Читаем без скачивания Северус - shellina

— А давай порассуждаем об этом где-нибудь в другом месте, например, в нашей комнате, — Люпин принюхался. — Представляешь, с акромантулом в виде дополнительного ускорения мы обогнали болгар. Так что давай-ка поднажмем.

Ворон кивнул, но бежать не смог. Ремус обхватил его за талию, и они быстро пошли по тропе.

— Нет, это никуда не годится. Тебя гонять нужно, — шипел всю дорогу Люпин. — Какую-то паршивую милю пробежал и сдулся.

— У меня сегодня очень нервный забег получился, — вяло оправдывался Ворон. — Обычно я бегаю быстрее и дольше. Хотя, может, это я погорячился. Я же тебя почти обогнал.

— И что?

— Человек не может обогнать оборотня. Это закон. Вот и представь, с какой скоростью мы с тобой неслись. Хорошо, что я хоть на ногах стою. А ты мне еще угрожаешь. Гонять он меня собрался.

— Хватит уже бурчать, пришли, — и Ремус отпустил Ворона, который мешком свалился на землю.

— Что с ним? — Ворон задрал голову и увидел встревоженного Альбуса Дамблдора, склонившегося над ним.

— Выдохся, — отрапортовал Люпин. — Совсем никакой физической формы. Но я этим вопросом займусь, профессор.

В это время из леса показались болгары. Янек, заметив лежащего Ворона и сидевшего рядом с ним Люпина, удивленно произнес:

— Мы вас не видели. Как вы умудрились нас обогнать?

— С большим трудом, — Ворон понял, что может шевелиться, и принялся подниматься с земли.

К ним уже неслась мадам Помфри с одеялами и перцовым зельем.

Николя со своим другом пришел последним. Выглядел француз несколько расстроенным, но держался молодцом.

— Итак, подведем итоги второго тура, — раздался голос Дамблдора.

Ворон повернул голову к судьям и увидел рядом с ними кентавра, который что-то сердито говорил Альбусу.

— Николя Лемьер пришел последним. При этом он долгое время потратил вначале на поиск тропы, а затем и на выход с поляны. Из десяти возможных очков он получает шесть. И всего у мистера Лемьера четырнадцать очков.

Зрители зааплодировали, а Николя вяло улыбнулся и помахал рукой.

— Янек Бранкович пришел к финишу вторым. Однако по пути он не совершил ни одной ошибки. Ни разу не свернул с тропы, быстро сориентировался в обратном направлении. Всего за прохождение этого тура мистер Бранкович получает девять очков. И в сумме у него четырнадцать очков.

На этот раз аплодисменты были более бурными. Янек сумел сравняться по сумме очков с Николя.

— Ну и Ремус Люпин. Мистер Люпин очень быстро отыскал тропу и очень быстро пришел к своей цели. Но затем он выбрал не то направление и вместе с мистером Снейпом некоторое время ходил кругами вокруг поляны. Вернувшись на прежнее место, вместо того, чтобы попытаться отыскать безопасную тропу, мистер Люпин снова свернул в другую сторону. Судьи не знают, было ли это сделано намеренно или случайно. Мистер Люпин, просветите нас, пожалуйста.

— Я попытался срезать дорогу. В правилах прохождения тура это не запрещено, — пробормотал Ремус.

— Зачем? Вы и так лидировали.

— Северус находится не в лучшей спортивной форме, — злорадно произнес Ремус, покосившись на злого Ворона.

— Понятно. Ну что же, мистер Люпин. За отклонение от маршрута, подвергшее вас и вашего друга ненужному риску, мы снимаем с вас три очка, но за то, что вы мудро оценили свои силы и не пытались сражаться с акромантулом, коллегиальным решением вам начисляется два очка. Таким образом, за прохождение второго тура мистер Люпин получает девять очков. И в сумме у мистера Люпина восемнадцать очков. Поздравляю, Ремус. Несмотря на твои довольно странные действия, ты сохраняешь лидерство и получаешь преимущество при прохождении третьего тура.

— Вот ведь… — Ворон задохнулся от негодования.

— Пошли отсюда. Меня, если честно, больше те странные символы интересуют. А вот от кентавров я такого не ожидал, — покачав головой, Ремус пошел к замку.

Глава 52

Ворон рассматривал флакон с черной жидкостью, стоящий перед ним на столе. Ремус с Рейнардом в сотый раз обсуждали третий этап, который оборотень выиграл без особого труда.

— Интересно, ты вообще всю магию гасишь, с которой соприкасаешься, или все же выборочно? — пробормотал Ворон и очень осторожно открыл пробку. Затем набрал обычной маггловской пипеткой содержимое флакона и, затаив дыхание, капнул на бокал, трансфигурированный из пойманной недавно крысы.

Черная маслянистая капля начала втягиваться в серебристый металл, а буквально через полминуты по столу побежала перепуганная крыса.

— Здорово, — Ворон быстро закрыл флакон и обездвижил не успевшую сбежать крысу. Поместил грызуна в клетку, снова поднял флакон и посмотрел на содержимое.

— Северус! — Ворон вздрогнул и обернулся. На него смотрели две пары недовольно прищуренных глаз.

— Что? — он поставил флакон на стол и повернулся к друзьям.

— Ты с нами? — Ремус скрестил руки на груди.

— Конечно, — Ворон широко улыбнулся. — Только я все это уже слышал. Кубок тебе не дали, а чек я уже поцеловал, так что…

— Тебе что, совсем неинтересно? — Ремус упал на кровать.

— Результат был предсказуем. Уже тогда, когда мы «совершенно случайно» услышали в коридоре, как профессор Дамблдор говорит с профессором Флитвиком о лабиринте и том, как тот будет устанавливать Кубок, пройдя по самой безопасной дорожке. Рем, ну это же несерьезно. Итог Турнира был подтасован.

— Да, Рем, я тоже считаю, что победа в третьем туре была неспортивной, — кивнул Мальсибер. — Ты же сразу след Флитвика взял и прогулялся в свое удовольствие, тем более, что у тебя фора была перед другими.

— У него не только фора была, но и преимущество в виде неполной трансформации, или полной, а, Рем? Все-таки, если судить по виду Николя, когда его вытащили из лабиринта, твари там серьезные водились. А так, обернулся волком — и вперед, буксуя на поворотах. Я бы на твоем месте так и сделал бы. И пусть бы меня монстры ловили. Оборотень гораздо быстрее и выносливей многих из них.

— И, что немаловажно, анимагия во время прохождения третьего тура была запрещена, но ты-то не анимаг, отследить трансформацию оборотня вне полнолуния практически невозможно, — Ворон поднял вверх указательный палец и тут же увернулся от брошенной в него подушки.

— Да я тебе не про прохождение тура хочу сказать, а про то, что колдовал… Ну… — Ремус покраснел, затем продолжил: — Да, я был в полной трансформации. И что? Каждый пользуется теми преимуществами, которыми может.

— Да мы же тебя не обвиняем, — Ворон сел за стол. — Наоборот, я очень рад, что ты понемногу избавляешься от своей сверхпорядочности. Без нее гораздо проще жить.

— Вначале я не хотел, — Ремус вздохнул. — Я попытался пройти лабиринт честно. Но вскоре понял, что иду по следу профессора Флитвика, а когда прямо на меня выскочил акромантул… Я не трус, но мне всего четырнадцать лет, а эта тварь просто огромна. Я перекинулся, но убежать не успел, паук атаковал. Вы знаете, что на них лучше всего обычный Люмос действует? — друзья синхронно кивнули. — То есть, когда пытаешься удрать, а не уничтожить… В общем, я так растерялся, что даже забыл, что полностью трансформировался. И я применил Люмос — невербально, ну и без палочки, естественно. Палочка в зубах была в это время.

— И? — Ворон подался вперед. До этого момента Ремус не решался рассказать, что пробовал колдовать, будучи волком.

— Как полыхнет! Меня самого ослепило, а так как я еще пока в ипостаси волка больше зверь, чем человек, то рванул от этого места так, что лапу заднюю потянул.

— А, вот почему ты хромал, когда с Кубком из лабиринта выпал, — кивнул Ворон.

— Я даже не понял, как к Кубку выскочил, — Ремус встал, забрал подушку у Ворона и снова лег, заложив руки за голову. — Похоже, что мои заклятья усиливаются во много раз, когда я волк.

— Нужно тренироваться, — нахмурившись, произнес Ворон.

— Когда? Через три дня каникулы.

— Однажды мне сказали, что чары контроля распространяются на палочку, а не на мага. Про волка я вообще молчу, — довольно неуверенно произнес Ворон.

— Кто тебе это сказал? — приподнялся на локтях Мальсибер.

— Том Реддл. Сказал, что знает из личного опыта. А потом я на себе это испытал.

— Да? А почему раньше не говорил?

— Не знаю, — пожал плечами Ворон. — Забыл.

— Забыл он, — фыркнул Мальсибер.

— А почему ты ему поверил? — Ремус серьезно посмотрел на Ворона. — Неизвестно, когда это вообще происходило, может, с тех пор что-то изменилось.

— Уж этому источнику в таких вопросах можно верить, — Рей разглядывал свои ладони. — Он, скорее всего, прибил кого-нибудь, когда подростком был, причем чужой палочкой, судя по всему.

— Ты уверен? — Ремус невольно нахмурился.

— Нет, но исключать такую возможность нельзя. Узнать бы, кого на корм дементорам пустили вместо него...

— Нет, — прервал его Ворон. — Мы ничего узнавать не будем.

Рейнард долго смотрел на Ворона, затем медленно кивнул.