прицеле, отрабатывая маховиками наводки.
— Огонь, — как-то уж совсем буднично скомандовал Виктор.
Пушка отрывисто гавкнула и трассер бронебойного снаряда устремился к цели. Очень точное орудие. Можно сказать снайперское. Огненный росчерк ткнулся в боковой лист капота. Несмотря на острый угол, броня оказалась слишком тонкой, чтобы случился рикошет. И судя по сообщению Эфира, был не просто разрушен двигатель, но и произошло возгорание.
— Игорь, переноси огонь на первый грузовик, — приказал Виктор.
— Есть, огонь на первый грузовик, — отозвался наводчик, отрабатывая маховиками.
Тем временем головной ЗИС отвернул в сторону, чтобы объехать подбитый и резко остановившийся броневик. Тем самым ещё лучше подставляя двигатель, и Туников не дал маху, вогнав снаряд точно в мотор. Автомобиль с прицепом прокатился по инерции ещё несколько метров, пока не замер. Но судя по всему пожара там не случилось.
Водитель и находившийся в кабине охранник не пострадали и распахнув двери вывалились наружу. Боец сопровождения сразу оказался под защитой грузовика, шофёру же пришлось переползать на противоположную сторону под кузовом на четвереньках.
Тем временем второй грузовик так же попытался объехать образовавшийся затор, но этому пришлось отворачивать ещё больше, а потому он полностью подставился боком, и тут уж попасть по двигателю вообще не составило труда. И на этот раз не обошлось без возгорания.
Остальные автомобили остановились и находившиеся в них бойцы китайской Красной армии поспешили покинуть кабины, в поисках укрытия на противоположной стороне. Кто-то в отчаянии пытался стрелять по обнаружившим себя танкам. Виктор отчётливо слышал беспомощные звонкие щелчки пуль по броне.
— Игорь, смени бронебойные на осколочные и бей по бензобакам, — приказал Виктор.
— Выполняю, — отозвался наводчик и начал возиться с пушкой.
Такая возможность была предусмотрена конструкцией изначально. Буквально несколько секунд и пушка вновь гавкнула, а снаряд рванул под кузовом, попав точно в бензобак.
Будь тот полным и подобного эффекта не случилось бы. Но точка была выбрана примерно посредине между опорными пунктами и автомобили успели израсходовать более трети топлива, плюсом к этому жара и большое количество паров в бензобаках. Поэтому не просто сразу полыхнуло, но ещё и рвануло куда громче самого снаряда, а под кузовом тут же полыхнуло жирное оранжевое пламя.
Вскоре загорелись ещё четыре машины, а там подожгли и первый грузовик, правда, в этом случае Эфир не расщедрился на опыт, так как машина уже была выведена из строя. Впрочем, никто по этому поводу особо не расстроился.
Не прошло и двух минут, как два десятка грузовиков и три бронеавтомобиля превратились в пылающие костры. И что самое примечательное, исходя из докладов подчинённых получалось, что после такого разгрома китайцы не понесли никаких потерь. За исключением трёх раненых, в секторе действия шестьсот третьего, вооружённого сорокасемимиллиметровой пушкой, у которой осколочный снаряд с куда более могучим зарядом взрывчатки.
Признаться, тот факт, что противник не понёс потерь удивил Виктор. Но с другой стороны, такой цели ведь не ставилось изначально. Да и Григорьев просил по возможности не лить лишнюю кровь.
Они успели отдалиться километра на два, когда сзади раздался оглушительный взрыв. Следом ещё один, сменившийся целой цепочкой разрывов уже поскромнее. Похоже они накрыли колонну с боеприпасами и взрывчаткой. Удачное начало, что тут ещё сказать.
* * *
— По этому вопросу всё? — поинтересовался Песчанин у главного безопасника республики.
— Все, Антон Сергеевич, — подтвердил Кудинов.
— Ладно, давай дальше, — заглядывая в листок перед собой, произнёс президент. — Итак, Нестеров и его новый танк. Есть что-нибудь?
Вопрос генерал-лейтенанта не удивил и врасплох не застал. Он уже давно шёл с Песчаниным рука об руку, а потому знал какие вопросы для него могут быть приоритетными. Как входил и в круг избранных бывших в курсе всей его подноготной. Поэтому ответил даже не заглянув в свою папку с документами.
— Поступили сведения, что он разгромил автоколонну с оружием и боеприпасами. Его задумка о действии танков без прикрытия пока себя оправдывает. Однако, начальник штаба ЧВК «Витязь», полковник Рудаков, считает, что это стало возможным только благодаря внезапности и затея всё же провалится.
— Нестеров похоже полагает иначе, — хмыкнув возразил Песчанин и поинтересовался. — Как ведёт себя техника?
— Всё штатно, Антон Сергеевич. Да и могло ли быть иначе, когда он использовал уже опробованные и испытанные в деле решения.
— Однако, при этом на выходе получил совершенно новую боевую машину.
— К слову, мне не понятно, отчего вы решили провести эти испытания? Завод приступил к подготовке серийного выпуска ТР-4 и получил крупный заказ. То есть, машина уже принята и эти испытания... Если только продемонстрировать нашим китайским союзникам, новую машину.
— Ты же знаешь, что Китай не сможет закупать большие партии и основная цель иметь налаженное производство и возможность массовых поставок в СССР.
— Думаете война всё же случится?
— Уверен в этом. После того, как мы сумели добиться примирения Японии и Китая на довоенном статус-кво, я подумал было, что история всё же вильнула в сторону. Но потом случился Халхин-Гол, потом раздел Польши, Прибалтика, далее зимняя война с финнами. Я конечно помню только дату первое сентября, именно в этот день и началась мировая бойня, но в общем и целом, сценарий остался прежним. Изменения наблюдаются только там, где прикладываю руку я или моя команда.
— Возможно вы и правы. Кстати, я тут подумал, может тогда имеет смысл ликвидировать учёных причастных к созданию ядерного оружия? Со временем Эфир скажет своё слово и развитие научной мысли пойдёт по другому пути.
— Быть может и так. Время в любом случае пока есть. Пока сосредоточь усилия на одарённых. Они в любом случае серьёзный задел на будущее.
— Я помню. К слову, если вы уже решили запустить серийное производство новых танков, тогда к чему всё же было отправлять Нестерова для испытаний в Китай?
— Не понимаешь?
— Признаться, нет.
— Может ты уже не соответствуешь занимаемой должности, а, Тарас Андреевич?
— Без ложной скромности, заменить меня вам пока некем, — слегка разведя руками, возразил генерал-лейтенант Кудинов.
— Эт-то точно. А что до Нестерова, то я уже говорил, что у него талант смотреть на очевидные и общеизвестные вещи под иным углом и подмечать то, что вроде и лежит на поверхности, но в то же время никто на это не обращает внимания. Вот и тут, глядишь придумает что-то дельное в тактике рейдов по глубоким тылам противника.
—
