диффузионной сваркой.
Единственное хорошее известие — все восемь драккаров оставались герметичными, не впуская и не выпуская воздух наружу. В иной ситуации это бы ничего не давало, но с моими текущими запасами Силы — очень даже. Для восстановления ценных археологических древностей адептами Воли был разработан целый класс заклинаний — для восстановления книг, украшений, предметов быта, а также… механизмов и артефактов! С последними было тяжелее всего — нужно не только воссоздать внешний вид и внутреннее строение артефакта, но и воссоздать его энергетическую структуру. Тем не менее, на это шли, несмотря на все затраты — артефакты, созданные нашими далёкими предками на основе, чаще всего, природных сокровищ, расширяли понимание энергетических процессов, порождая впоследствии целые семейства новых артефактов, повторяющих или тем или иным способом использующих подсмотренные эффекты.
Сейчас я использовал одно из «ремонтных» заклинаний методом, заставившим бы позеленеть от зависти большинство адептов Воли Земли. Объём Силы, влитой в заклинание, был колоссальным, а я ещё и повторил воздействие для каждого драккара и двух ремонтных стапелей. В ангаре размещалось ещё много различного оборудования, но его я пока не трогал. И так заклинания были крайне, крайне затратными по Силе, но зато давали максимальный эффект с минимальными затратами времени и труда.
Использованное заклинание относилось к универсальным, и позволяло восстановить любой механизм или артефакт до его оптимального состояния. Не без ограничений, конечно. Во-первых, артефакт должен был быть «комплектным». То есть то, для чего не было доступного материала, не восстанавливалось. Драккары были герметичны, а потому не потеряли даже те материалы, что были разрушены эрозией. Во-вторых, информационный слепок артефакта должен быть достаточно чётким, чтобы «оптимально состояние» можно было считать. С этим тоже не было никаких проблем — оборудование достаточно долго пробыло в работе, чтобы «привыкнуть» к своим служебным обязанностям, становясь чем-то большим, чем набор сплавов и веществ, которым придали хитрую форму. В-третьих же… и так немалые затраты Силы из-за универсальной природы заклинания повышались более чем в четыре раза относительно специализированных аналогов.
Тем не менее, я пошёл на это, приняв во внимание мой текущий «дебет». В относительных величинах всё казалось не столь страшно — на один драккар уходило столько Силы, сколько её нарастало за сутки. На всё оборудование ушли запасы, что копились последнюю декаду, зато и экономия времени вышла колоссальная. Через неделю-две, когда заклинание полностью утратит Силу, драккары станут как новенькие. Даже лучше, чем новенькие, так как «оптимальное» состояние не всегда соответствует состоянию «только с завода». Часто деталям необходима «приработка» и «допиливание», чтобы они могли лучшим образом выполнять свою функцию.
Закончив на этом, мы покинули ангар тем же путём, каким и проникли в него. Снаружи нас ждала охрана с близняшками и ручными монстрами, которых я не решился тащить в пыльный подземный склеп. Какими бы умными не были звери, находясь в такой обстановке они могли запаниковать.
В результате они остались охранять оставленный неподалёку от входа артефакт, левитирующий на высоте нескольких сантиметров от земли. Он представлял собой угловатую платформу с покрытием из кожи дракона, которая оказалась прекрасным проводником энергии, особенно после соответствующей обработки. «Хрустальный Шар», а именно им и была платформа, по сравнению с изделиями местных артефакторов выглядел премиальным спорткаром рядом с безликими автомобилями. В целом так и было, ведь внешний вид был лишь вершиной айсберга. На создание артефакта ушла сотня килограммов ценных сплавов Старших, качественные материалы, добытые из органов убитого дракона, а также труд, возможно, лучшего артефактора этого мира в моём чрезвычайно скромном лице.
А потому артефакт требовалось хорошо защитить, чтобы он не мог вдруг «потеряться» или «сломаться», что нередко происходит с такими вещами, если за ними не приглядывать. Не следует забывать, что он будет путешествовать с нами между мирами, а потому может попасть под снег, дождь, солнце, ветер, потоки пыли, кислотные и радиоактивные осадки, другие агрессивные среды, энергетические воздействия… Когда же адепт Воли использует «Хрустальный Шар», то становится совершенно беззащитным и неспособным использовать никакие техники.
В общем, я решил не поскупиться и добавить в артефакт достаточно продвинутую систему защиты, генерирующую вокруг «Шара» сферу из силовых полей, наподобие той, что используется в штабе. Благодаря большому количеству ценных материалов в конструкции, защитная сфера имела даже большую мощность, чем щиты штаба, хоть и захватывала меньший объём. Тем не менее, это позволяло создать внутри контролируемого пространства радиусом тридцать метров комфортную среду, даже если за её пределами бушевал огненный шторм с ядовитыми испарениями.
В дополнение артефакт во время работы заключал себя и пользователя в своеобразное энергетическое «яйцо», необходимое не столько для защиты, хотя и эту функцию оно выполняло неплохо, сколько для подпитки оператора и, потенциально, его лечения. Для этого в платформу были встроены лечебные артефакты с Земли и уменьшенные копии медицинских артефактов Старших. Увы, ни я, ни Аркана всё ещё не научились со всем этим работать на необходимом уровне. Надежда на Пана не то чтобы не оправдалась, но для него, не привыкшего к авральной работе, пока прошло слишком мало времени, чтобы перейти от осторожного изучения артефактов Старших к их практическому использованию.
Тем не менее, основную функцию «Хрустальный Шар» выполнял безукоризненно — хоть ясновидение и не было никогда моей профильной дисциплиной, и я не занимался ей со времени учёбы в спецшколе, но уже на втором «погружении» смог обнаружить в горах похороненный под завалами ангар с драккарами. Это оказалось не так уж сложно, так как иных следов человеческой деятельности на острове не нашлось, что меня изрядно обескуражило, так как я считал, что уж с помощью специализированного артефакта точно найду сбежавшего аборигена. Но нет — даже «Хрустальный Шар» сходу с этой задачкой не справился.
Тут уже можно было начать думать о призраках, нечистой силе и галлюцинациях, но я всё-таки сначала удостоверился в работоспособности нового артефакта, найдя «пещеру сокровищ», а потом отправился с ним поближе к месту, где видел аборигена в первый и последний раз. Тут-то возможность создавать защитную сферу нам и пригодилась. Находиться столь близко от Корня без серьёзной защиты после известных событий было бы изрядным лихачеством.
Установив «Шар» прямо над местом, где пару недель назад, предположительно, находился абориген, я по крупицам начал просеивать получаемую информацию, пока не смог добраться до, надо признать, весьма умело скрытой области ноосферы, где и находились сведения о искомом «призраке».
