства очень ценных и очень важных частей коксохимической промышленности. Вводили печи без использования всех тех очень ценных продуктов, которые получаются при коксовании; тем самым огромные богатства обесценивались.
Вышинский: Это по Украине. А в других местах?
Пятаков: В Западной Сибири — на Кемерове — действовал обвиняемый по этому делу Норкин. Ему помогал его главный инженер Карцев; в дальнейшем, в 1934 году, я направил туда еще Дробниса, тоже обвиняемого по этому делу, для усиления нашей работы, так как Норкин мне жаловался, что ему очень трудно одному справляться.
Вышинский: Дробниса вы направили в Кемерово специально для того, чтобы усилить вредительскую работу?
Пятаков: Я Дробнису ставил более широкие задачи. Посылая его в Западную Сибирь (я имел разговор с Седовым о посылке Дробниса, так как Троцкий его хорошо знает лично), я преследовал двоякую цель: с одной стороны, активизировать работу западносибирского центра; с другой стороны, оказать необходимое содействие Норкину для проведения вредительства на Кемеровском комбинате.
Вышинский: Вы послали его помощником начальника строительства и вместе с тем для разрушения строительства?
Пятаков: Да. В Кузбассе активно развернул вредительскую работу Шестов, который имел указание непосредственно от Седова и от меня.
На Урале стала складываться подпольная группа Юлина, которая была связана к тому времени уже с группой Медникова и другими.
Вышинский: Все эти группы организовывались, складывались и осуществляли свою преступную деятельность под вашим непосредственным руководством?
Пятаков: Конечно.
Вышинский: В какой мере остальные члены центра были осведомлены о вашей деятельности?
Пятаков: Об этом знали и Радек и Серебряков. Сокольникова я осведомил позже, уже в 1935 году.
Вышинский: Каково было ваше официальное служебное положение в 1933–34 гг.?
Пятаков: Я был заместителем народного комиссара тяжелой промышленности.
Вышинский: Следовательно, вам легче было использовать свои связи для троцкистских махинаций?
Пятаков: Да. В этом я признаю себя виновным.
На этом утреннее заседание заканчивается.
ВЕЧЕРНЕЕ ЗАСЕДАНИЕ 23 ЯНВАРЯ ДОПРОС ПОДСУДИМОГО ПЯТАКОВА
(продолжение)
Вышинский: Расскажите об известной вам конкретной вредительской работе троцкистских организаций.
Пятаков: Я уже показывал, что вредительская работа была развернута на Украине, главным образом, по линии коксохимической промышленности. Вредительская работа состояла в том, что вновь строящиеся коксовые печи вводились в эксплуатацию недостроенными, вследствие чего они быстро разрушались, и, главным образом, задерживалась и почти не строилась на этих заводах химическая часть, благодаря чему громадные средства, которые вкладывались в коксохимическую промышленность, наполовину, если не на две трети, обесценивались. Самая ценная часть угля, а именно химическая часть, не использовалась, выпускалась на воздух. С другой стороны, портились новые коксовые батареи.
Западносибирская троцкистская группа вела активную вредительскую работу в угольной промышленности. Эту работу вели Шестов и его группа. Там была довольно многочисленная группа, которая работала, главным образом, по линии создания пожаров на коксующихся углях в шахтах. Вредительская работа шла на Кемеровском химическом комбинате. На первых порах работа состояла в том, что задерживался ввод в эксплуатацию вновь строящихся объектов, средства распылялись по второстепенным объектам, и, таким образом, огромнейшие сооружения находились все время в процессе стройки и не доводились до состояния эксплуатационной готовности. По линии электростанций проводилась работа, уменьшающая актив энергобаланса всего Кузнецкого бассейна.
Вышинский: Норкин, Карцев, Дробнис были в курсе этого дела?
Пятаков: Да, они были в курсе дела. В курсе дела были, конечно, Муралов и Богуславский.
На Урале было два основных объекта, на которых была сосредоточена вредительская деятельность. Один объект — это медная промышленность, и второй объект — Уральский вагоностроительный завод.
В медной промышленности дело сводилось к тому, чтобы, прежде всего, снижать производственные возможности действующих медных заводов. Красноуральский медный завод и Карабашский медный завод производственную программу не выполняли, происходило огромное расхищение меди, которая поступала на завод, были огромные потери. Карабашский завод все время находился в лихорадке. На Калатинском заводе обогатительная фабрика все время работала скверно, там также шло вредительство.
