Читаем без скачивания Рыжее пророчество - Сергей Платов

Тут затаившиеся доселе крылья скромно зашевелились у меня за спиной. На этот раз они не растерялись и обозначили свое присутствие весьма настойчиво. Точно, используя разом и крылья, и лапы, тьфу, то есть ноги, можно попробовать дотянуться до обнаглевшего пекаря. Помнится, у суперкролика этот процесс получался просто великолепно.

Крылья меня поняли правильно и осторожно принялись выбираться наружу из-под простыни. Хорошо еще, что я не в обычном кафтане: мое нынешнее облачение хотя и неказисто на вид, но для неожиданной воздушной атаки подходит как нельзя лучше. Вскоре они дали знать, что заняли исходное положение и готовы действовать.

– Ладно, я готов! – торжественно объявил я, вставая из-за стола.

Как и следовало ожидать, Проша облегченно вздохнул и на секунду отвел нож от шеи, чтобы стереть выступившую кровь. Этого мгновения мне вполне хватило. С помощью отчаянного прыжка, воздушной поддержки и жгучего желания я достиг заветной цели. К сожалению, этого оказалось недостаточно, я сшиб с лавки Прошу, но вот ни выбить у него нож, ни сорвать с него брошь мне не удалось. Ну да ничего, главное, что я рядом, а в драке ему со мной не тягаться.

Скоро стало понятно, что обрадовался я рановато. Может, в обычной уличной драке я бы расправился с ним одной левой, но на полу трактира (а именно там мы и оказались вместе с Прошей) шансы оказались равными. Он был легче, меньше меня ростом и слабее, но вместе с тем необычайно жилист и вынослив. Кроме того, поставленная передо мной цель никак не принадлежала к разряду легких. Нужно не дать ему зарезать меня, себя и одновременно попытаться лишить противника колдовского амулета. Та еще задачка, доложу я вам!

У нас была довольно странная драка. Мои действия все время менялись в зависимости от планов противника. Когда он хотел зарезаться, мне приходилось яростно спасать его жизнь, не давая совершить задуманное. В конце концов, это ему надоедало, и зарезать хотели уже меня. Как вы понимаете, свою жизнь я защищал не менее активно. К сожалению, в этой суете мне катастрофически не хватало возможности вплотную заняться брошью.

Лихо закрученным клубком мы прокатились по залу, сметая все на своем пути. Мебель у Матрены была чрезвычайно крепкая и добротная, но парочку скамеек мы все-таки разломали. Вскоре я был вынужден признать, что, несмотря на все мои старания, справиться с озверевшим Прошей не могу. Но и он не смог причинить существенного вреда ни мне, ни себе.

А вот разрешилось все совершенно неожиданно. В тот момент, когда я оказался на нижнем этаже нашего плотного общения, а Проша, соответственно, удобно расположившись на мне, пытался очередной раз себя зарезать, что-то могучее и неотвратимое обрушилась на его голову. Не было ни стона, ни крика, только звук двух падающих тел: неудавшегося великого колдуна (которого я немилосердно отбросил в сторону) и связанной Селистены (рухнувшей на пол со скамьи). И если жизнь первого меня интересовала мало, то вторая уже давно стала для меня чем-то большим, чем просто спутник жизни, – собственно самой этой жизнью.

Резать и тем более развязывать веревки я не стал. Вместо этого принялся рыться в солнечной шевелюре моей супруги, пытаясь обнаружить последствия удара. Ведь Прошу-то ударили по голове, я это точно видел.

– Очнется, никуда не денется, – раздался надо мной до глубины души знакомый бас, – обычный обморок.

Какие же густые волосы, никак не могу обнаружить, куда ей досталось.

– Матрена, ты же ее убила! – вырвался из моей груди стон.

– Его, – уверенно поправила женщина-гора, – и ничуть об этом не жалею.

– Да ты не поняла, между ними была магическая связь. Любой вред, что ты причинила Проше, переносился и на Селистену!

– С чего это ты взял?

– Видишь эту брошь? Точно такая же красуется на том, кто до последнего момента считался твоим мужем. Так вот…

– Ерунда! – безапелляционным тоном вынесла свой вердикт Матрена. – Это мои брошки, куплены третьего дня на базаре за пять копеек. Знаешь, там еще заморские купцы всех зазывали. Мол, одна брошь – три копейки, а две – за пять. Вот я и купилась.

Тут до меня стал потихоньку доходить смысл сказанных хозяйкой трактира слов. К тому же мне так и не удалось обнаружить даже малейшей шишки на голове моей благоверной.

Ну Проша, ну артист, да это же был блеф чистой воды! Терять ему было действительно нечего, вот и придумал такой ход, чтобы не дать возможности мне колдовать. Надо признать, что действовал он просто виртуозно. У меня ни на миг не возникло ощущения, что на его рубахе прицеплен не колдовской амулет, а обычное женское украшение. А как он правдиво пытался себя зарезать! Да уж, в Проше умер большой артист, причем в буквальном смысле этого слова.

Я поднял Селистену на руки, осторожно положил на широкую скамью и повернулся к Матрене. После чего я уже вновь валялся на полу, правда, на этот раз от душившего меня смеха. Вы знаете, чем она его огрела? Вырванным с корнем дубком, произраставшим некогда в памятном кабинете! Из уникального и единственного в своем роде растения Матрена сотворила банальную дубину.

– Ну так под руку попался, я и того… – попыталась оправдаться хозяйка. – Может, его можно назад посадить?

– Вряд ли, – отозвался я, вволю насмеявшись. – Да ты не расстраивайся, я тебе новый сотворю. Ты лучше скажи, чего так долго медлила-то? Я давно твою тень приметил.

Мой невинный вопрос мигом вернул нас на землю, смеяться отчего-то расхотелось. Еще хуже было Матрене, только что ее предал самый близкий человек. Конечно, он сторицей расплатился за свой поступок, но осадок остался. Это с виду хозяйка больше напоминает монолитную глыбу, лишенную чувств и желаний, а на самом деле она всегда оставалось прежде всего женщиной.

– Сморило меня прямо за столом… – с трудом начала хозяйка кабака, – а как проснулась, слышу, Проня мой соловьем заливается. Поначалу хотела было сразу выйти, да про «гору сала» вдруг услышала. Вот тогда-то у меня так сердце сжалось, что я прямо оцепенела. Я же любила его, а он, оказывается, ко мне пристроился, только чтобы к тебе поближе подобраться.

От последней фразы меня передернуло, но перебивать свою боевую подругу не стал.

– Вот так я и простояла все это время. Умом понимаю, что нужно тебе подмогнуть, а ноги двигаться отказываются. Вот когда смогла хоть шаг сделать, тогда и отблагодарила своего миленка за добро да ласку. А дубок твой просто под руку попался.

Я хотел было как-то ободрить Матрену, но сзади послышалось негодующее шипение. Оказалось, что за всеми этими разговорами я забыл развязать Селистену.

– Всмсмсчшл?! Бстр рзвж!

А вот развязать свою рыжую половинку я не успел. Раздался характерный грохот, и крепкий Матренин трактир заходил ходуном. На втором этаже что-то грохнуло, и наших ушей достиг звук ломающихся бревен. Ох, узнаю почерк, не иначе мои девчонки на помощь подоспели. Если так, то Матрена рискует лишиться своего имущества, в последнее время девчонки явно в ударе.

– Стоять, бояться! – завопил маленький человечек, одетый во все черное и с черным мешком на голове.

– И руки прочь от нашего папы! – подключилась его точная копия.

Близняшки, словно мячики, соскочили с лестницы, ведущей на второй этаж, и теперь лихорадочно пытались сориентироваться в происходящем. Это оказалось не так просто, так как, судя по всему, сквозь черную материю было мало чего видно.

– Мы умеем колдовать!

– И не раздумывая применим свое умение!

Пора вмешаться, я уже неоднократно видел, что бывает после его применения.

– Лучезара, Василина, со мной все в порядке. Не вздумайте колдовать и снимите наконец эти дурацкие мешки.

К моему удивлению, послушались девчонки довольно быстро.

– Папа, а как ты узнал, что это мы?

– Да, мы же замаскировались?

Мне оставалось только улыбнуться. Длинные огненно-рыжие волосы, торчащие из-под маскировки, были самым главным отличием моих девчонок.

– Вы что, забыли, что я колдун? Просто я умею видеть сквозь любую материю.

– Любую? – переспросила Матрена, на всякий случай прикрывая руками могучую грудь.

На это мне оставалось только закатить глаза. Куда-то ее не туда понесло.

– Мн рзвжт нкнц? – напомнила о своем существовании моя солнечная супруга.

Я опять попытался воплотить задуманное в жизнь, и опять мне помешали. На этот раз в центре комнаты засверкали синие огоньки, и в их сиянии появились Серогор с посохом на изготовку и Серафима. Опа, а они-то откуда здесь?

Белый колдун в паре с ведьмой обшарили все цепким взглядом, на мгновение остановились на том, что осталось от Проши, на связанной Селистене и только после этого задали законный, но до ужаса глупый вопрос:

– С тобой все нормально?

– В общем и целом, – пожал я плечами, поправляя съехавшую простыню.

– А чего жену не развязываешь, наказана, что ли? – ехидно бросила Серафима.