Читаем без скачивания Меняла Душ - Дмитрий Самохин

— Значит, у нас совсем нет времени? — переспросил Жнец.

— Совсем, — подтвердил Арвати Махони.

— Куда же запропастился этот Яровцев? — озабоченно спросил сам себя Жнец.

Он ни на секунду не усомнился в правоте Арвати Махони. Он чувствовал, что Хранитель говорит правду. Но ему эта правда не нравилась.

— А почему Россия? — спросил он.

— Не понял? — сказал африканец.

— Почему Меняла явился в России?

— Меняла действительно родился в России, но он кочевал по всему миру. Перевес произошел в России. Поэтому и Паломники избраны из числа россиян.

— А почему Хранители… — Жнец замялся, пытаясь сообразить, как задать вопрос более корректно.

— Черные? — подсказал нужное слово Арвати Махони.

— Ну да.

— Колыбель человечества находится в Центральной Африке. Так и повелось, что Хранители оттуда. Только вот нам, Хранителям, всё сложнее и сложнее находить Паладинов. Часто это сопряжено не с нашими способностями, а с чисто финансовыми затруднениями. Билет из Африки на другой конец света недешев. Я в реальной жизни, до того, как во мне проснулся Хранитель, был простым шаманом в малочисленном племени.

— Как же ты умудрился прилететь сюда? — удивился Жнец.

— У нас в Африке всё по-другому. У нас племя собирает деньги и оплачивает образование одному его члену, который потом учит остальных. Так было и со мной. А добраться до России мне помог ГТСЦЦА.

— Ясно, — кивнул отец Станислав. — Когда ты ожидаешь возвращения Менялы Душ?

— Будущее не предопределено. Я почувствую изменение ткани реальности за считаные часы до события. У нас будет мало времени. Но оно будет!

— Если только не придется ехать на другой конец света. Мы до Австралии точно не успеем.

— Меняла вернется в ту же точку, откуда его забрали, это я гарантирую.

Арвати Махони смерил Жнеца суровым взглядом и после минуты молчания спросил:

— Я могу остановиться в твоем доме? Времени на разъезды по гостиницам нет.

Глава 16

ОСАДА ЗАМКА МЕЖМИРЬЯ

Ааран Хаас Ж’Маати витал незримым наблюдателем над замком Межмирья. Он видел несметные полчища белых рыцарей, что катили волной на одинокую цитадель замка. Тяжелая кавалерия, закованная в панцири, с звериными лапами и головами на шлемах, с огромными щитами, украшенными геральдикой далеких земель и измерений, многие из которых были незнакомы Аарану. Укрытые плащами конные рыцари текли широким фронтом, взбираясь на холмы, устилая долины. В белый поток кавалерии влился немногочисленный отряд кариатийских пикинеров и конных лучников, которые уже приторачивали к седлу тяжелые луки, изготавливаясь к бою. За хвостами укрытых попонами и броней лошадей показались первые полки пеших воинов. Унылые ряды, сверкающие белизной, мечников и копьеносцев, алебардщиков и арбалетчиков, рыцарей, вооруженных полукруглыми щитами, укрывавшими лишь руку, — разменная карта в предстоящей схватке, — и глухо укрытые броней воины, вооруженные секирами, булавами и цепами. Насколько хватало взгляда, всё заполнялось пешими воинами, которые постепенно оттеснили замершую возле стен замка Межмирья конницу. Под белые стяги стали тысячи рыцарей со всех реальностей и перепутий. Веселые пикейщики из Силезии и алебардщики из Итаскии, славящиеся своей невообразимой меткостью лучники из Заранды и несравненные мастера мечных схваток из Альбы. Люди и хмурые гномьи полчища ползли на замок Межмирья подле друг друга, ничем не выдавая свою извечную неприязнь, полулюди-полузвери шествовали возле возвышенных эльфов, восседающих на высоких статных лошадях. Отдельно от всех качали могучими боками элефанты, чьи спины украшали паланкины, в которых восседали черные, точно уголь, всадники, подле которых спина к спине сидели по два лучника, готовых в любую минуту вступить в бой.

Ааран Хаас Ж’Маати благословил провидение, что Паломники не повели на приступ замка Межмирья стальных птиц Рух, но в ту же минуту небеса огласил дикий животный рев и от горизонта на большой скорости показались стальные орлы. Ааран проклял себя за черный язык. Он трижды пожалел о своей преждевременной радости. Стальные птицы приближались. Если напрячь зрение, уже можно было разглядеть на их спинах всадников, которые, пригнувшись к шеям Рух, сжимали в руках, укрытых толстыми, из грубой кожи перчатками со стальными шипами поводья, тянущиеся к головам птиц. В огромных лапах каждая птица Рух сжимала массивный каменный валун размером со слона.

Ааран не сомневался, для кого предназначались эти камни. Отсидеться за толстыми крепостными стенами, похоже, не удастся, но и выстоять в предстоящей схватке невозможно. Ааран не представлял себе, какие силы бросят на освобождение Менялы Душ Паломники. Он думал, что силами людей, которых он призвал под свои знамена из разных миров, удастся сдержать натиск Паломников, а массированным ударом гаргулий опрокинуть строй и уничтожить врага. Но план трещал по швам. Если гаргульи выйдут и встанут под знамена вместе с людьми, их сдвоенной силы не хватит, чтобы сдержать натиск воинства Паломников и откинуть его от стен замка. Но вступить в бой с птицами Рух могли только гаргульи.

Птицы Рух — страшные создания из мрачного мирка, находящегося на самой окраине сплетения реальностей. В этот мир странники никогда не заглядывали, опасаясь за свой разум и жизнь. Ааран тоже не посещал этот мир и не мог ничего о нем сказать, кроме того, что Грухан Хаас Ж’Маати, двоюродный дядя Аарана, однажды посетил его. Когда он вернулся домой, то несколько лет не покидал своего замка, замкнувшись в нем и не допуская никого, кроме повозок с провизией и лесом. Крестьяне, жившие неподалеку от замка, рассказывали, что старый господин каждую ночь проводил на крыше замка, взирая на луну и жалобно скуля на бледный небесный лик. Когда через три года отец Аарана навестил брата в замке, он застал жуткое запустение, ужасную разруху и совершенно одичавшего родича, который почти не подавал признаков жизни. Последние слова, слетевшие с уст Грухана Хаас Ж’Маати, были:

— Как черен и ужасен мир, пожравший меня!..

С этими словами старый гаргулья умер, а когда-то он славился буйным норовом, неутомимым весельем и дикой жаждой странствий.

Только Паломникам удалось проникнуть в запретный мир. Они возвратились оттуда, усиленные отрядами птиц Рух. И цепочка нанизанных миров содрогнулась от титанической мощи гигантских тварей, способных переносить целые горы и низвергать их на головы обреченных врагов.

Паломники всегда казались странными Аарану. Он не понимал их поступков и устремлений. Они сражались за свои идеалы, но что это за идеалы, гаргульи понять не могли. Почему так остервенело Паломники защищали и оберегали, точно неразумных дитятей, Менял, которые то и дело появлялись в разных мирах? Почему под знаменами Паломников в сторону замка Межмирья выдвинулась несметная армия, как только стало известно, что Меняла Душ пленен? Как удалось Паломникам объединить в одну армию эльфов и гномов, полулюдей-полузверей, птиц Рух и человеческое войско? Для Аарана всё это оставалось загадкой. Воины объединенной армии Паломников всегда отличались особой преданностью, великим мужеством и неподкупностью. Они не покидали поле боя и всегда сражались до последнего…

Птицы Рух приближались. Ааран видел и чувствовал их мощь, как вспарывали воздух крылья размахом с королевский лес Малдебора, как щелкал клюв размером с наследный замок Хаас Ж’Маати. Ааран знал, что птиц нельзя допустить до замка Межмирья. Камни, которые они сжимают в лапах, сметут городские укрепления, разрушат донжон и сотрут с лица земли дворец повелителя, в котором разместился вожак стаи.

Ааран незримо потянулся к Гончему. Он нащупал его на внутреннем кольце замковых стен. Гаргулья возвышался на самой высокой башне и наблюдал за бескрайним морем белого воинства.

«Птицы Рух», — сообщил Ааран.

Гончий отвлекся от картины катящегося на стены замка Межмирья войска и поднял глаза к небу. Огромные черные пятна, похожие на кляксы, которыми усеивал пергаменты документов Бог-Император, не заметить было трудно. Четыре птицы, что находились в небе, затмевали свет, отчего по межмировому полю катилась темная волна.

«Вижу», — спокойно отозвался Гончий.

«Мы должны уничтожить птиц, пока они не уничтожили нас», — распорядился Ааран.

«Поднять в воздух шакий?» — предложил Гончий.

Шакии — крылатые твари, похожие на драконов, которые давно вымерли во всех доступных мирах, сильно уступали в размерах птицам Рух, но могли потягаться с ними в скорости. Управляемые опытным наездником, шакии вступали в сражение с птицами Рух и нередко выходили победителями. Правда, чтобы завалить одну птицу Рух, уходило до десяти шакий вместе с наездниками, но гаргулий никогда не волновала цена.