строились из кирпича, то не выдержали бы даже некоторое время и из-за дождей, и оттого, что реки у них, выходя за высокие берега[445], затопляют равнины; (4) а все те, которые основаны на местах повыше и возвышенных, притом безлесных, строятся из кирпича и глины; (5) самый большой город у индов — это называемый Палимботры, в земле прасиев, где сливаются реки Эраннобоа и Ганг, — Ганг, самая большая из рек, а Эраннобоа — это, пожалуй, третья из индийских рек, но и она больше, чем реки в других странах, однако она уступает Гангу, поскольку вливается в него. (6) И Мегасфен говорит, что в длину город простирается с обеих сторон, там, где он наиболее удлинен, на восемьдесят стадиев, а в ширину[446] — на пятнадцать; (7) город окружен рвом шириной в шесть плетров[447], глубиной в тридцать локтей, а в стене пятьсот семьдесят башен и шестьдесят четыре ворота; (8) на земле индов великое и вот это: все инды — свободные, и ни один инд — не раб[448]. (9) Это у лакедемонян и у индов совпадает. У лакедемонян, правда, илоты — рабы и занимаются рабской работой, а у индов и никто другой — не раб, не то, что кто-нибудь из индов[449].
11. (1) Все инды распределены на семь каст[450] главным образом. Одну из них составляют мудрецы, численностью меньше прочих, а по славе и чести самые почитаемые. (2) Ведь на них не возложена обязанность ни зарабатывать телесным трудом, ни вносить в государственную казну от того, чем они занимаются. Словом, на мудрецов не возложено никакой иной обязанности, кроме как совершать жертвоприношения богам за благополучие государства индов. (3) Да и всякому, кто совершает жертвоприношение частным образом, кто-нибудь из этих мудрецов становится ему истолкователем по жертвоприношению, так как иначе жертвоприношение может оказаться неугодно богам. (4) И в искусстве прорицания сведущи одни только они из индов, и никому другому не дозволяется прорицать, кроме как мудрецу. (5) А прорицают они лишь относительно времен года,[451] и если какое-нибудь несчастье постигает государство. Что же касается частных дел у каждого в отдельности, то прорицать относительно этого не входит в их заботу, то ли потому, что искусству прорицания недоступны менее значительные вещи, то ли потому, что заниматься ими не сто́ит. (6) А кто ошибется до трех раз в прорицании, тому худа не бывает никакого, но он обязан хранить молчание впредь, и решительно никто не вынудит заговорить того человека, кто присужден к молчанию. (7) Эти мудрецы ведут жизнь нагими, зимой — под открытым небом на солнце, а летом, когда солнцепек, — среди лугов и пойм под огромными деревьями[452], тень от которых, как говорит Неарх, простирается до пяти плетров вокруг, и под одним деревом может укрываться в тени и десять тысяч человек — так велики эти деревья. (8) Питаются же они плодами времен года и лубом деревьев[453], а луб этот — сладкий и питательный не менее чем плоды финиковых пальм.
(9) Вторые после них — это земледельцы, их по численности больше всех из индов. И ни воинского вооружения они не имеют, ни военными делами не занимаются, но они возделывают землю, и они платят подати царям и тем городам, которые автономны. (10) И если у индов случится война друг с другом, им недозволительно трогать возделывающих землю и разорять саму землю, но одни воюют и убивают друг друга, как придется, а другие преспокойно пашут или собирают плоды, или подрезают ветви, или жнут вблизи их.
(11) Третьи у индов — это пастухи, и пасущие мелкий скот, и пасущие крупный рогатый скот. И они ни по городам, ни по деревням не живут, они номады и проводят жизнь в горах. А подать и они платят от скота, и охотятся они на земле на птиц и диких зверей.
12. (1) Четвертая — это каста ремесленников и торговцев. И они несут повинности и платят подать от своих дел, кроме лишь тех, кто изготовляет воинское вооружение, — эти даже плату получают из государственной казны. К этой касте относятся и судостроители и судоходцы, те, которые плавают по рекам.
(2) Пятая каста у индов — это воители, по численности вторая после земледельцев, пользующаяся же наибольшей свободой и веселым досугом. И они занимаются только военными делами, (3) а вооружение другие им изготовляют, и коней другие доставляют, и прислуживают в военном стане другие, которые и за конями у них ухаживают и вооружение чистят, и слонов ведут, и колесницы приводят в порядок и правят ими. (4) А сами они, пока надо бывает воевать, воюют, когда же наступает мир, предаются веселому досугу. И им из государственной казны идет такая плата, что на нее и других содержать легко.
(5) Шестые у индов — это так называемые наблюдатели. Они следят за всем происходящим в сельской местности и в городах и доносят это царю, там, где инды управляются царями, или властям, там, где они автономны. И им недозволительно сообщать что-нибудь ложное, да никто из индов и не провинился во лжи.
(6) Седьмые — это совещающиеся о государственных делах вместе с царем или в городах, тех, которые автономны, с властями. (7) По численности эта каста — небольшая, но по мудрости и справедливости — предпочтенная всем. Из нее и высшие должностные лица у них выбираются, и все управители областей и помощники, и ведающие казной, и ведающие войском, и командующие флотом, и ведающие хозяйством, и ведающие земледельческими работами.
(8) Брать в жены из другой касты недозволительно, как, например, земледельцам — из касты ремесленников или наоборот. И одному и тому же заниматься двумя занятиями тоже недозволительно, ни переходить из одной касты в другую, как, например, стать из пастуха земледельцем или из ремесленника пастухом. (9) У них позволяется только мудрецом стать из всякой касты, потому что занятия у мудрецов не легкие, а самые изнурительные из всех.
13. (1) Охотятся инды на всех прочих диких зверей так, как и эллины, а охота на слонов у них, не похожа ни на какую другую, потому что и эти звери не схожи ни с какими другими зверями. (2) Выбрав ровное место на солнцепеке, столько, где мог бы расположиться большой стан, они выкапывают вокруг него ров. Ширину рва они делают до пяти оргий, глубину до четырех. (3) Землю,
