class="p1">— Рен, ну же… Не изображай из себя девицу в обмороке. Помнишь, я рассказывала тебе об унаследованной силе шайди, которая бережет мое тело. Она не даст, сделать мне это самой.
Он отмер, одной рукой забрал нож, другой взял меня за запястье. Я зажмурилась. Мгновение спустя я ощутила его дыхание на моей коже. Ренард поцеловал мою ладонь, а затем резкая боль пронзила руку в этом месте. Я распахнула глаза и направила красную струйку на субстанцию в шкатулке.
Я не знала, как все должно происходить. История не сохранила сведений, как именно преобразованная энергия жизни превращалась в артефакты. Амарель выяснил только, что из этой материи состоят все самые сильные реликвии на Дракаре. Они такие особенные, потому что живые. Конечно, они не умеют ходить или разговаривать, но они обладают своей волей. Когда он передавал мне вещество, то сказал, что не знает, что с ним делать. Он предположил, что моя интуиция арефактора подскажет. Надеюсь, я не ошиблась.
Капли крови, попадая на прозрачную массу, шипели как будто на горящих углях. Наконец все десять ячеек приобрели равномерно красный цвет и ярко вспыхнули. Я убрала руку. Рен тут же перехватил ее, и с его волос сорвалось отсроченное заживляющее плетение. Зрением шайди я видела, как глифы растекаются по моей коже, проникая в порез. Рану стало печь, как будто в нее плеснули спирта. Я зашипела и задергалась. Нуарон отложил шкатулку и притянул меня к себе, успокаивающе поглаживая.
— Ш-ш-ш, потерпи маленькая, сейчас станет легче. И правда, жжение отступало, оставляя за собой эффект заморозки. Я с удивлением взглянула на совершенно целую ладонь.
Глава 44 Терри Бат
Прохладный воздух скользнул по мой руке, торчащей из под одеяла. Я завозилась, стараясь устроиться поудобнее. Только через несколько секунд я осознала, что лежу в постели одна. Глаза мгновенно распахнулись.
Предрассветный сумрак окутывал комнату. Ренарда в ней не было. Сердце екнуло. Я подскочила и, прижимая одеяло к груди, слезла с кровати. Драколин обнаружился на балконе. Он стоял спиной ко мне, вцепившись в перила. Его обнаженная спина была напряжена. На мой зов он не отреагировал. Я тихо подошла, провела ладонями по его широким плечам, спине, проложила дорожку из легких поцелуев вдоль его позвоночника. Он напрягся еще больше, борясь с собой.
— Ренард, что происходит.
Он продолжал молча стоять.
Так, понятно, мы опять вернулись к пещере с сокровищами. Я разозлилась.
— Поговотри со мной, варх бы тебя побрал.
Он повернулся. Зрачки парня были вертикальными, чешуйки проступили на теле, он тяжело дышал. Из глубины его сапфировых глаз на меня смотрел дракон. Он глухо, будто через силу проговорил:
— Как любящий тебя мужчина, я не хочу подавлять и ограничивать тебя, потому, что сам не терплю подобного отношения к себе. Но ты слишком привлекательная цель. Одни захотят тебя использовать, другие уничтожть. Всегда найдутся те, кому потребуется иномирная душа, или внучка Светлого владыки, или кровь шайди… Я не могу не думать об этом. Я борюсь с желанием упрятать тебя на краю света и круглосуточно охранять. Вместо этого я уже сегодня буду смотреть, как ты подвергаешь себя опасности в Краю зачарованных омутов.
Для меня его признание стало самым лучшим, что я слышала за обе моих жизни. Говорить красивые слова могут многие, но его подтверждались действием. Он принял мое решение, идущее в разрез с его сутью, и старался с этим смириться. Если нам повезет выжить, и я когда-нибудь состарюсь, я буду об этом помнить.
— Тебя беспокоит, то, что принцесса, которую ты ждал, взяла оружие и отправилась на ратные подвиги? Ренард, ты не можешь позволить себе быть джентельменом. Прямо сейчас мы ввязались в войну. Ее никто не объявлял, но она уже идет. Ты без пяти минут боевой офицер, что говорит тебе долг?
— Мой долг говорит, что воины нужны как раз чтобы «принцессам» не приходилось сражаться. Я готов идти на компромисс, но не проси меня перестать оберегать тебя, я не смогу.
Он замолчал и снова замкнулся в себе. Из его глаз на меня смотрела холодная пустота. Сведения о моем появлении на Дракаре и запутанные родственно-магические связи оставили свой след. Он выглядел старше, черты обозначились резче. Сквозь безжизненную аристократическую маску прорывалась тоска и мрачная решимость.
— Я понимаю и ценю то, что ты идешь на уступки из уважения ко мне, когда твои инстинкты кричат об обратном. — Я встала на цыпочки и погладила его по щеке. — Постараюсь не злоупотреблять этим. Я обещаю слушаться тебя в аномалии и не рисковать без крайней необходимости.
Он притянул меня и крепко прижал к своей груди. Где-то внизу хлопнула дверь. Особняк просыпался. Пора собираться.
На кухне Амарель, ректор, Оюн и ор Хенрит склонились над развернутой над столом картой. Я видела такую впервые. Она состояла из множества слоев, которые при желании можно было объединить или отобразить только один. На наше появление они не отреагировали.
— … А вот здесь расположен старый форт с гарнизоном в двадцать существ. Там грифон Криг за главного. От внешней границы форта до места назначения примерно семь часов пешего хода. Если вейлр советник не ошибся с координатами. — Ор Хенрит взглянул на Амареля и ткнул в точку на карте узловатым пальцем. — Но это зона повышенной активности. Может все же стоит стартовать из земель оборотней. Путь длинней, но надежней.
— Сейчас надежного пути в аномалии нет. Придется рискнуть. — Ответил эльф.
— Эх, жаль не могу идти с вами, нога — зараза, слишком медлителен стал. Боязно отпускать вас одних. Опыта перемещений в краю Омутов у вас маловато. Только Оюн заходил дальше пятого кольца, остальные совсем зеленые.
Самое главное не растягивайтесь, идите кучно, если заметите голубоватое марево — бегите. Некуда бежать, падайте на землю. Хаотичные переброски редко с земли утягивают. Хотя в тех местах в последнее время больше стоит опасаться таких порталов, как тот, что забрал мальчишек.
— А я на такой очень надеюсь, — усмехнулся Оюн. — Он бы нас как раз в нужное место привел.
— Почему? — спросил Ренард.
— Паразиты не владеют созданием полноценных порталов. То, что мы видели — полупортал с разными точками входа, но с единожды настроенной точкой выхода. Поэтому они так быстро разворачиваются. Это заготовка с одним и тем же пунктом назначения. А он, скорее всего, привязан к вратам в мир паразитов, тем, что мы ищем.
В кухню вошли поморцы. Доминик приблизился и вручил мне сверток. Амарель поднял голову от карты.
— Принес? Отлично. Ветерок, наряжайся.
— А чем мой наряд
