Отбросив параноидальную мысль, что всё это происки Доминика, я рванул назад. Вот только пустят ли меня обратно? Ладно, в крайнем случае – через забор перемахну. Выбора-то нет. Зубами, если что, цепляться буду.
На скорости медленно надвигавшейся тьмы моё бегство никоим образом не сказалось, но когда я прижался спиной к калитке и принялся со всей мочи лягать дверь, она в один момент оказалась совсем рядом. Мерно раскачивавшийся над головой фонарь чуть снизил накал жути, и появилась мысль приготовиться к обороне, понакрутив вокруг себя защитных щитов. Да нет, не прокатит: от одного вида обтекавших снежинки чернильных пятен становилось ясно – они смогут преодолеть любую выставленную мной магическую преграду. К тому же в колдовском зрении разлившаяся по улице непроницаемым покровом чернота казалась лишь полой плаща приближающегося владыки ночи.
Да чего они там, уснули, что ли?!! Отчего-то боясь просить о помощи вслух – будто крик может стать сигналом для атаки окружавшей меня стаи, я продолжил выбивать ногой дробь, надеясь уже только на чудо. Какое-то подсознательное чутьё не оставляло никаких сомнений в том, что ни возвращающиеся способности к колдовству, ни пистолет в руке не дают ни малейшего шанса выкрутиться из этой ситуации. Ещё и через забор не перемахнуть – высокий, зараза, и штыри заточенные из бетона поверху торчат. Да открывайте же!
Пятна тьмы придвинулись вплотную, и свет качнувшегося над головой фонаря мазнул по сгустившимся теням. Охнув от изумления, я не поверил своим глазам – разрезанная лучом лампы тьма истаяла в мгновение ока. Выплеснувшиеся из неё жгуты извивавшегося мрака какое-то время дёргались от уколов падавших с неба снежинок, но вскоре сгинули без следа.
А фонарь всё так же противно скрипел у меня над головой. Скрип-скрип, луч лампы – туда-сюда. Скрип-скрип, полоса света – сюда-туда. И тьма, а точнее, тот, кто скрывался под её покровом, сдался: когда у меня за спиной распахнулась дверь, чернильные пятна уже бесследно исчезли в ночи.
Отодвинувший засов сектант не произнёс ни слова и лишь указал на особняк, на крыльце которого меня дожидался Мстислав. Я молча прошёл мимо него, не стряхивая нападавший снег, пересёк холл и забрал стоявший на журнальном столике перед Ильёй стакан чая. Благо тот был слишком удивлён моим возвращением и даже не попытался отстоять свою собственность.
– Десять минут, – захлопнул крышку серебряных карманных часов Доминик и спрятал их в карман халата.
– А я, честно говоря, сомневался, – признался покачавший головой Илья. – Думал, придётся наколку давать, что по Форту асоциальная личность со стволом на кармане разгуливает...
Я проигнорировал этот издевательский диалог и принялся, рискуя обжечься, хлебать горячий чай. И кто догадался в него бергамот положить? Гадость какая! Ладно, хоть согреюсь.
– Ты передумал, что ли? – не выдержал Григорий.
– Нет, он просто погреться вернулся, – предложил свою версию Мстислав. – Так замёрз, что чуть дверь не выломал.
Я допил чай и, ничего не ответив, плюхнулся на диван. Чай – это хорошо. Хоть немного кровь по телу разошлась. И отогреваться помаленьку начал.
– Что это было? – сняв шапку, напрямую спросил я у Доминика.
– Тебе видней должно быть, – со спокойной улыбкой ответил проповедник.
– Вы же вроде всеведущий? – уточнил я. – И всё наперёд знали?
– Я знал, что ты вернёшься и примешь наше предложение. Всё остальное – смутно.
Смутно? Я бы более подобающее определение подобрать мог. И всё же – что это было? От мыслей о поджидавшей меня на улице тьме вновь вернулся озноб. Что? Или кто? На создания Стужи это жуткие тени походили мало. Видел я Снежных лордов и туманников – есть с чем сравнивать. Что-то общее, несомненно, есть, но не более. Неужто из меня душу опять кто-то из старых знакомцев решил вытрясти? И кто на этот раз: Хранитель или до сих пор окончательно не сдохший Крис? Точнее – кто-то или что-то, завладевшее его телом. Вот вопрос так вопрос. Сейчас я связи с ножом не ощущаю, но вот на улице... Не тянуло ли меня что-то во тьму? Да кто его теперь знает...
– Фонарь над воротами зачем у вас висит? – совсем запутавшись в собственных догадках, я решил прояснить другой момент.
– Чтобы любой страждущий в самую глухую ночь видел, что просьба его будет услышана, а убежище предоставлено, – словно проповедь прочитал, объяснил Доминик. – Мы же «Несущие свет».
– Подарите? – не стал тянуть с просьбой я, нисколько не сомневаясь, что никакой обычный источник света не смог бы уберечь меня от тьмы.
– Держи, – поймав многозначительный взгляд Доминика, Мстислав снял с шеи цепочку с амулетом – миниатюрной копией висевшего над воротами фонаря – и кинул её мне. – Учти – пули не отводит.
– И на том спасибо. – Присмотревшись к хрусталику амулета, я разглядел в нём отблеск знакомого сияния.
– Пошли, время уже позднее, а нам ещё тебя завозить, – поднялся с дивана Илья.
– Куда это ещё пошли? – нагло заулыбался я. – Мы ещё ни о чём не договорились.
Не могу сказать, что ответом на мои слова стала гробовая тишина, но шансы вместо обещанной Ильёй служебной квартиры заполучить для дальнейшего проживания одноимённое этой самой тишине деревянное сооружение у меня были весьма неплохие. Если уж Доминика проняло...
– Ваши условия известны, теперь послушайте мои... – И пока все приходили в себя от такой наглости, я начал нести полную чушь, пытаясь в обширном перечне требований скрыть несколько весьма значимых для меня моментов. – Зачисляете в штат со званием не ниже старшины, ставите на довольствие и предоставляете служебное жильё. Доступ должен быть оформлен ко всем архивам, включая СЭС и Патруль. График работы – свободный, круглосуточно я на вас пахать не собираюсь. Оружие есть, нужен хороший отводящий пули амулет. «Чешуя дракона» или алхимический «Ангел-хранитель». Плюс патроны. И решите уже эти проблемы с Патрулём!
– Ты закончил? – склонил набок голову Илья.
– И не начинал ещё, но для начала сойдёт. – Я поднялся с дивана.
– А сразу чего психовать начал? – поднял с пола свою сумку Григорий. – Только время зря потеряли.
– Так понимаю, возражений нет? – уточнил я.
– Нет, – направился к выходу Линёв. – Всем доброй ночи.
– Ага, спите спокойно, – раскланявшись с Домиником и Мстиславом, пошёл вслед за ним и я. – И напомните Генералову о моей просьбе. А то сам как-нибудь заверну...
– Всенепременно, – успокоил меня Мстислав. – Как только, так сразу.
Григорий вышел на улицу последним, и мы залезли в промороженную насквозь «Ниву». Блин, так себе и пятую точку отморозить недолго! Ещё и Илья снег со стёкол сметает как-то очень уж не торопясь. Ему-то что – он двигается, а мы тут своим дыханием машину отогреваем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
