Читаем без скачивания В землях Заката - Евгений Кривенко

Варламов поёжился — приятно, когда тебя хвалят. Но тут заворчал проснувшийся мотор, и он нажал на газ. Ворота, к счастью, открылись без проблем — наверное, преследователи махнули рукой на неудавшийся план. Однако когда Варламов поделился этой мыслью с Джанет, та печально покачала головой:

— Всё только начинается, Юджин. Теперь они взяли след. А дорога на север отсюда только одна.

10. Лилит

Когда выехали из гаража и приостановились перед улицей, Варламов понял, почему огни за окном номера казались размытыми — падал снег. Асфальт уже покрылся белой пеленой, а новые снежинки всё сыпались с тёмного неба.

Миновали мост, под которым текла чёрная Миссисипи. Помчались по снежным пустынным улицам другого города. Всё больше белых искр, возникая в свете фонарей, неслось навстречу.

Сидящая рядом Джанет зябко повела плечами:

— А что ты увидел там ещё, Юджин?

— Где? — не понял Варламов. От воспоминания о сумрачном зале он содрогнулся, лучше рассказать потом.

Но Джанет имела в виду другое.

— В Сети. — Она вела себя странно: съёжилась и не смотрела на Варламова. — Ведь в компьютерах Территорий есть всё! Это проклятье современной Америки. Каждый человек с рождения получает номер и всё, что ни делает, фиксируют машины. Даже если он просто остановится в отеле. Как я могла об этом забыть! Ты мог узнать обо мне всё!

— У меня и в мыслях ничего подобного не было, — огорчённо сказал Варламов. — Я только хотел проверить, не появилась ли информация о нас в Сети? Помнишь, ты сама об этом говорила… А мне такие порядки не нравятся. Какое-то тотальное подглядывание друг за другом.

Джанет вздохнула:

— Как-нибудь, когда жизнь станет спокойнее, мы сядем рядышком и поглядим, что на меня накопилось. Правда, ничего пикантного не обещаю, — она наконец-то тихо рассмеялась. — Молодые пары так обычно и делают, ещё до свадьбы, чтобы потом не было недоразумений. Садятся и смотрят досье друг на друга. Жалко, что на тебя, наверное, ничего нет. Не успели накопить.

— Да уж, — пробормотал Евгений. И добавил: — А мама ничего про это не рассказывала. Наоборот, говорила какая свободная страна Америка. Куда не поедешь, даже паспорта не нужно.

— Так было, — грустно сказала Джанет. — Всё начало меняться, когда рухнули первые небоскрёбы Нью-Йорка. А после войны тем более… Появились Тёмные зоны, и с ними новые болезни. При приёме на работу стали требовать медицинскую карту. Потом полиция стала брать на учёт всех, контактировавших с зонами — якобы для профилактики чёрного бешенства. И, в конце концов, завели досье на каждого в компьютерах Территорий. Там скапливается вся информация: группа крови, болезни, кредитная история, передвижения по стране… Словом, всё! Сначала информация была в основном закрытой, но хакеры так быстро подбирали ключи, что вскоре большую часть сделали общедоступной…

Некоторое время ехали молча. Наконец выбрались на шоссе, ведущее в Дулут. Город кончился, по сторонам дороги смутно белели поля, небо справа покраснело — приближался рассвет.

Джанет проявляла беспокойство — то вглядывалась в редеющий сумрак впереди, то оборачивалась и смотрела на убегающую назад колею от машины. Наконец не выдержала:

— Юджин, передай управление мне, — попросила она. — Пожалуйста! Я боюсь, что за нами погоня. Дядя научил меня, что тогда делать. И рука у тебя, наверное, болит.

Варламов заколебался, потом глянул на её напряжённое лицо, вспомнил, что, возможно, придётся отстреливаться, и затормозил.

Когда остановились, то стало видно, что снежинки не летят навстречу, а густо падают сверху, опускаясь на капот и ветровое стекло. Некоторое время Джанет глядела на них, потом передёрнула плечами:

— Не хочется вылезать. Давай так.

Варламов сдвинулся в её сторону, и Джанет перебралась к нему на колени. Когда попробовала пересесть дальше к рулю, Евгений прижал её к себе и не пустил. И снова мутно-белый мир на время исчез для них, но вскоре Джанет пошевелилась и вздохнула.

— Надо ехать, Юджин, — тихо сказала она. — К ночи мы должны покинуть страну.

Тронулись снова. Рассвело, но солнце так и не появилось, с молочно-белого неба всё гуще сыпался снег. А вскоре оказалось, что Джанет была не права: их не преследовали, а ожидали впереди.

С вершины небольшого подъёма они увидели, что дорога внизу перегорожена двумя автомобилями — Джанет еле успела затормозить. Дверцы машин уже открывались — сначала возникли стволы ружей, а потом двое бородатых мужчин.

Варламов почувствовал странное оцепенение, слишком много свалилось на него за последние часы. Он мог только смотреть.

— Слава богу! — сказала Джанет, и Варламов вяло удивился спокойствию её голоса. — Это всего-навсего бандиты.

Мужчины уже подбегали, наставив ружья и крича, чтобы выходили из машины. Варламов видел красные лица, неухоженные бороды, лоснящиеся заношенные куртки. Наконец спохватился: что же он сидит и глазеет?

Но едва потянулся к сумке на заднем сиденье, где лежала разобранная двустволка, как его швырнуло вперёд — это Джанет дала задний ход. Из ружейных стволов хлестнуло пламя. Варламов не расслышал звука выстрелов за жутким визгом рикошетирующих пуль. На лобовом стекле не осталось даже царапины, машину сделали на совесть.

Теперь Джанет быстро ехала задним ходом, а бандиты бежали обратно к своим машинам. Евгений закусил губу, он и Джанет оказались меж двух огней. Если спасутся от бандитов, то попадут прямо в руки цзин — те, наверное, уже мчатся по следу. Может быть, бандиты даже лучше. Спрячут пленников в какой-нибудь дыре, и будут ждать выкупа…

Его вдавило в сиденье — Джанет резко затормозила. Обе машины уже разворачивались, чтобы пуститься в погоню, но тут Джанет наклонилась к приборному щитку, «ровер» встряхнуло, и словно пылающее солнце вырвалось из-под капота и улетело вперёд. Ошеломлённый Варламов понял, что Джанет выпустила ракету. Он инстинктивно втянул голову в плечи, ожидая взрыва, но услышал только глухой удар и снова посмотрел вперёд.

Машины стояли поперёк шоссе, в стороны расплывался голубоватый дым, хотя огня не было видно.

— Это газ, — напряжённо сказала Джанет. — Вроде того, что ты использовал тогда… на кладбище. Не хотела бы другой такой встречи, вторая ракета у меня боевая. Помнишь, как нас не было по вечерам? Это дядя обучал меня пользоваться штатным вооружением. Вот и пригодилось.

Варламов почувствовал стыд: если бы не хладнокровие Джанет, они бы попали в плен. Зря она восхищается им, слишком часто бывает беспомощным… Потом стало стыдно за мужчин вообще: они должны бы сделать жизнь безопаснее, чтобы женщинам не приходилось браться за оружие, а вместо этого воевали, так что мир превратился в жуткое место.

Подождали, пока голубой дым рассеялся, потом тронулись. Подъехав к неподвижным автомобилям, Джанет затормозила.

— Нам не проехать! — в голосе прозвучало отчаяние.

И в самом деле, машины развернуло так, что одна уткнулась капотом в дверцы другой, покорёжив их. В остальном автомобили казались невредимы, но оба вместе надёжно перегородили дорогу.

Джанет уронила голову на руль и расплакалась.

— Я больше не могу, Юджин, — сквозь рыдания проговорила она. — То одно сваливается, то другое. Я не справляюсь…

Евгений горько улыбнулся: сколько ещё Джанет придётся терпеть из-за него? Он придвинулся и обнял её за вздрагивающие плечи.

— Ты молодец, Джан, — ласково сказал он. — Здорово справилась с этими бандитами. Отдохни, я сейчас…

Он потянулся назад, вытащил и быстро собрал двустволку (надо всегда держать наготове). Вышел из «ровера».

Бандиты полулежали, навалившись на рули, и выглядели так, будто хорошо наклюкались.

Варламов поглядел на них с сомнением: долго ли продлится действие газа? Обошёл покорёженную машину и, открыв дверцу с другой стороны, вытащил из-под тела бандита ружьё. Выглядело оно солидно — что-то армейское.

Потом обезоружил другого бандита, отнёс всю амуницию к «роверу» и запихал в багажник. В машинах могло быть и другое оружие, но рыться в вонючих салонах не хотелось.

Он улыбнулся вытирающей глаза Джанет и пошёл к машине, что казалась невредимой. Взялся за куртку и попробовал вытащить обмякшее тело бандита из-за руля, однако нога в огромном ботинке застряла между педалей. Варламов с трудом высвободил её и поспешно выпрямился, чтобы глотнуть свежего воздуха — наверное, мужик не менял носков месяцами.

…Кто-то схватил за двустволку и дёрнул так, что Варламов ударился виском о край крыши, а плечом о дверную раму. В голове зазвенело, перед глазами поплыли красные круги. Он почувствовал, как двустволку пытаются вырвать, и с отчаянием понял, что бандит успел прийти в себя.

Евгений вцепился в оружие мёртвой хваткой: если вырвут, то всё пропало. Другая рука оказалась прижатой к машине, и он с ужасом понял, что пока освободит её и развернётся для удара, бандит вполне успеет всадить ему в живот нож… Тогда Варламов присел и изо всей силы ткнул головой внутрь машины.