друга, примерно в двух с половиной метрах, и, вытянув руки, стали медленно сближаться. Неожиданно между руками у них стали проскакивать электрические разряды, в какое-то время перешедшие в сплошные тонкие извивающиеся дуги. Зрелище было потрясающее! Вождь с наркомом, как завороженные, смотрели на двух молодых мужчин, пока те не разлетелись в разные стороны. Нета быстро встала и начала по очереди проверять пульс у обоих на запястье. На грохот вбежал Власик, и вождь приказал ему быстро позвать дежурного врача, но она решительно потребовала этого не делать:
— В этом нет нужды, товарищ Сталин, им обоим ничего не угрожает, как фельдшер Вам говорю, — она помогла Артему подняться, а Максиму помог подоспевший Игорь Витальевич.
Молодые люди стояли, стряхивая руки. Сталин и Берия подошли к ним, они были поражены случившимся, долго рассматривали необычных деда и внука.
— Садитесь на диван, по разные стороны, мне нужно вас сравнить, — вождь еще пару минут ходил от одного к другому, вглядываясь в лица. — Поразительно! Совершенно одинаковый взгляд и вот эта родинка у каждого слева над верхней губой, — он взял стул и поставил его посередине дивана, севши лицом к ним, обратился к офицеру НКВД. — Значит, Вы — Максим Захарович, а Вы — Артем Кондратьевич. Где же тогда недостающее звено? — он наклонился и сжал руки.
Пришедший в себя Артем слабо улыбнулся:
— Благодарю тебя, дед, извини, что подверг подобному опыту. Думаю, у меня не было другого выхода.
— Я все понимаю, Тема, и нисколько не сержусь, теперь тебе должны поверить, расскажи все товарищу Сталину.
— Недостающее звено появится только в 1970-м году — это будет сын Кондратий, рожденный от брака деда с Лисицыной Анастасией Вадимовной, работающей сейчас в Дроздовской начальной школе учительницей, Нета жила с ней в одной комнате. Кондратий Максимович — мой отец и сейчас живет в нашем времени, в данный момент с матерью они отдыхают на Алтае.
Так вот, товарищ Сталин, в продолжение моего рассказа: деду, для выхода из дела, я предъявил письмо, написанное Игорем Витальевичем, — они оба тому свидетели; когда расстались в то утро, мы с Нетой воспользовались бипланом, на котором добрались до Осипова, где сущность из другого мира уже загубила мальчонку и молодую женщину.
По прилету выяснилось: тварь атакует не просто так, а в тот момент, когда потенциальная жертва оказывалась беззащитной. Кто-то наводил ее на жертву. В результате анализа обстановки пришли к выводу: вампиром мог стать некий Бондарь Анатолий Ермолаевич, убитый 13-го июня 1887 года и поднимаемый из могилы колдуньей-матерью, она же передавала ему информацию о жертвах, полученную от соседей-родственников. Проблема заключалась в том, что я не мог долго выслеживать тварь, так как 14-го июня, то есть сегодня, должен буду вернуться в свое время, а допустить следующих жертв я тоже не мог. Здесь мне на помощь вместе с председателем сельсовета и участковым пришла Нета (она сидит здесь, за столом), которая прилетела туда со мной в качестве медэксперта. Именно она выманила на себя вурдалака, имитируя возвращающуюся с речки пустоватую «чинушку» из областного центра. Это, товарищ Сталин, были страшные, но вместе с тем великолепные и незабываемые минуты: моя возлюбленная шла с реки почти обнаженная, вытирая свое прекрасное тело полотенцем; вампир уже знал про нее и наверняка следил за ней, он не мог не напасть на такую красоту. Мы сидели в засаде и ждали. Предварительно я предупредил товарищей, что они должны стрелять только тогда, если я промахнусь и тварь побежит назад, убить ее они все равно не смогут, только остановить. Господь не оставил нас: лишь сущность занесла над Нетой свои посиневшие руки с ужасными когтями, я поразил ее прямо в сердце с одного выстрела, второй сделал в голову для верности. Когда мы склонились над вампиром, чтобы рассмотреть его, подбежавший Поликарп Митрофанов — сосед колдуньи-матери хотел выстрелить в нас из ружья, но был застрелен выбравшимися из засады товарищами. В эту же ночь я доложил о завершении операции комиссару 2-го ранга Шмелеву Игорю Витальевичу, он сейчас с нами.
Сталин повернулся к комиссару, сидевшему за столом:
— Товарищ Шмелев, Вы знали о восставшем вампире, почему же не привлекли значительные силы для его уничтожения, у нас что, в НКВД одни трусы остались?
Комиссар встал:
— Никак нет, товарищ Сталин, в ведомстве Лаврентия Павловича есть смелые люди, и они были посланы, но сущность обнаружить и уничтожить не удалось. Артем Кондратьевич — человек из другого времени, с другой подготовкой и системой мышления. Я сам подбрасывал ему еловые шишки и видел, как он стрелял по ним без прицеливания — таких стрелков я не видел в нашей стране. Нета Валерьевна была посредством своего призрака связана с его временем, в этом имеется очевидная связь на энергетическом и мистическом уровне. Учитывая эти факторы, я и решился отправить в Осипово именно их. Никто другой не справился бы с сущностью так быстро, и список жертв продолжал бы увеличиваться.
Сталин встал и тихонько прошелся по кабинету, осмысливая услышанное. Подойдя к столу, он вновь достал из пачки папиросу и, закурив, глубоко захапнулся. В это время Артему удалось внимательно разглядеть кабинет, где они находились. Отделанный под дуб квадратными панелями почти до середины высоты он был довольно уютен, а висевшие на стене бра дополняли это ощущение своей теплотой. Никакой особой роскоши не было, и даже большой ковер посредине не нарушал типичную деловую обусловленность. Бумаги, книги на столе и численник, открытый датой сегодняшнего дня, подтверждали, что вождь здесь именно работает, а не изображает свою занятость. Подойдя к наркому внутренних дел, вождь все еще с удивлением во взгляде спросил:
— Слушай, что, действительно настоящего вампира убили? Это не сказки? Ты проверял данный факт?!
Берия достал из кармана платок, развернул его, на нем лежала серебряная пуля от пистолета с клеймом лаборатории:
— Я сам видел тело, из которого извлекли эту пулю от патрона, сделанного накануне в нашей лаборатории, и дырку в башке вампира тоже видел. У нас еще тело его мамаши-колдуньи, тело соседа Поликарпа Митрофанова и живая соседка Полины Бондарь — Степанида Митрофанова. Есть рапорт старшего милиционера Кукушкина Евсея Сидоровича и показания председателя исполкома Воскресенского сельского совета Толмачева Игнатия Ивановича. Везде подтверждается только что сказанное здесь, товарищ Сталин: Артем Соколов и Нета Соболева — настоящие герои.
Вождь снова подошел к столу и, когда все сидящие встали, с улыбкой произнес:
— Что ж, раз
