уходить от атак. Кажется, от плотности схватки туман вокруг отступил, образовав своеобразную арену.
«Того, что я использую, недостаточно, — понял я. — Сила и скорость хороши, чтобы держать паритет, но мне нужно что-то еще».
Казалось, с каждой секундой охотник только входил в раж битвы. Я же, наоборот, терял энергию, а мое тело устало от предельных нагрузок. И немудрено — земля вокруг была испахана здоровенными рытвинами — от таких мощных атак мне приходилось уходить.
«Но как мне его достать?» — задался я самым важным вопросом.
Изучая монстра, я понял, что его шкура представляет из себя своеобразный природный магический щит. Чтобы его пробить, нужна была атака предельной мощи. Но мой источник недавно пережил серьезное потрясение и был способен лишь на слабые плетения. А значит, оставалось только одно.
«Покров, — подумал я. — Он может помочь».
Этот прием я подглядел у одержимых. При максимальном загрязнении темная энергия покрывала их, превращая в темный силуэт. В таком состоянии они имели мощное сопротивление магии и максимальную скорость. Именно эта способность превращала их в очень опасных врагов.
У меня была только одна попытка. И чтобы максимально повысить шансы, потребовалась пара секунд спокойствия. Но как их организовать?
Монстр совсем разъярился. Сверкающим белым силуэтом он преследовал меня, заставляя уворачиваться. Спасало только усиление и уроки Хоука.
Я тут же отмел варианты из разряда попытаться разорвать дистанцию и, пока монстр нагоняет, активировать покров. Тварь была слишком быстра и, кажется, что-то поняла. Пришлось действовать поистине безумно.
Усилием воли я заставил Злобу взорваться в организме, скачкообразно усиливая скорость. Тело налилось ощущением болезненного жара. Время вокруг будто замедлилось. Темная энергия повлияла на мое восприятие.
О побочных эффектах думать было уже некогда. В очередной раз я ушел от атаки монстра не в сторону, а вперед. Пригнувшись, я пропустил лапу над собой. Налитые свечением когти, разрывая воздух, промелькнули у меня перед глазами.
Пропустив атаку, я рванул дальше, в подбрюшье. Хватаясь руками за мягкую, сияющую шерсть, я полез вверх по боку монстра, к спине и шее. Меня спасло то, что я оказался в мертвой зоне — там, где у человека подмышка. Охотник не мог меня достать когтями, но это не означало, что он бездействовал.
«О черт!» — мысленно воскликнул я, когда ощутил, что падаю.
Монстр свалился на бок и начал кататься. Меня спасло только то, что шерсть была густой и мягкой, не позволяя раздавить. Не обращая внимания на действия врага, я залез выше и руками обхватил его шею. Это вызвало настоящее бешенство твари. Она задергалась, вытворяя непонятно что.
Счет пошел на секунды. Я держался лишь на морально-волевых качествах и усилении. Однако чтобы пробить шкуру монстра этого не хватало.
Я ощущал тепло тела твари, чувствовал, как вибрируют под шкурой его разгоряченные мышцы. Под ними пряталась вся жизненная суть монстра. Нужно было добраться до нее.
Остался последний шаг — погрузиться в Злобу. Он не был трудным. Совсем наоборот, чтоб сделать это, нужно было сбросить все оковы, дав Злобе максимальную свободу. Вздохнув, я сделал это.
Мир в один миг исказился, став черно-белым. А я ощутил уже не силу, но МОЩЬ. Краем глаза я отметил, что мои руки окутал покров, превратив их в темные когтистые лапы. Но это уже не имело значения.
Еще секунду назад такая прочная и непробиваемая шкура стала хрупкой, как бумага. Мои когти погрузились в плоть, оставляя в ней глубокие раны. Белоснежная шерсть тут же начала напитываться черной кровью.
Где-то на краю сознания я услышал дикий рев зверя, но мне было все равно. Я наносил удар за ударом, разрывая плоть и получая от этого ни с чем несравнимое удовольствие. Вслед за плотью показались кости. Кажется, это был позвоночник монстра. Позвонки были белоснежными и полупрозрачными, будто были сделаны из хрусталя.
— Тебе конец, урод! — расхохотался я.
Найдя взглядом позвонок под черепом, я нанес по нему удар. Треск ломающейся кости больше походил на хрустальный звон.
Монстр взвыл долго и протяжно и рухнул на землю. Его попытки сбросить меня больше походили на предсмертные судороги, но он все еще не сдавался. Мне же было плевать. Мощь и скорость позволяли даже не замечать его попыток. А упоение кровью и пришедший голод тянули продолжать.
«Надо быстрее завершить бой! — мелькнула в голове трезвая мысль. — Иначе последствия будут непредсказуемы!»
Однако вместе с этим разум одурманила жажда крови. Я получал удовольствие от ощущения силы и превосходства. Победа над монстром пьянила, и хотелось ее растянуть.
Очередным ударом я разбил череп Охотника. Я не ожидал от этого действия чего-то особого. Но вместо скользкого мозга взгляду открылось нечто другое — там сияла энергетическая сфера. Соединяясь с плотью, она образовывала орган, отвечающий за интеллектуальные способности.
Один вид сферы вызвал у меня нестерпимый голод. Дальше я действовал по наитию. Затемненные покровом руки, теперь больше походившие на когтистые лапы, потянулись вперед.
Схватив сферу, я без каких-то усилий вырвал ее. Едва это произошло, как по телу монстра пробежала дрожь. Нет, это уже была предсмертная конвульсия. Охотник еще раз рыкнул и испустил дух.
Я не обращал на это никакого внимания. Открыв рот, одним укусом поглотил сферу. Одна секунда, вторая… в моем нутре будто взорвалась сверхновая. От скачка сил покров рассеялся.
На секунду разум взбодрился, сбросив кровавую одурь. Секунда здравомыслия помогла мне подхватить Злобу и запереть ее обратно, вокруг магического источника. На этот раз энергия будто и не сопротивлялась. Казалось, убийство насытило её. Монстр, спящий внутри меня, насытился и хотел лишь свернуться калачиком и вздремнуть.
Придя в себя, я осмотрелся. Вокруг меня все еще был туман. Поляна походила на изрытое поле боя… коим она и являлась. И в центре этого лежала истерзанная туша Охотника. Глядя на его зияющие раны, я ужаснулся. Я и сам не помнил, когда успел так распотрошить монстра.
«Не важно, — подумал я. — Мне пора уходить и быстро!»
Я не знал, чем обернется поглощенная сфера, да и что это вообще такое. Сейчас на это не оставалось времени. Судя по самочувствию, скоро сознание должно было отправиться в беспамятство и нужно было успеть покинуть туман.
Определять направление не понадобилось. Нечто в моей сути точно знало, где центр аномалии. Мне оставалось лишь двигаться в противоположную сторону.
Прошло несколько минут, как в центре груди начало нарастать непонятное ощущение. Вкупе с общим дурнотным состоянием я приближался к потере сознания.
«Надо покинуть туман!» — раз
