class="p1">Он раздраженно вздохнул и, шагнув ко мне, взял меня за руки, пригвоздив взглядом, что должен был показать всю серьезность положения.
– Я не принижаю твою полезность, но сейчас не тот случай, когда может понадобиться Страж.
– Может и нет, – мрачно ответила я, хватая куртку. – Но Габриэль мой друг – по крайне мере надеюсь, – и я не позволю Косте уничтожить ни его, ни серебряных драконов.
Из коридора донесся крик Пала. На лице Дрейка попеременно отразились разочарование, раздражение и, наконец, смирение.
– Ты не станешь подвергать себя опасности, – приказал он, хватая свой мобильный. – Делаешь только то, что я скажу.
– Я не собираюсь лезть на рожон. Особенно теперь, когда вот-вот избавлюсь от отлучения. Я просто хочу в последний раз побыть Стражем, прежде чем откажусь от этого навсегда.
Я выбежала вслед за Дрейком в коридор. Когда до лестницы оставалось рукой подать, открылась одна из дверей.
– Эшлинг? Я слышала чей-то крик. Все хорошо?
В дверях стояла сонная Паула. Увидев ее взволнованное выражение лица, я почувствовала себя виноватой. Когда мы вернулись от Ваала, у нее чуть не случилась истерика. Попытки дяди Дэмиена ей все объяснить не увенчались успехом. Как я и думала, она не из тех, кто сможет спокойно принять существование Иного мира. Поэтому, потратив полчаса на ментальное воздействие, я смогла внушить ей и Дэвиду, что мне стало плохо на свадьбе, и мы просто вернулись домой.
И вот теперь она беспокоилась, что мне так и не стало лучше.
– Я в порядке, Паула. Это… это Джим, мой пес. Похоже, он что-то не то съел, и мы везем его в больницу. Иди спать. Мы позвоним, если придется задержаться.
Паула вцепилась в мою руку, прежде чем я успела сбежать.
– Дорогая, пусть собаку к ветеринару везет Дрейк. В твоем состоянии не стоит разъезжать по городу в четыре часа утра.
– Я нормально себя чувствую, просто…
– Я настаиваю! Дэвид! Дэвид, проснись и вразуми свою дочь…
О, господи. Только не это. Мне не хотелось снова воздействовать на разум Паулы, так как прошло не так много времени с последнего раза, но Дрейк уже был около входной двери и выбора у меня не осталось. Я обратилась к ментальным способностям Стража и направила их на Паулу.
– Все хорошо, Паула. Беспокоиться не о чем. Возвращайся в постель и засыпай.
Она пару раз моргнула и кивнула.
– Если ты не против, я пойду спать.
– Нисколько. Увидимся позже.
Я ухватилась за перила и сбежала вниз по лестнице, услышав за спиной «Что я делаю в коридоре?».
Сюзанна придержала для меня входную дверь.
– Слышала? – спросила ее, хватая сумочку.
– Да. Будьте осторожны.
– Буду. Где Джим? – поинтересовалась я у Дрейка, сев рядом с ним. Иштван нажал на газ, и мы помчались по ночному Лондону. Я отвела взгляд от лобового стекла, решив, что лучше мне не видеть, как он гоняет по улицам.
– Он в подвале. Смотрит старые английские сериалы.
– Опять «Мстители»? Джим, я вызываю тебя!
У Дрейка в кармане зазвонил мобильный. Он ответил по-венгерски и, пока слушал, на его щеках играли желваки.
Джим появился на сиденье рядом со мной.
– Боже, Эш! Подвинься! Ты меня раздавишь!
– Тише, Дрейк говорит по телефону. Ложись на пол, если места мало, – ответила я, поворачиваясь к демону, насколько позволяли ремни безопасности. – Черт побери, у тебя слюни текут! Извращенец, помешанный на миссис Пил. Вы вообще-то разных видов!
– Я не извращенец, я восхищаюсь ею! В кожаном облегающем комбинезоне она просто конфетка!
– Ну да. То-то ты не смотришь этот сериал, когда навещаешь Сесиль, двуличный паршивец. Вытри морду, когда мы выйдем из машины.
– М-да, ты наконец перепихнулась с Дрейком, а все такая же раздражительная. Куда мы едем или мне лучше не знать?
Я посмотрела на Дрейка. За все время разговора он произнес лишь пару слов, но выражение его лица становилось все мрачнее и мрачнее с каждой секундой. Я коснулась его руки, привлекая внимание, и спросила одними губами «Костя?».
Он кивнул.
– Что натворил Костя? – прошептал Джим.
– Забрал филактерию и ушел разбираться с серебряными драконами.
Дрейк разразился гневной тирадой на венгерском.
Джим скривился.
– Я догадывался, что это произойдет. Костя накануне пинал мебель, бормотал, что все против него, а найденная тобой фигурка дракона, это сигнал ему начать действовать и так далее, и тому подобное.
– Почему ты не рассказал мне об этом? – Я ущипнула его за шею.
– Ай! Жестокое обращение с демоном!
– Джим! – процедила я.
На его морде отразилась обида.
– Я не мог сказать, мне бы тогда пришлось прервать ваше путешествие в Трахляндию. Дрейк выгнал меня из ванной и велел идти спать в другое место. А Костю я увидел только потому, что мне нужно было зайти в кабинет за дисками с сериалом.
– Ясно.
Дрейк резко захлопнул телефон и уставился на проносящиеся за окном мерцающие огни города.
– Как я понимаю, с Костей говорить бесполезно?
– Да. – Он взял меня за руку и переплел наши пальцы. Жест я оценила, прекрасно зная о его нежелании брать меня с собой. – Он утверждает, что филактерия – это посланный ему свыше знак и настало время вернуться в вейр. Kincsem, я опасаюсь за рассудок моего брата. Ему было нелегко скрываться последние несколько столетий. Но сейчас…
Я накрыла его руку ладонью и прижалась к Дрейку, пытаясь хоть так его поддержать.
– Костя такой вспыльчивый, что мне так и не довелось расспросить его о нем самом. Вы были близки в детстве?
– Близки? – Дрейк задумался. – Не в том смысле, в котором ты подразумеваешь. Меня отправили жить к бабушке, когда я был совсем маленьким. Мать, конечно, возражала – ты же знаешь, какая она – но бабушка настояла. Костя остался с черными драконами, и моя мать некоторое время жила с ним. Как и я, он родился виверном. С раннего возраста его обучал Балтик, готовя как своего приемника. Правда о Балтике и понимание, что единственный способ спасти клан ‒ убить виверна, чуть не раздавили Костю… но он узнал обо всем слишком поздно. Когда нам удалось найти Балтика, большую часть клана уже уничтожили.
– Ты был с ним, когда он… э… рассек Балтика?
– Да. – На
