– Что за вонь! – недовольно сказал Карулин. – Проветрили бы, что ли.
– Так все форточки открыты. И вроде ничем не пахнет…
– У него тоже открыта?
– Да не беспокойтесь вы. Тихий он, – оправдывался незнакомый голос. – Ни звука от него не слышали.
– Ладно, – хмыкнул Карулин. – Приготовьтесь, скоро выезжаем, – он заглянул в комнату, где находился Заимис, и усмехнулся: – Здравствуй, Жора!
– Вадим, – прохрипел тот и облизал губы.
– Принесите воды! – крикнул Карулин, и через минуту здоровенный на вид мужик подал Заимису пластиковый стаканчик.
Георгий с жадностью отпил половину, отдышался, потом допил оставшееся.
– Почему я здесь? – спросил он, отставив стаканчик в сторону.
– Догадайся.
Карулин тщательно рассмотрел диван, определяя степень его загрязненности. По-видимому, результат его вполне удовлетворил, так как он с блаженной миной устроился на его мягкой поверхности и вытянул ноги.
– Дрянь! – злобно процедил Заимис. – Был под самым носом и все это время продавался Бурмистрову!
– Зубы показываешь? Уймись, ты выглядишь нелепо.
Карулин отряхнул свои чистые брюки и принял скучающий вид.
– Если ты будешь паинькой, – сказал он, – и сделаешь то, о чем тебя попросят, все пройдет быстро и без боли.
– О чем ты?
– О бумагах, по которым ты добровольно передашь «IrVi Group» единственной наследнице Азарова – Ирине Линдерман. Ты ведь никакого отношения не имеешь к компании, поэтому благородно вернешь ее девочке. А потом вы встретитесь в ином мире и пожмете друг другу руки.
– Вадим, ты с ума сошел?! – рассмеялся Заимис. – Неужели ты думаешь, что все это сойдет тебе с рук? Подумай, Бурмистров окажется первым в списке подозреваемых, и ты – вместе с ним.
– И каким же образом нас свяжут воедино? – ехидно улыбнулся Карулин, рассматривая взъерошенного Заимиса.
– Ты недооцениваешь милицию, – ответил Георгий.
– А ты недооцениваешь меня. Забыл? Я ведь и сам бывший мент и знаю, как все устроить, чтобы концов никогда не нашли.
Наглый вид Карулина говорил, что он уверен в том, что делает, и будущее Заимиса уже давно им решено. Стоит ему поставить свою подпись на бумагах, и он – покойник. Эта новость не испугала его, напротив, Георгий ощутил некое странное облегчение. Напряжение, в котором он пребывал все последние дни, исчезло, уступив место ледяному спокойствию. Теперь, когда он знал, чем все закончится и кто стоит за трагедиями, произошедшими в жизни близких ему людей, он перестал нервничать.
В том, что спасения нет, Заимис не сомневался, так как в живых его, основного свидетеля, не оставят – ни при каких условиях. Такая расчетливая скотина, как Карулин, все продумал заранее, значит, возможности избежать того, что ему уготовили, не будет. К тому же изнеженный метросексуал Заимис, не имеющий понятия о том, как ударить человека, все равно не справится с этими буйволами, охранявшими его.
– И где ты меня похоронишь? – спросил он.
Эта покорность удивила и рассмешила Карулина. Он покачал головой и с жалостью посмотрел на своего уже бывшего босса.
– Какое это имеет значение? – спросил он. – Тебе будет уже все равно. Ах, Жора, зря ты не пользовался услугами охраны! – цокнул он языком. – Сколько раз я советовал тебе нанять водителя, телохранителя… Нет, ты меня не слушал. Как, мол, можно ехать в спортивной тачке рядом с водилой?! Нет, руль своей малышки никому нельзя доверять. А мотоцикл? Только кретин догадается посадить за своей спиной телохранителя, чтобы он, как барышня, тискал тебя за талию! Вспоминаешь свои слова? – Карулин громко засмеялся. – Каков же итог? Ты сидишь у батареи, как побитый пес, и думаешь о том, что был не прав, не слушая своего разумного и доброжелательного шефа по безопасности.
– Ты в любом случае приставил бы ко мне своих людей. Не было бы никакой гарантии, что они не привезут меня в эту дыру, получив от тебя приказ, – ответил Заимис. – Интересно, чем именно Бурмистров тебя подмазал?
Заимис поправил волосы, падавшие на лицо, и покосился на трепетавшие на сквозняке шторы. Карулин поднялся и с таким видом, словно оказывает Георгию дружескую услугу, прикрыл форточку.
– Я объясню, здесь нет секрета, – сказал он. – Когда меня, как ты однажды любезно выразился, «попросили» из органов…
– За взятки, – вставил Заимис.
– За превышение служебных полномочий, – поправил Карулин. – Я тогда нигде не мог устроиться, прозябал в нищете.
– Не лги. За те взятки, которые ты получал на службе, можно было жить, не стесняясь в средствах. А ты мне песни о своей бедности поешь.
– Все люди, – продолжил Карулин, – когда-то евшие с моей руки и преданно смотревшие в глаза, отвернулись от меня, стоило мне потерять работу и должность. Только один Бурмистров помог как-то наладить жизнь. Именно благодаря ему я и попал в «IrVi Group».
– А в знак признательности ты уничтожил Егора и его семью? Сделал все, чтобы твой благодетель заполучил их компанию.
– Я не занимаюсь благотворительностью. Бурмистров был щедр со мной. Когда он получит желаемое, я воспользуюсь своим немаленьким счетом, открытым мною в таком же немаленьком альпийском банке, куплю себе домик где-нибудь на Средиземноморье и спокойно встречу там свою старость.
Заимис с ненавистью посмотрел на Карулина, вспомнив, что он почти дословно воспроизвел его собственные слова из их последнего разговора.
– Жора, не хмурься. Морщины не красят такого пижона, как ты. И я открою тебе маленькую тайну, чтобы ты не таил на меня зла: я не имею никакого отношения к смерти Егора Викторовича, – сказал Карулин с сожалением. – Эти претензии – не ко мне, а к той бабе, отравившей его. Что касается всего остального, я признаю: Викторию и ее любовника убрал я. А если бы ты, дорогой, не играл в честного рыцаря, Марта осталась бы в живых.
– Так ли это? Вам ведь нужна компания, значит, от Марты избавились бы в любом случае.
– Отчего же ты раньше не проявлял такую сообразительность? – с иронией спросил Карулин.
– Потому что не знал, откуда ждать удара. Ты меня огорчил, Вадим. Подло с твоей стороны гадить там, где тебя кормили.
Карулин быстро подошел к Заимису и ударил его ногой в грудь. Не ожидавший такого «ответа», Заимис не успел отодвинуться или прикрыться рукой. Он согнулся от боли и закашлялся. Карулин с силой ударил его еще раз, уже в бок, потом – в лицо. Заимис вскрикнул и затих. Из кухни прибежали двое и, увидев, что хозяин примеряет на себя роль кикбоксера, многозначительно переглянулись и удалились. Пнув застонавшего Заимиса в бедро, Карулин отошел в сторону, прислонился к стенке, но тут же брезгливо отпрянул в сторону.
– Ты – чудовище, – Заимис с ожесточением сплюнул.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
