В последнее время бредовые установки в повседневной жизни людей встречаются столь часто, что их часто уже и не трактуют как болезненные. Их происхождение является результатом невоспитанности, малообразованности, ведущих к невежеству и бескультурью, но чаще к бредовой болезненности. Для данного вида больных видимые ими образы весьма отличаются от действительности.
Извращенное видение окружающего мира может определяться рамками разнородных социально (общественно, политически, законодательно) принятых норм, которые не всегда совпадают с эталонными.
Более того, под влиянием чувств несправедливости, вины, ревности, жажды денег, власти или славы, партийных или идеологических догм, политических спекуляций и других фиксированных эмоциональных установок для них в итоге изменяется весь целостный образ окружающей действительности.
Следует различать активную и пассивную сторону бредовых комплексов, направленность их воздействия. Существуют индивиды — «генераторы» того или иного бредового комплекса и пассивные участники — «потребители», находящиеся под влиянием первых. Как правило, потребители превосходят «генераторов» своим числом. Часто «потребителями» становятся высокообразованные люди, однако это свидетельствует лишь о степени тяжести заболевания.
Психически больными можно с некоторой натяжкой признать также тех людей, кто без протеста и попыток изменить положение в надлежащую сторону, принимает далекие от эталонных норм порядки, насаждаемые в данном обществе, поскольку не только своим поведением, но и сопротивлением любым попыткам критики их убеждений и действий они подтверждают свое состояние бредовых больных. В случае значительного количества носителей бредового комплекса следует говорить о психической эпидемии.
Одновременно такое больное общество игнорирует или признает психически ненормальным любого, кто при помощи логики или научных доказательств попытается опровергнуть общепринятые бредовые установки (примером тому могут быть судьбы Джордано Бруно, Галилео Галилея…).
Бредовые социальные (идеологические, религиозно-конфессиональные, политические, мировоззренческие, философские) установки нередко отличаются большой устойчивостью и длительностью.
Фабула (тематика) бреда. Фабула бреда, как правило (в случаях первичного бреда), не является собственно признаком заболевания и зависит от социально-психологических, а так же культурных и политических факторов, в рамках которых находиться больной. Вместе с тем в психиатрии выделяется несколько групп бредовых состояний, объединенных общей фабулой. К ним относятся: бред преследования (убеждение, что некая личность или группа лиц следит за больным и преследует его с какой-то целью, обычно, чтобы убить); бред величия и мессианства (убеждение больного в собственной значимости приобретшее карикатурные масштабы); бред ревности (убеждение в измене сексуального партнера); бред ущерба (убеждение, что имущество больного портят или разворовывают какие-то люди — как правило, люди, с которыми больной общается в быту); бред отравления (убеждение, что кто-то хочет отравить больного); ипохондрический бред (убеждение больного в наличии у него какого-то заболевания — обычно тяжкого). В большинстве случаев бредовым комплексом так же является нервная анорексия (заболевание, характеризующееся потерей веса, чрезмерным страхом полноты, искаженным представлением о своем внешнем виде).
К основным бредовым синдромам (комплексам) относится и паранойяльный, парафренный и параноидный.
ПАРАНО'ЙЯ[5] — хроническое психическое заболевание, характеризующееся навязчивыми систематизированными бредовыми идеями, овладевающими сознанием больного и обуславливающими его действия.
Паранойяльный синдром — первичный, интеллектуальный бред, который очень трудно обнаружить на ранних этапах. Бред строится по законам «кривой логики». Цепочка утверждений может быть очень правдоподобной и чтобы найти дефект в мышлении больного, необходим большой опыт. Паранойяльный синдром включает строго понятийные бредовые комплексы, характеризующиеся жесткой фиксированностью и упорядоченностью. Паранойяльный синдром характеризуется интерпретативным бредом, обнаруживающим тенденцию к постепенному расширению и систематизации. При этом, хотя в содержании бреда и отражаются взаимоотношения, с которыми нередко приходится встречаться в обычных жизненных ситуациях, структура бреда создается на основе доказательств, обнаруживающих субъективную логику с односторонней трактовкой фактов. Бредовая система сохраняется в неизменном виде годами, обычно бывает детально разработанной и отличается логической точностью. Поэтому случаи паранойи распознаются с большим трудом и требуют глубокого научного анализа.
В одних случаях паранойяльный бред является монотематическим, в других бред разного содержания возникает у одного и того же больного последовательно или, что бывает значительно реже, почти одновременно (политематический бред). Различные бредовые сюжеты могут объединяться в единую систему или существовать изолированно. Высокая систематизация бреда свидетельствует, как правило, о достаточной стабильности состояния. Этим больным свойственна обстоятельность мышления, в одних случаях распространяющаяся на мышление в целом, в других — ограничивающаяся пределами бредового содержания.
Паранойя сопровождается подозрительностью и хорошо обоснованной системой сверхценных идей, которые приобретают характер бреда только при чрезмерной их выраженности. Бредовый комплекс был бы совершенно логичен, если бы исходные патологические идеи были правильны. Одержимый паранойей индивид, независимо от того, к какому социальной группе он принадлежит, навсегда посвящает себя борьбе с воображаемыми врагами и демонстрации подчеркнуто мужского поведения, граничащего с героизмом. Борьба никогда не кончается: как только побежден один враг, появляется другой, еще более опасный.
Поскольку деградация у больных паранойей чаще всего происходит лишь на конечных стадиях заболевания (и им зачастую удается придать видимость реальности своему бредовому мышлению, вовлекая окружающих в судебные процессы или другие сутяжнические виды деятельности), они редко оказываются в психиатрических больницах. У больных паранойей нет вычурного поведения, эмоциональной нестабильности, гротескных галлюцинаций и необычных идей, отмечаемых при других психопатологических состояниях. Многие из них способны поддерживать (хотя бы поверхностно) экономическую и социальную адаптацию. Только когда их побуждения приходят в конфликт с общественным благополучием, становится очевидной необходимость госпитализации.
Паранойю следует отличать от других бредовых расстройств, называемых параноидными — они часто связаны с органической патологией (церебральным атеросклерозом, старческими психозами) или же с функциональными психозами, в частности с шизофренией. При параноидных расстройствах бред изменчив и не столь логически проработан, как при паранойе. Кроме того, его могут сопровождать галлюцинации, изменение эмоциональных состояний и социально неприемлемое поведение.
Лечение паранойи остается неудовлетворительным. Основная причина заключается в том, что больные паранойей редко обращаются за помощью. В результате исследование, основанное на наблюдении и лечении, оказывается невозможным. В настоящее время в медицине нет специфических способов лечения этих состояний.
Парафренный синдром— бредовые комплексы с закрепленной и упорядоченной понятийной структурой, и включающие кроме нее чувственный бред (бредово-галлюционаторные комплексы). Тематика бывает различной, например сочетание фантастического бреда величия с бредом преследования. В клинической картине преобладают идеи величия, мирового могущества, обычно формирующиеся на фоне приподнятого настроения. Больные убеждены в своем высоком предназначении, особой миссии. Они объявляют себя властителями земли, присваивают высокие награды, «обладают даром предвидения», «гениальными способностями»; никаких препятствий для реализации их идей не существует. Значительное место в структуре парафренного синдрома занимают ложные, вымышленные больным воспоминания (конфабуляции).
Параноидный синдром — образный, резко бросающийся в глаза бред, часто протекающий в виде синдрома Кандинского-Клерамбо (совокупность бреда преследования и воздействия с псевдогаллюцинациями и явлениями психического автоматизма). Больные убеждены, что кто-то или что-то влияет на них извне (с помощью электричества, атомной энергии, лучей лазера и т. п.), воздействует на их мысли, руководит поступками, гипнотизирует. Возникает чувство отчуждения, утраты принадлежности себе собственных мыслей, чувств, поступков. Желания, влечения, интересы и мысли больных становятся достоянием окружающих (симптом открытости). У них «вызывают» воспоминания, радость, неприязнь, злобу, различные неприятные ощущения. Движения и действия также приобретают характер сделанных (двигают ногами и языком, вызывают гримасы, поворачивают голову).
