Читаем без скачивания Грозный. Пес, который искал человека - Кирилл Юрченко

Вскоре оба ощутили по полу вибрацию. Удары и стуки если и проникали снизу, то пока ничем не выдавали себя, примешиваясь к звукам из динамиков. Линда забеспокоилась, но Эдик усмирил ее, поглаживая.

Андрей выбирал место, куда уцепиться – в потолок были утоплены металлические перекладины, вероятно, пазы для крепления каких-нибудь грузов. Он схватился рукой – не слишком удобно, уж больно ребристая была поверхность. Но им с Эдиком хватит. Он подсказал пареньку, что задумал. Теперь предстояло побеспокоиться о Линде. Оба скинули куртки, постелили в углу. Эдик приказал Линде не сходить с этого места.

Вскоре лифт задрожал. Андрей первым схватился за стержни и сделал вид, что подтягивается и трясет кабину. Поначалу стражники так и подумали, но когда то же самое проделал Эдик, поняли, что происходит неладное, но в чем именно проблема, до них еще не дошло. Пока они светили фонарями, тревожно швыряя лучами из угла в угол, то на решетку лифта, то на раскачивающихся Рокотова и рядового Краснова, по раме кабины прошла череда ударов таких сильных, будто по ней с размаху били чугунными «бабами», или вовсе поставили в каждом углу по нескольку взрывателей. Линда истерично заскулила, но с места не сдвинулась.

Кабину тряхнуло еще раз. Андрею даже страшно стало: а вдруг внизу не один этаж, а несколько. И что парни могут сделать? Только сломать систему безопасности. Только так, вероятно, можно заставить обесточенную кабину сорваться вниз.

В какое-то мгновение возникло чувство, что земля уходит из-под ног. Андрей понял, что лифт падает.

«Поехали-и-и!»

Он успел подтянуться и еще сильнее вцепиться в крепления. Обернув голову на стражников, понял, что они сейчас будут стрелять. Но через мгновение оба исчезли за перекрытием между этажами. Солдаты, может, и стреляли, потому что кабина затрещала, застучала, но беглецов эти пули уже достать не могли.

Как Рокотов и предполагал, приземление было жестким. Пальцы Андрея скользнули по ребру перекладины, содрав кожу. Боль пришла позже, да и видеть он ничего не мог. В тот момент, когда он свалился на пол, вокруг была кромешная темнота, только сверху сквозь щели в кабине чуть-чуть просачивался свет аварийного освещения. Кто-то ударил его в щеку чем-то мокрым. Линда.

– Цела? – быстрыми скользящими движениями он ощупал ее всю. – Цела!

Следом Эдик выкрикнул что-то, но Андрей ничего не слышал. После ударов, от которых лифт сорвался с места, в ушах его все еще стоял металлический гул.

Со стороны двери внезапно ярко вспыхнул прожектор и что-то тяжелое, похожее на руки взбесившегося робота ударило в сетку кабины и сорвало ее как легкую паутину. Спустя мгновение в роботе ошеломленный Рокотов признал складской погрузчик. В кабине его сидел Рылов. Иван высунулся над фарой и замахал рукой: сюда! Что-то кричал, но снова не разобрать.

Сжав голову ставшими отчего-то липкими ладонями, Андрей двинулся на Рылова, который к тому моменту соскочил на пол и дальше сдергивал сетку вручную, освобождая путь. На пороге лифта Андрей остановился и пропустил вперед Эдика с собакой. Перед тем как уйти самому, обернулся – по потолку кабины что-то легонько застрекотало, на фоне гула в ушах почти неслышно, оставляя светящиеся дыры в металлической обшивке. Он понял: стражники их стоят у распахнутой шахты и стреляют вниз.

– Бежим, Андрей Валентинович! – заорал Эдик под самое ухо.

– Да-да! – ответил Рокотов.

Только теперь, в свете фар, Андрей заметил на ладонях рваные раны и понял, почему так болят руки и пальцы кажутся влажными.

Он вдруг вспомнил о капитане – его тело должно быть где-то здесь, в цоколе.

– Ты нашел Кита? – крикнул он Рылову.

Тот мотнул головой и втолкнул его в погрузчик. За ним – Эдика с собакой. Вталкивая в тесную кабину Линду, рядовой Краснов что-то снова проорал Андрею, но тот не слышал. Только кивал в ответ. Вскочив за руль, Иван ловко развернул машину вокруг своей оси, даже не задев стены, и помчался на бешеной скорости, с визгом покрышек выруливая на поворотах так, будто сотню раз тренировался, чтобы изучить маршрут. Вдруг резко остановились, и откуда-то из темноты выпрыгнул Гарик. Он вскочил на подножку, и помчались дальше.

Вскоре они выскочили из пакгауза на дневной свет. Андрей зажмурился. Погрузчик перескочил через бордюр на пешеходную когда-то зону и стрелой помчался по тротуару, прямо к просвету между загораживающими проезд автомобилями, где как раз едва-едва можно было проехать.

Рокотов облапил и теснее прижал к себе Линду, боясь, что та ненароком свалится. А та, в ответ, лизала губы и нос ему, Эдику, и нависшему рядом Гарику.

Внезапно впереди одну из ограждавших парковку машин подбросило взрывом.

– У них гранатомет! – крикнул Гарик.

Рылов резко катнул погрузчик в сторону, тот едва не перевернулся. А в следующее мгновение взрывом разметало куски асфальта прямо по ходу. Иван вильнул еще раз и угодил на край дыры в асфальте. Погрузчик затрясло. Андрею казалось, что кто-нибудь из них обязательно вывалится. Но, проскочив препятствие, Рылов погнал машину к бетонному кубу небольшой трансформаторной подстанции, стоявшей почти в самом центре парковочного квадрата.

«Гони! Гони! Давай!..» – кричал про себя Рокотов, думая об очередной болванке, летящей в спину.

Следующая граната ударила прямо в кабину погрузчика, но все четверо и собака уже забежали за угол бетонной стены. Затем еще один выстрел, последний, пришелся в бетонный куб, выкрошив здоровенные куски и сотрясая поверхность.

– Все живы?! – крикнул Рокотов, до сих пор слыша гул в ушах.

– Да вроде все! – ответил Эдик, прижимая к себе Линду.

Андрей высунулся за угол, но Гарик тут же схватил его и втянул обратно. И вовремя. Автоматная очередь прорезала расстояние между торговым центром и тэпушкой, полоснув по углу, рассекла асфальт за подстанцией. А следом ударил второй автомат, только с другого угла бетонного куба. Очереди выстрелов с обеих сторон сходились немного впереди, оставляя лишь небольшую мертвую зону. Стреляющие явно давали понять, что прорваться беглецы смогут только на тот свет.

Рокотов смотрел на Линду. В отличие от людей, она казалась сосредоточенной на чем-то своем. Его привлекло направление взгляда собаки. И, повернув голову в ту сторону, Андрей заметил впереди нечто не менее пугающее. За парковкой, за расставленными в качестве ограждения машинами, мелькали тени. Их было много. Двигались они рывками, как будто перебегая с места на место.

Щурясь, Андрей старался понять, что он увидел. И с ужасом понял, что это собаки. Их было так много, что сам собой обжигающий страх завертелся внутри.

Он с такой силой всматривался вперед, что и остальные – Краснов, Рылов и Диковски – уставились туда же.

– Похоже, крепко попали мы! – сказал Рылов и невесело рассмеялся.

– Да уж, от одних собак спасались, на других нарвались, – ответил Андрей.

Тени за машинами засуетились еще сильнее, когда Линда загавкала на собак, словно предупреждая, чтобы не приближались. Затем бросилась к Рокотову и Эдику и заметалась между ними. Андрей чувствовал, что от нее вновь заструились пульсации, но не мог понять, чего она хочет.

7

Попытка Рокотова добиться снова телепатической связи между Линдой и Грозным все же удалась. Новое видение, полученное от Грозного, подсказывало Вере, куда она должна попасть. Миновать пару-тройку мелких населенных пунктов, затем проскочить километров сорок по соседнему шоссе, и впереди ее будет ждать город, где находится Андрей. На это потребовался примерно час, по истечении которого она пересекла воображаемую черту соседнего города. Теперь оставалось только достигнуть противоположной окраины.

Несмотря на обилие многоквартирных домов, улицы были удручающе пусты. Даже «хлябики» не попадались. И оттого противоестественно оказалось увидеть какого-то мужчину в форменной одежде и с собакой у левой ноги, невозмутимо стоявшего на перекрестке с автоматом в руках. В ту минуту, когда Вера заметила его, ей стало страшно, что он выстрелит. Когда он махнул рукой, желая остановить ее, Вера с трудом преодолела искушение дать газу. К вооруженным людям в форме она не могла относиться спокойно. Столкновение с солдатами, казалось, навеки впечатало в нее этот страх. Но и поддаться искушению она не могла. Сзади спала девочка, обнявши маленького Демона, и Вера боялась им навредить. Вдруг полицейский начнет стрелять.

– Если что, ты знаешь, что делать! – сказала она Грозному.

Девушка прижала машину к обочине и, остановившись, посмотрела назад. Она ожидала, что полицейский направится к ней степенным важным шагом, как хозяин положения. Но сквозь тонированные стекла видно было, что он бежит со своей собакой, как мальчишка, будто боится, что опоздает на случайный автобус, – совсем не солидно для вооруженного человека.

На всякий случай она не сняла блокировку с дверей, а только опустила стекло на соседней двери.