их гробницы производят гораздо менее яркое впечатление и хуже украшены, чем принадлежащие обитателям Верхнего Египта, можно объяснить только воздействием географического фактора.
В конце периода правления Рамессидов появился письменный источник, содержащий рассказ о том, что египтяне действительно думали по этому поводу. Его иногда называют «Историей о призраке». В ней дух умершего явился одному из первых пророков Амона Хонсуэмхебу и пожаловался, что лишился своей гробницы. Примерно за 800 лет до этого царь подарил ему саркофаг из алебастра и четыре сосуда для каноп, но со временем гробница разрушилась, и в погребальную камеру стал задувать ветер. Четырежды духу умершего обещали, что ее восстановят, но каждый раз это обещание нарушалось. Пророк Амона предложил призраку совершить в его честь возлияние водой и подарить ему мешок пшеницы, но последний остался недоволен этим скупым подношением. Он хотел, чтобы его гробницу восстановили. Конец рассказа не сохранился, и мы не знаем, выполнил ли жрец желание духа умершего, но сам факт того, что призрак выразил его, весьма примечателен.
ВЫВОДЫ
Еще со «времен бога» египтяне старались сохранить тела своих умерших с помощью мумификации и предоставить им хорошие места для погребения. Покойного царя ожидала блистательная судьба, хотя даже он в определенной степени подвергался ограничениям, наложенным на человечество в целом, – нуждался в пище, и его стол для подношений постоянно наполнялся. Сановники и чиновники считали, что в своих «вечных владениях» они, окруженные членами семьи и полным набором слуг, каждый из которых продолжит заниматься своим делом, смогут снова погрузиться в счастливейшие моменты земной жизни. Однако со временем сформировалось представление о том, что покойный должен заслужить заботу потомков и доказать, что достоин молитв, возносимых за него посетителями его гробницы. Суд, задачей которого было не допустить разграбление имущества умерших, также получил возможность помещать поступки людей на весы, а затем решать судьбу каждого из них. Египтяне, несомненно, использовали магические формулы, призванные заставить судей оправдать всех. Однако такие предупредительные меры не могли ослепить их. Даже царям, прежде чем подняться на солнечную ладью, приходилось подвергнуться аналогичному испытанию. Они не могли обойтись без гробницы и ее дорогостоящего содержимого.
Изучая представления египтян о смерти и покойных, мы увидим, как мало их беспокоили противоречия, прослеживающиеся в их поведении. Неспособные отказаться ни от одной составляющей своего прошлого, они в конце концов оказались в полном замешательстве, но при этом не потеряли из виду конечную цель – неопределенное долгое продолжение жизни, которую они так ценили.
Глава 8. Интеллектуальные достижения
ЯЗЫК И ПИСЬМЕННОСТЬ
В настоящее время исследователи придерживаются точки зрения о том, что древнеегипетский представлял собой африканский язык, сформировавшийся под влиянием семитского. Точнее говоря, египетский, а также языки, относящиеся к западной (кушитской) группе африканских языков, а также восточной, ливийско-берберской, и семитские языки обладают общим происхождением. Для них характерны определенные общие черты, такие как преобладание согласных звуков над гласными, важная роль корней, элементы которых сохраняются в производных словах, большое количество гортанных звуков, наиболее характерным из которых является айн, и образование частей глагола путем удвоения второго корня и использования приставок. Для египетского языка, как и для африканских, характерен косвенный генитив. Как в нем, так и в семитских языках встречаются нисбы (относительные прилагательные) и ложные причастия. Несмотря на то что некоторые корни и слова характерны для египетского и африканских языков, еще большим количеством общих черт он обладает с семитскими языками, значительная часть египетских слов является самобытной, и для этого языка характерно спряжение глаголов. Местные и заимствованные элементы сплелись так тесно, что уже в правление первых династий египетский язык стал выглядеть однородным. Это связано с этническими факторами, о которых речь шла в предыдущих главах. В основном египтян можно считать местным населением, но, так как в Египет было легко попасть отовсюду, еще в доисторический период, как и в эпоху правления фараонов, в долину Нила со всех сторон стекались переселенцы, и вскоре они ассимилировались с местными жителями.
Египтяне стали обладателями обширного и разнообразного лексикона, в который вошли слова, описывающие все, что было связано с земледелием, разведением скота и птицы, различными ремеслами и видами искусства, охотой, рыбной ловлей и войной. При этом в нем содержалось незначительное число терминов, обозначающих абстрактные понятия. Для того чтобы выразить словами ту или иную эмоцию или умозаключение, египтянам приходилось прибегать к описательным конструкциям, в которые входили прилагательное или причастие и название определенной части тела. Так, проницательного человека называли «острым чертами лица», храброго – «сильным рукой», упрямого – «крепким ногой». Большинство абстрактных понятий сформировалось в результате сложного процесса развития языка. Изображение куска хлеба на циновке из тростника, с помощью которого первоначально обозначали подношение, хетеп, впоследствии стало использоваться для передачи таких понятий, как «спокойствие» и «удовлетворение».
Слово несу, «царь», изначально обозначало того, кто держал эмблему родовой общины, тростник, затем с его помощью стали называть царя Верхнего, а потом и всего объединенного Египта. Иноземных правителей называли «великими», а некоторых, таких как цари хеттов, персов и Птолемеи, – «самыми великими».
Речь, как правило, состояла из набора коротких независимых предложений. Об их соотношении, очевидно, можно было судить по интонации. Предложения «Тронулся я [дальше] ночной порою. [Когда] озарилась земля, я достиг Петена» из рассказа Синухета можно перевести следующим образом: «Отправившись в путь вечером, я достиг Петена, когда занялась заря»[56]. Для египетского языка характерно наличие множества частиц, служивших для обозначения соотношения различных предложений. Так, в тексте, вырезанном на стене гробницы эпохи Древнего царства, говорится: «Его старший сын сделал это для него, когда он был похоронен в прекрасной земле Запада в соответствии с тем, что он сказал по этому поводу, когда был жив и [стоял] на ногах». Длинные предложения, подобные этому, встречаются редко. Как правило, авторы различных текстов довольствовались чередой следовавших друг за другом коротких предложений.
Египетский язык обладает очень продолжительной историей, так как коптский представляет собой лишь более позднюю форму египетской письменности, для которой использовались буквы греческого алфавита. Египетский, по сути, является единственным языком, эволюция которого происходила на протяжении почти 5 тысяч лет, причем ее можно проследить. Что бы ни случилось, на его развитие влияли все события, оказывавшие воздействие на самих египтян. Апогея своей эволюции египетский язык достиг в период правления XII династии благодаря деятельности придворных чиновников и ученых мужей. Вторжение гиксосов и войны, разгоревшиеся в правление представителей XVIII династии, привели к многочисленным изменениям, которые можно сравнить (хотя, возможно, это и будет некоторым преувеличением) с приведшими к выделению романских языков
