– Заслуга целиком принадлежит Дону, – сказала я.
Господи, ну почему я не умею лгать? На самом деле, моя искренность была вызвана не столько патологической честностью, сколько желанием увидеть, какое впечатление произведет на всех неожиданное упоминание имени Дона.
Кэрол, никогда не теряющая самообладания, лишь коротко кивнула.
– Нам очень не хватает Дона, – сказала она, словно произнесла эпитафию.
Лоренсу, казалось, стало неловко, а Кевина, похоже, затошнило. Иными словами, с тех пор как я нашла тело, ничего не изменилось. Сюзанна, сидевшая за компьютером, и глазом не моргнула. А Стэнли вздрогнул – он болтался за спиной Кэрол словно спутник, которому грозит разгерметизация, если слишком удалится от ракеты-носителя. Я пригляделась к нему повнимательнее. Стэнли все больше и больше меня интересовал. Несмотря на ухоженный вид, после убийств он утратил свой фирменный лоск. Его глянцевая физиономия ассоциировалась теперь не с ногтями богача, начищенными до зеркального блеска, а с обычным нервным потом.
Самое время поговорить со Стэнли.
– Сэм, вы просто героиня, что сумели все это организовать, – продолжала Кэрол. – Хочу выразить вам нашу общую благодарность. Обычно мы не рассчитываем на то, что художник будет сам монтировать свои собственные работы… во всяком случае, не с такой страстью.
Она намекала на то, что бо льшую часть утра я провела на стремянке с дрелью в руках. Спасибо за заботу, но поскольку именно так я представляю абсолютное счастье, Кэрол могла и не переживать.
– Ничего страшного, – заверила я. – В каком-то смысле я предпочитаю все делать сама. Да и Кевин очень мне помог. Ну и Лоренс тоже, пока у него не случился приступ аллергии на пыль.
Лицо Лоренса помрачнело. Для него с Кевином все только началось – еще предстояло смонтировать инсталляции Лекса и Роба и развесить картины Мел. А поскольку Мел помешалась на монументальных изображениях гениталий, размеры ее шедевров могли вогнать в гроб кого угодно.
– Давайте полюбуемся и на ту скульптуру, что внизу, – предложила Кэрол, направляясь к лестнице. – Заранее знаю, что зрелище впечатляющее.
Второй мобиль не обладал внутренней энергией первого – массивной громадиной он свисал с потолка. Но при всей моей скромности должна сказать, что свисал он классно. С чисто эстетической точки зрения этот мобиль выглядел даже лучше, чем его верхний собрат – «Организм 2». Боже, как я ненавидела названия, которые пришлось им дать. Обычно за меня это делают другие. Если бы все зависело только от меня, то мобиль назывался бы просто «Вещь 14. Возвращение». Я понимала, что «Организм 2» звучит чуточку интеллектуальней, но мне все равно не нравилось.
«Организм 1» представлял собой большой серебристый стручок, из которого торчали причудливые серебристые листики и усики, словно у склизкого монстра из фантастического боевика. Кэрол, вне всякого сомнения, предпочтет, чтобы я оставила эту метафору при себе. В каталоге выставки приводились куда более возвышенные сравнения. Иными словами, каталог предлагал обычный набор претенциозных благоглупостей. С другой стороны, если эта дребедень сказывается на продажах…
– Ух ты! – воскликнула Сюзанна, спустившаяся вместе с нами. – Потрясающе!
Именно такого рода отзывы мне особенно по душе. Я улыбнулась ей.
– Правда, здорово? – восторженно подхватила Ява.
Она наблюдала за тем, как мы устанавливали скульптуру, и большинство ее замечаний были по делу. Чего не скажешь о замечаниях Кевина. От его критических высказываний проку было чуть, зато мускулы пригодились на полную катушку.
– Ява нам очень помогла, – сказала я, отвечая любезностью на любезность. – У нее превосходный глазомер.
Кэрол бодро улыбнулась Яве, выражая признательность.
– Отлично. Рада слышать.
В активе Явы появилась еще одна галочка. Наберешь пяток и получишь золотую звезду; десять – продвижение по службе.
Я вспомнила Дагги, хозяина моей лондонской галереи. У Дагги круглое брюшко, выпирающее из вечно засаленных жилеток, а главное занятие в жизни – пререкаться со своим партнером по галерее и одновременно бывшим любовником. У Дагги целый гарем дружков – молодых мускулистых американцев или австралийцев. Он обожает вскормленных мясом парней с неестественно белыми зубами, такие пачками летают по волнам на досках в дневных сериалах. А его партнер Вилли предпочитает изнеженных эстетов, которых и принимает на работу. Сами понимаете, что творится в галерее. Вряд ли бы Кэрол выдержала такой бедлам больше десяти минут. Мигом вышвырнула бы тех, кто ее не устраивает, и заставила трудиться остальных.
– Хорошо, – говорила Кэрол, – начало отличное! Действительно отличное. Думаю, выставка наделает шуму. Давайте принесем остальные работы и попробуем разные варианты. Я представляю, как и где экспонаты нужно установить, но открыта для любых предложений. Лоренс, Кевин, может, начнем с картин?
Парни удалились. Кевин хоть и с кислым видом, но послушно поплелся выполнять приказание. Лоренс же еще немного потоптался в зале, сверля Кэрол возмущенным взглядом. Я почти ждала, что он вот-вот зашипит, как отрицательный герой в викторианской мелодраме.
– Сэм, хочу еще раз вас поблагодарить. – Кэрол сжала мне руку. – Вы проделали такую работу. Не могу выразить, как мы вам признательны. Правда, Стэнли?
Стэнли так и подскочил. Может, он считал, что если стоять неподвижно, его примут за инсталляцию и благополучно не заметят?
– О да-да, конечно, несомненно, – забормотал он, жалкая тень того живчика, что совсем недавно источал фальшивое обаяние. – Очаровательная девушка, замечательная…
Взгляд Кэрол пощечиной хлестнул по лицу Стэнли, приказывая ему немедленно взять себя в руки.
– А когда приезжают остальные? – спросила я.
– Лекс уже здесь. Впрочем, вы и так знаете.
Кэрол слегка поджала губы. Профессионализм не позволял ей вслух возмущаться поведением Лекса и особенно покойной Кейт: после того, как Лекс побывал в полиции, не было никакого смысла скрывать, что он останавливался у Кейт. Слух быстро распространился. Кэрол, естественно, пришла в ярость предательским, по ее мнению, поступком Кейт. Я подозревала, что большая часть гнева, предназначавшегося Кейт, она обрушила на Лекса.
Стенли нервно кашлянул. Мы выжидательно посмотрели на него, но он лишь всплеснул руками, всем своим видом показывая, что не хотел нас отвлекать. Кэрол перевела на меня страдальческий взгляд. Влияние Стэнли в галерее было не таким уж маленьким, но он не использовал его и наполовину.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
