– Постой, Баосюй, – тяжело выдавила Нэнхун и встала напротив дракона. – Не надо никакого вина. Горе пришло в твой дом, Баосюй, горе низвергло меня с небес!
Дракон сверкнул глазами:
– Что-то случилось с Фэйянь?
– Да! – ответила Нэнхун. – Самое страшное, что только можно подумать. Императрица Жемчужного Завета – коварная тварь, под видом гостеприимства заманившая Фэйянь в ловушку и погубившая ее!
– Постой, Нэнхун, быть может, твоими речами движет гнев, а не жажда справедливости, – сказал Баосюй. – Я доселе знал императрицу Чхунхян как образец благочестия и добротолюбия. Отношения Лунтана и Жемчужного Завета всегда были самыми…
– Государыня Нэнхун не лжет, Баосюй. – Из воздуха соткалась фигура Небесного Чиновника Аня, рядом немедленно появилась и Юй. – Мы свидетели тому, что императрица Чхунхян – само воплощение коварства.
– Что она сделала с моей женой? – крикнул Баосюй. – Говорите же!
– Она совершила обряд отделения души от тела. Главную душу принцессы она заточила в месте, неизвестном нам, а тело… Тело, похоже, не удостоилось человеческого погребения, его бросили в болото…
– Почему я узнал об этом так поздно?! – прорычал Баосюй.
– Прости, князь драконов, мы надеялись, что справимся собственными силами, – склонив голову, сказала Юй. – Ведь мы понимаем, что нарушение мира между Лунтаном и Жемчужным Заветом приведет к великому кровопролитию, и потому не хотели вмешивать тебя как правителя…
– Почему Фэйянь не почувствовала, что Чхунхян замышляет недоброе? – застонал Баосюй. – Почему она не прислала мне никакой весточки?!
– Баосюй, послушай. Слишком много произошло совпадений в Жемчужном Завете. Сгорела бригавелла «Халцедон», так что Фэйянь не могла вернуться домой. Затем все драконихи из свиты принцессы отравились незрелой хурмой. То есть это было так сказано, что хурмой… Все, кто сопровождал Фэйянь, так или иначе погибли. Императрица Чхунхян избавилась от ненужных улик… Но самое главное – душа Фэйянь явилась одному… человеку и рассказала все о своей горестной судьбе, умоляя спасти ее.
– К человеку? – рыкнул Баосюй. – Почему не ко мне?
– Мы не знаем, Баосюй, – потупились Небесные Чиновники.
– И что же это за человек?
– Первый императорский каллиграф Яшмовой Империи господин Лу Синь.
– Вот как, – помолчав, произнес дракон. – Значит, она до сих пор верит ему больше, чем мне. Он ведь тот, кто ей предсказан!…
– Баосюй, не время для ревности, – мягко сказала Нэнхун. – Мы должны спасти Фэйянь любой ценой. Она ждет ребенка.
– Что?!
– Да. Это будет ребенок дракона и принцессы, ребенок, повергающий миры во прах.
– Вот это новость так новость! – воскликнул Баосюй. – Нет, больше не могу сдерживаться. – И он подскочил к краю террасы, на которой и происходил весь разговор, и, разинув пасть, выпустил громадную струю пламени. – Извините, – вернувшись к собеседникам, сказал он. – Иначе у меня сердце выгорит дотла.
– Что мы будем делать, Баосюй? – спросил Нэнхун. – Как нам найти тело Фэйянь?
– Летим в Жемчужный Завет, – ответил дракон. – Больше нам ничего не остается.
– Но Ют-Карахон-Отэ чуть ли не поклялась нам в том, что Фэйянь нет на земле Жемчужного Завета! – воскликнула Юй. – Мало того, их боги подтверждают слова императрицы! Чхунхян сказала, что Фэйянь отправилась в плавание… Ой!
– Вот именно. На чем она отправилась в плавание, если бригавелла «Халцедон» сгорела? – спросил Баосюй. – Итак, Чхунхян лжет. А значит, мне, как князю Изумрудного Клана драконов, пора навести порядок во всей этой истории.
…Несколько дней летел Баосюй и три высокородных дракона из его свиты в земли Жемчужного Завета. Следом за драконами на радужных зверях-цилинях летели Небесные Чиновники Ань и Юй и небожительная императрица Нэнхун. Выглядели все грозно и непримиримо, чиновники облачились в доспехи и вооружились копьями-молниями, а владычица Нэнхун держала в руках небесный огненный меч, способный погубить все живое на десятки ли вокруг.
Наконец это воинство достигло столицы Жемчужного Завета и опустилось на землю прямо посреди дворцового комплекса, повредив при этом некоторые хрупкие перламутровые постройки и драгоценные деревья. Сбежалась стража, выставила копья и натянула луки…
– Пошли вон, – прорычал Баосюй. – Пощадите свои жалкие жизни и бегите без оглядки, если не хотите отведать моего гнева!
– Драконы! Драконы! – закричали стражники и впрямь поторопились спастись бегством. Чтобы бегство было более стремительным, Баосюй выпустил вслед стражникам струю пламени из пасти.
– Идемте во дворец, – сказал он и величаво затопал на своих когтистых лапах по роскошным здешним дорожкам.
Однако при входе во дворец наших героев опять попытались задержать. С десяток роскошно одетых сановников выбежали на парадные ступени дворца и закричали:
– Что за бесчинство?! Кто вы такие?! Как посмели вломиться на землю священного дворца?!
– Сколько вопросов! – опять прорычал Баосюй. – Пропустите нас, жалкие людишки. Иначе я вас поджарю. У меня сейчас нет настроения давать вам объяснения.
Сановники не стали искушать судьбу и врассыпную порскнули кто куда, только посыпался жемчуг с их драгоценных одеяний.
Процессия, возглавляемая Баосюем, вошла во дворец, почти сметая все на своем пути. Во всяком случае, многие роскошные колонны и изваяния пострадали от взмахов драконьих хвостов. Встречавшиеся на пути процессии царедворцы, вельможи, охрана и слуги разбегались во все стороны. Так наши герои добрались до главной залы с жемчужным троном.
– Плохо же нас встречают! – проревел Баосюй. – Все куда-то прячутся, как трусливые блохи. Вот и императрицы что-то не видать.
– Я здесь! – раздался негромкий и очень спокойный голос.
Из-за трона вышла императрица Чхунхян. Одета она была нарочито скромно, едва не в холстину. Волосы ее были просто распущены по плечам. Чхунхян поклонилась дракону:
– Приветствую владыку Лунтана и его спутников! Что вам угодно от смиренной Чхунхян? К чему такой шум? Вы напустили страху на моих подданных…
– Иногда полезно немного устрашиться, – сказал Небесный Чиновник Ань. – Особенно если чувствуешь себя безнаказанным!
– О! Небесные Чиновники! – воскликнула Чхунхян. – Странно снова видеть вас на земле Жемчужного Завета. Мне казалось, что на все вопросы вам даны исчерпывающие ответы.
– Это не так, – бросила Юй, но Баосюй попросил ее помолчать и заговорил сам:
– Чхунхян, где моя жена?
– Я не понимаю, о ком идет речь, – закрылась веером Чхунхян.
Дракон ударил лапой по ближайшему перламутровому столику, и тот превратился в порошок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
