По мере того, как время шло и моя жизнь налаживалась, я стал все больше задумываться о своем детстве. Было многое, чего я не помнил, многое, что я не понимал. На самом деле, я не знал, что со мной произошло и почему. Я начал задаваться вопросом, получил ли я на самом деле лоботомию. Я задавался вопросом, почему я не стал овощем, если то, что я знал о лоботомиях, было правдой. Мне стало интересно, заслужил ли я такую операцию и чье решение было её дать.
Это были вопросы, которые я никогда не задавал никому — ни моему отцу, ни Лу, ни Фримену, ни врачам в Агньюсе или консультантам в Ранчо Линде. Но теперь я начал спрашивать.
Проблема была в том, что большинство людей, которые знали ответы, уже ушли.
Бабушка Бу умерла. Фримен умер. А потом умерла и Лу в начале 2000 года.
Она и мой отец развелись какое-то время назад. Он сказал мне, что ей не понравилась его собака, и это была последняя капля. Она была жестока к его собаке. Я не мог не думать в то время: она делает лоботомию твоему сыну, и это нормально. А потом она жестока к твоей собаке, и вы разводитесь?
Мой отец женился снова, на Лойс.
Лу встретила мужчину по имени Джордж Китасако. Он родился в Америке от родителей, которые эмигрировали из Японии и потом были помещены в интернированные лагеря в Вайоминге во время Второй мировой войны. Я не знаю, как они познакомились, но они были вместе десять лет. Мой брат Джордж сказал, что они были очень счастливы.
Джордж Китасако умер в 1988 году. Лу осталась в одиночестве до конца своей жизни. Она никогда не переставала злиться на моего отца за то, как все сложилось. Мой брат Джордж думал, что она промывает мозги его детям против их дедушки, и ему это не нравилось. Она так часто жаловалась на него, что ему пришлось попросить её прекратить.
Она переехала, чтобы быть поближе к своему старшему сыну Клеону, после того как умер её друг Джордж. Каждый день Клеон приходил к ней и сидел с ней в течение трех месяцев. Медсестры говорили ему, что она была очень сильной женщиной и, вероятно, не умрет, когда он рядом. Она умрет по-своему, когда останется одна, когда никто не будет наблюдать за ней.
Именно так и произошло. Клеон был там в канун Нового года. Он собирался вернуться 1 января. Его позвонили до его прибытия, рано утром 1 января, и сказали, что она умерла ночью.
В газете Mountain View было опубликовано некролог: «Люсиль Джексон, долгое время проживавшая в Лос-Альтосе и Маунтин-Вью, умерла в январе.»
«Родом из Сан-Франциско, ей было 80 лет. Миссис Джексон окончила среднюю школу Маунтин-Вью. Она прошла обучение на медицинского помощника в Футхилл-колледже. Она оставила после себя детей: Клеона М. Кокса, Джорджа Кокса, Говарда Далли, Брайана Далли и Кирка Ли Далли, а также множество внуков».
Я сказал моему отцу, что хочу пойти на её похороны. Хотя я ненавидел её и боялся её, она была важной частью моей жизни. Она была “мамой” для меня дольше, чем моя настоящая мать. Я думал, что мне следует пойти и отдать ей дань уважения.
Мой отец видел это по-другому. Он сказал мне, что я расстрою людей, если пойду. Он сказал, что это заставит людей думать о том, что со мной произошло, и отвлечет внимание от Лу, похорон и скорби. Поэтому я не пошел.
С здоровьем моего отца было все в порядке, но потом он заболел. Или он узнал, что он болен, как бы случайно.
Его брат перенес массивный сердечный приступ и чуть не умер. Мой отец пошел проверить своё сердце и обнаружил, что он сам находится в опасности сердечного приступа. Поэтому он сделал операцию по четырём шунтам вскоре после этого.
Он быстро восстановился. Но я понял, что он не будет жить вечно. Если я хочу узнать больше о том, что со мной произошло, мне нужно начать расследование. Мне нужно понять свое прошлое сейчас. Мне это нужно для моего будущего.
Итак, я начал исследовать в Интернете. Я заходил на поисковик и вводил слово “лоботомия” и начинал читать. Я узнал о самой операции. Я узнал, что Фримен был самым известным человеком, который её делал. Я узнал, почему её больше не используют. Я прочитал несколько историй случаев о людях, которые прошли лоботомию. Но я не мог найти ничего о лоботомиях на детях, и ничего о себе.
Однажды, год спустя после того, как я начал исследования, я наткнулся на ссылку на книгу “Great and Desperate Cures” Эллиота С. Валенштейна, о всех способах, которыми врачи пытались лечить психические заболевания. В книге было много про лоботомию и про Фримена.
И на странице 274 было что-то обо мне.
Валенштейн рассказывал историю о том, как Фримен приехал в клинику Лэнгли Портер в Сан-Франциско, чтобы сделать презентацию о лоботомии у молодых людей, и привез с собой троих молодых людей — включая двенадцатилетнего мальчика — которым делали трансорбитальные лоботомии. Это был январь 1961 года. Этот двенадцатилетний мальчик был я.
Я не знаю, почему это было для меня важно, что я нашел эту книгу. Я уже знал, что был в Лэнгли Портер. Я знал, что Фримен был моим врачом. Я был довольно уверен, что он сделал мне лоботомию. Но увидев это в печати это стало реальным.
Я продолжал исследовать. Я начал искать лоботомию и детей. Я думал, что кто-то, где-то — с учетом всех университетов, больниц, газет и журналов — должен быть заинтересован в лоботомии у детей. Кто-то, вероятно, изучал это и хотел бы поговорить с парнем, как я.
Я писал в больницы, которые специализировались на операциях на мозге. Я связывался с психиатрическими больницами и учреждениями. Никто не отвечал. Никто не проявлял интереса. Или, если они и проявляли интерес, я не мог их найти. Но я нашел веб-сайт под названием psychosurgery.org, ведущийся женщиной по имени Кристин Джонсон. Она создала веб-сайт, чтобы начать обсуждение лоботомии и других методов, которые врачи использовали для изменения личности людей, проводя операции на их мозгах. На веб-сайте был блог, который содержал всевозможную информацию о лоботомии — историю, новости, события, судебные иски и все остальное. (Вы можете зайти на сайт и узнать, как я только что сделал, что на недавней встрече Института психиатрии в
