меня это интригует. Но ты также заставляешь меня чувствовать себя странно.
Игривая ухмылка заиграла на губах Хлои.
— По-хорошему странно или по-плохому странно?
— И то, и другое, честно говоря, — уголки губ Ричарда приподнялись. — Я не могу точно определить, что это, но в тебе есть что-то особенное, что пробуждает во мне любопытно.
С легким озорством Хлоя наклонилась и быстро, нежно поцеловала его.
— Что ж, мне нравится заставлять тебя чувствовать это.
Он ответил на поцелуй.
— А мне нравится, как ты это говоришь. Это… опьяняет. Но в то же время немного пугает.
Она нежно погладила его по щеке, ее глаза были полны понимания и заботы.
— О, Ричард. Ты самый сильный человек, которого я когда-либо встречала, и все же ты боишься стольких вещей. Большинство из которых — это… ты сам.
Но он резко оборвал ее, в его глазах появился намек на уязвимость.
— Давай сменим тему.
Хлоя чувствовала, что эта тема все еще была для него хрупкой, и он был не совсем готов раскрываться дальше.
— Хорошо, — сказала она, запечатлевая его губы в нежном поцелуе.
В безмолвных объятиях ночи Хлоя и Ричард продолжали мягко покачиваться на спокойных волнах. Мир вокруг них, казалось, исчез, когда они наслаждались успокаивающим ритмом воды под ними. Лунный свет отбрасывал серебристый отблеск на воду, создавая игру света и тени на их лицах. Далекий городской пейзаж рисовал завораживающую картину сверкающих огней, огненный маяк на горизонте, который добавлял очарования вечеру.
6.
В самом сердце маленькой кухни Джонни, где воздух был наполнен сладким ароматом готовящихся кексов, Чарли был погружен в свой телефон, его пальцы сосредоточенно тыкали по экрану. Теплое сияние духовки отбрасывало успокаивающий свет, создавая уютную атмосферу.
Заинтересовавшись увлеченностью Чарли, Джонни, снимая фартук, оглянулся и поинтересовался:
— Чем ты так занят?
— Провожу небольшое исследование, — ответил Чарли, все еще не отрываясь от экрана. — Как ты думаешь, трехлетний ребенок знаком с концепцией скрапбукинга?
Озадаченный Джонни отвернулся от духовки и посмотрел на Чарли, в его глазах отражалось замешательство.
— Скрапбукинг? Почему именно он?
Наконец, оторвав взгляд от телефона, Чарли усмехнулся.
— Ну, знаешь ли, всегда нужно быть готовым поразить ребенка чудесами мастерства в скрапбукинге. Никогда не знаешь, когда это может пригодиться.
У Джонни, однако, была иная точка зрения.
— Тебе не кажется абсурдным, что до сих пор никто не знал о том, что у Ричарда есть дочь? — спросил он, посмотрев на Чарли с неподдельным удивлением.
— Рич не святой, но это его история, и ему решать рассказывать ее или нет.
— Это серьезнее, чем какая-то старая история, вроде того, какие дурацкие наряды он носил в пятом классе, — заявил Джонни. — Это жена и ребенок!
Чарли не дал Джонни начать серьезный разговор, дав понять, что не хочет это обсуждать. Джонни, подавив свои мысли, ненадолго замолчал. В конце концов, он не смог удержаться от любопытства.
— Почему ты так о ней печешься? — спросил он, поджав губы.
— Дейзи просто милая, — отмахнулся Чарли.
— Ты хочешь ребенка? — продолжал настаивать Джонни.
Чарли покачал головой, отрицая любые подобные намерения. Последовало недолгое молчание, прежде чем он признался: "Я хочу как-то компенсировать отсутствие Ричи в ее жизни".
Джонни, переваривая это откровение, собирался ответить, когда Чарли перевел разговор в шутку.
— Ну, Дейзи нужны все положительные эмоции, которые она может получить, особенно учитывая, что ее матерью является Моника.
Джонни облокотился на кухонную стойку, не сводя взгляда с Чарли.
— Что у вас с Моникой? — спросил он.
Чарли вздохнул, в его глазах промелькнула ностальгия.
— Это долгая история, — ответил он, взглянув на Джонни. Тот выжидательно смотрел на Чарли, побуждая его продолжить. — Мы познакомились в университете. Ричи она понравилась, и, ну, он втянул ее в наш дикий, хаотичный мир, — объяснил Чарли, в его тоне слышалась смесь веселья и воспоминаний. — Наша университетская жизнь была, мягко говоря, интересной, — продолжил он с озорным блеском в глазах.
Чарли поднес руку ко рту и громко прошептал: "Наркотики", — с театральным оттенком, как будто кто-то мог подслушать их разговор.
— И вот, — вздохнул он, — однажды Ричи где-то пропадал, и в итоге мы с Мони пошли куда-то вместе. Она немного перебрала, и в какой-то момент попросила у меня "чего-нибудь покрепче". — Выражение лица Чарли стало более задумчивым, когда он рассказывал о тех давних и туманных днях.
В комнате повисла пауза, пока Джонни не решил нарушить ее.
— Ты же отказал ей, да? — спросил он, беспокойство отразилось на его лице. Чарли, поджав губы и опустив взгляд, не дал ответа. Джонни всплеснул руками. — Она же была пьяна, Чарли! В таком состоянии ты ничего не можешь ей давать.
— Быстро соображаешь, — на губах Чарли заиграла грустная улыбка.
В комнате воцарилась тяжелая тишина.
— Ну, ты тоже был не совсем трезв, — немного поразмыслив, тихо сказал Джонни.
Чарли усмехнулся.
— Теперь видишь? Ты защищаешь меня точно так же, как я защищаю Ричарда.
Джонни молчал, не отрывая взгляда от столешницы. Чарли вздохнул, вспоминая события того вечера.
— После этого ей стало плохо, она дрожала и кричала. В то время я был чертовски напуган и пьян. Первое, о чем я подумал, это отвезти ее в больницу, — признался Чарли, сделав паузу, чтобы уладить тяжесть воспоминаний. — Больница передала информацию ее родителям, и ее выгнали из университета. Ричи узнал слишком поздно, чтобы что-либо исправить.
Кухня, когда-то теплая и гостеприимная, теперь казалась наполненной отголосками неспокойной истории.
— Но она ведь жива! Это самое главное, — сочувственно произнес Джонни, глядя на Чарли и пытаясь найти луч надежды в мрачном прошлом.
Чарли, глаза которого затуманились воспоминаниями, глубоко вздохнул.
— Если бы я просто сказал "нет" с самого начала, ничего бы этого не случилось, — признался он, и в его словах чувствовалось сожаление.
— Все совершают ошибки, — успокаивающим тоном сказал Джонни. — Ты не можешь винить себя вечно.
Чарли пренебрежительно махнул рукой, отказываясь избавиться от чувства вины, которое он сам на себя наложил.
— Я не могу простить себя, — признался он, а затем попытался разбавить настроение мрачной шуткой. — После этого Моника стала стервой. Вполне заслуженно, но она не может смириться с этим до сих пор. Ее бесит, что Ричи не отказался от меня после всей этой истории.
Чарли какое-то время смотрел на столешницу отстраненным взглядом, потом усмехнулся.
— После этого у нас началось что-то из серии “Как достать соседа”, — пошутил он с озорным блеском в глазах. — Постоянно подставляли друг друга, разыгрывали… В этом даже был какой-то извращенный дух… дружбы, что ли.
Подняв воображаемый тост, он продолжил с ухмылкой: "А потом, ура, Ричи обрек себя узами брака с этой прекрасной
