— У Врадуира нет друзей, — бей выражения сказал Тирус. — Он предал друзей и родных за власть. Другими словами, он убил всю любовь, которую мог дать или получить.
— Ты дал ему однажды любовь, — сказала Джателла. — И твоя любовь была отвергнута. Но твоя собственная любовь полностью разбита?
Этот вопрос был очень неприятен для Тируса.
— Мы… нам нужно торопиться. День и ночь неразличимы здесь, во владениях Бога Смерти, но время идет и время играет на руку Врадуиру.
К их удивлению спуск за хребтом был довольно плоским. Впереди не было крутых утесов, которые им пришлось преодолевать до этого. Даже ветер и снег стихли и их заменил влажный туман. Туман был очень странный: испарения льда, собравшиеся тут и там в плотные скопления, от которых отражались звуки. Сам холод тоже изменился: он стал сухим и спокойным. Это все принесло им некоторое облегчение, но этот спокойный холодный туман и неподвижный воздух беспокоили их больше, чем резкий порывистый ветер со снегом и льдом.
Туман не позволял им видеть далеко вперед и о скорости спуска они могли судить только по своему положению на седлах. Они чувствовали, что постепенно приближаются к равнине. Тирус взмахнул рукой, используя свою магию как нож, чтобы прорезать туман и во мраке полудня очистить дорогу от тумана. Все в изумлении остановились, гладя на невидимое лезвие колдуна, заставляющее отступать ледяную влажность. Туман клубился над ними, хотя ветра не было. Под этим призрачным покровом перед ними раскинулась огромная ледяная равнина, которая простиралась с востока на запад на сколько хватало взгляда.
— Гетания, защити нас! — воскликнула в изумлении Джателла. Ее слови прокатились многократным и усиленным эхом.
Все ледяное поле было покрыто костями и обломками различных вещей. Валялись старые корабли, повозки — все разломано на куски. Военные доспехи и колесницы лежали вперемежку с крестьянскими телегами. Пораженные путешественники смотрели в ужасе на эту ледяную арену конца человеческих надежд.
Невдалеке над грудами костей и обломков возвышалось огромное строение, доминировавшее над ледяной равниной. За ним больше не было ничего — только бесконечный лед и вечная чернота северного неба. Бастионы и башни были закрыты угрюмым туманом. Цитадель была огромна, больше, чем любые города, она была крепостью на краю света, она внушала благоговейный страх.
Навстречу путешественникам из тумана выплыли какие-то прозрачные создания. Некоторые из этих печальных существ были светло-серого цвета, у других вместо голов были оскаленные черепа, а кости завернуты в останки сгнившей одежды. Лошади хрипели и косили безумными глазами при приближении этих жутких созданий. Люди старались сдержать их. Им приходилось преодолевать свой собственный страх при виде этой картины.
— Они… мертвые, — воскликнул Роф.
Морозные воздух ответил ему:
— …мертвые… мертвые… мертвые…
Главный из этих привидений сказал дрожащим голосом:
— Да, мы мертвы. Вы нас не можете увидеть средой живых, мы служим теперь другому хозяину.
Все эти прозрачные создания, бывшие некогда мужчинами и женщинами, зашевелились и начали брезгливо говорить:
— Мы были королями и проститутками, крестьянами и моряками, ворами и солдатами, священниками и пиратами. Теперь мы все принадлежим Нидилу, Тому, Кто Замораживает Дыхание.
Эрейзан стиснул руку Тируса и показал на группу привидений — людей, чья одежда еще сравнительно мало пострадала от губительного действия времени. Их плоть также еще не было тронута тлением. Ритуальные шрамы на лбах указывали на то, что они были моряками. Лица их были искажены смертью, но Тирус с Эрейзаном сразу узнали их.
— Капитан Дрие, — прошептал Эрейзан. — Мой… мой родственник.
Как долго они мечтали о мести этим предателям, которые сбежали из Камата и спасли Врадуира от уничтожения, которое он сам приготовил. Под командой Врадуира они грабили, похищали и убивали, как пираты. Их корабль был защищен колдовством врадуира и они могли спокойно плавать по всей Кларике. Затем корабль был покинут ими у маленькой деревушки возле озера. Теперь же было ясно, что и капитан Дрие вместе со всей командой был покинут их хозяином.
Тирус и Эрейзан с жалостью смотрели на моряков, жажда мести постепенно таяла у них. Народ Камата умер ужасной смертью, но все они попали к воротам Кета, к богам Кларики. Капитан Дрие и его люди были здесь — привидения, мертвые, но не мертвые, им было суждено бродить по этой ледяной равнине с несчетным числом других трупов, которые были прокляты в своих странах.
— Мой народ, — вдруг сказала Джателла, указывая на нескольких крестьян среди толпы привидений. — Мой несчастный народ.
Очень встревоженный Тирус покачал головой и сказал:
— Предатели и проклятые находятся здесь за грехи в своей жизни. Эти крестьяне просто рабы. Даже после смерти они являются рабами Врадуира и не могут обрести покой.
Джателла застонала, стиснула в отчаянии руки. Она страдала, что не может помочь своему бедному народу. Некоторые из привидений тянули с мольбой к путешественникам руки и уговаривали их:
— Живые люди, идите назад. Это владения Бога Смерти. Спасайтесь, пока можете, живые люди, идите назад!
— Они нас не видят, — предположил Тирус. — Колпак закрывает нас. Они только глаза и уши Врадуира. Они могут видеть и говорить только по его приказу.
— Мои несчастные люди, — снова сказала Джателла. В голосе ее была теплота и нежность. Она пошла прямо к ним.
Тирус схватил ее за руку и вернул обратно в убежище, а привидения продолжали свои предупреждения. Имен они не называли. Диалект был тот, который они использовали при жизни, но слова были словами Врадуира. Это он использовал этих мертвых марионеток, чтобы напугать вторгшихся сюда людей. Это представление постепенно надоело Тирусу. Он попытался заткнуть им речь, чтобы не слышать эти крики. «Живой человек» — этот термин, который употребляли куредские крестьяне по отношению к людям из города.
— Я ваша королева, — с надеждой сказала Джателла. Реакции не было. Она в отчаянии опустила голову, поверив тому, что ей сказал Тирус:
— Они потеряны уже для нас, они его подданные.
— Живые люди, среди вас есть кто-нибудь, кто намеревается выступить против нашего хозяина?
Этот вопрос заставил призадуматься Тируса. Он ощущал попытки Врадуира проникнуть под колпак. Магия и слова — все это его нападение. Тот, кто спрашивал их, повернулся и указал рукой в туман, по направлению к цитадели.
— Не ходи дальше, колдун. Иди назад. Это цитадель Бога Смерти. Наш хозяин построил ее для бога. И раствор для нее замешан на нашей крови. Она еще не достроена. И никогда не будет достроена. Возвращайтесь назад, иначе твоя кровь и твоя магия будут укреплять каменные стены крепости.
