Мэтью написал всего одно предложение на листе комментариев — так хорошо, что не было жалко ни секунды!
На самом деле, он не мог сделать никаких замечаний, кроме некоторых реплик, которые выглядели неловко, в фильме действительно не было ничего плохого, и Кристофер Нолан вполне хорош в создании даже таких фильмов о супергероях из комиксов.
Если вспомнить те несколько фильмов Нолана, которые он видел раньше, не говоря уже о балансе между искусством и коммерцией, то Нолан, несомненно, во много раз лучше братьев Вачовски, которые также имеют отличную репутацию в этой области.
Когда показ закончился и толпа разошлась, Нолан обратился к Мэтью, желая поговорить с ним наедине.
Поскольку Нолан должен был вежливо проводить тех, кто присутствовал на показе, Мэтью подождал его несколько минут, а затем они вместе отправились в соседний салон.
«Так хорошо, что не было жалко ни секунды». — медленно произнес Нолан: «Мэтью, не стоило преувеличивать».
Мэтью улыбнулся и ответил: «Темный рыцарь» — великая работа».
Нолан совсем не ожидал от Мэтью таких слов и немного смутился: «Я просто хотел снять нетрадиционный фильм о супергероях».
Затем прямо спросил: «Почему ты так говоришь?».
Он также хотел знать, почему это произведение, которое еще даже не было выпущено, было названо великим таким человеком, как Мэтью.
Не задумываясь, Мэтью ответил: «Она великая, потому что доносит идею до людей, особенно до тех, кто смотрит на коммерческие фильмы свысока».
Нолан совсем не понял Мэтью и был вынужден спросить: «Почему?».
Таким образом, Мэтью также проверял ум Нолана: «Вместо того чтобы бороться в литературном фильме, почему бы не поднять стандарт коммерческих фильмов, таких как «Темный рыцарь»?».
Нолан не смог удержаться от смеха: «Многие из моих видений фильмов должны быть обеспечены мощным финансированием».
«Warner Brothers — хороший инвестор». — Мэтью улыбнулся в ответ: «Разве вы не работали с Warner Brothers?».
«Warner Brothers всегда хотела работать и с тобой». — заметил Нолан.
Они сказали несколько слов о Warner Brothers, и Нолан сказал прямо: «Я попросил Чарльза прислать мне сценарий, и я не знаю, читал ли ты его еще».
Мэтью медленно кивнул: «Прочитал».
Он задумался на мгновение и добавил: «Сценарий был немного разрозненным, сложным и неоднозначным — это самое большое, что я почувствовал, прочитав его».
«Это была только первоначальная версия». — Нолан спокойно заявил: «Мой брат Джонатан выслушал идеи, которые я надиктовал, и написал сценарий в черновом варианте, а из-за некоторых непредвиденных обстоятельств у нас не было времени детально разобраться, прежде чем сценарий попал к тебе».
«Непредвиденные обстоятельства?». — Мэтью поднял бровь.
Нолан объяснил: «У тебя полный график, предстоит снять и спродюсировать два фильма, а Paramount Pictures планирует пригласить тебя на главную роль в своем новом фильме, так что следующие два года, безусловно, будут очень напряженными, поэтому я хотел сказать заранее, на случай, если у нас возникнут конфликты в расписании, если мы будем работать вместе».
Затем Мэтью спросил: «Когда вы планируете снимать этот фильм для выпуска в прокат?».
«Съемки начнутся следующим летом». — У Нолана явно был план: «Релиз летом 2010 года».
«Со сроками проблем быть не должно». — Мэтью снова кивнул, затем посмотрел на Нолана и спросил: «Не не могли бы вы уточнить, что это за проект?».
Хотя он увидел некоторые оттенки знакомого, он хотел быть уверенным, что это тот же самый фильм, который он видел раньше.
К тому времени, когда Мэтью и Нолан будут работать вместе на таком уровне, обе стороны, несомненно, должны быть достаточно искренними, и Мэтью уже выразил желание работать вместе.
Нолан также знал, что сценарий, в спешке присланный по факсу в Лос-Анджелес и пересланный Чарльзом Ровеном, был немного беспорядочным, и после минутного размышления сказал: «Тема и сюжет проекта — неуловимая мечта».
Он рассмеялся и добавил: «Сценарий, который тебе передали, и то, что он хотел сказать, — это то, о чем я думал снова и снова с шестнадцати лет. Я закончил общую идею восемь лет назад, но к тому времени история продвинулась гораздо дальше, чем я мог себе представить, она затрагивала отношения между реальным состоянием сна и полусонным состоянием».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мэтью кивнул.
«У меня всегда было много странных мыслей о том, что я всегда просыпался естественным образом посреди ночи, а затем погружался в легкий сон, и в этом состоянии я часто решал, что вижу сон». — Далее Нолан сказал: «После этого следовало еще больше странных ощущений, а истории внутри снов я смог разделить по памяти».
В этот момент Мэтью сказал шутливым тоном: «Я тоже так чувствую, иногда…». — он жестом показал вокруг: «Я думал, что сейчас я сплю, что все, что связано с Мэтью Хорнером в Голливуде, было чудесным сном».
Нолан улыбнулся: «Действительно, Голливуд — это прекрасный сон, от которого не хотят просыпаться люди, погруженные в него».
Затем он возвращается к теме: «Человеческий мозг может вместить полный спектр реалистичных сценариев, и в своих исследованиях я еще не сталкивался с границами такого поведения. Это как идти по пляжу и иметь возможность одновременно смотреть по сторонам и хватать горсть мелкого песка на пляже. Я пытался проверить это, манипулируя «люцидными снами», и мой сценарий основан на этих обычных и относительно простых истинах. Итак, мое видение заключается в том, что технология позволяет человеку вторгнуться в сознание другого человека и разделить с ним один и тот же сон в одно и то же время».
Последнее замечание Нолана — это то, что Мэтью также видит из сценария.
«После того как я попросил Чарльза передать тебе сценарий, у меня появилась новая идея для фильма». — Нолан продолжил: «До этого я планировал снять фильм о воровстве, где главный герой вторгается в ничего не подозревающего человека через сон и крадет его мысли».
Он медленно говорит: «Но великий режиссер должен стремиться к чему-то более высокому. Что меня всегда интересовало, так это многослойное проникновение в чью-то психику, и просто взять что-то оттуда — недостаточно убедительно».
Мэтью честно сказал: «Я думаю, идея достаточно хороша».
Нолан слегка покачал головой и озвучил свою последнюю идею: «Поэтому я создал для себя более масштабную цель, я представил себе новую миссию для героя — вложить идею в голову другого человека, идею, которая в обычных обстоятельствах встретила бы сопротивление, но благодаря их планированию она пустит корни и в конечном итоге заставит цель действовать в соответствии с требованиями своих потребностей».
Услышав эти слова, Мэтью не сдвинулся с места, но постепенно в его сознании крепла уверенность, что это именно тот фильм, который называется «Начало».
«Нужно посеять что-то в сознании человека, чтобы заставить его расти определенным образом, и ты должен предвидеть, как это будет расти в хаотичном порядке…».
Нолан продолжает: «Конечно, предстоит решить еще много проблем с сюжетом и сценарием, например, то, что мир снов должен быть настолько визуально и чувственно реалистичным, чтобы сновидец сам находился в мире снов, но не осознавал, что это всего лишь сон. В этом подсознательном состоянии раскрываются самые глубокие, самые ценные секреты человека».
Мэтью медленно кивнул, а затем с предельной серьезностью сказал: «Это гениальная идея».
«Итак…». — снова сказал Нолан: «Я хотел бы пригласить тебя присоединиться и превратить эту идею в гениальный фильм».
Мэтью честно лепетал: «Мне нравится идея».
После раздумья он добавил: «Кристофер, я не могу обещать ничего определенного без присутствия агента, но мне очень нравится то, что вы сказали».
Нолан, конечно, зная некоторые правила, сказал: «Я закончу работу над «Темным рыцарем» и перейду к этому проекту, а новую версию сценария пришлю тебе, когда она будет готова».
«Когда будет готова ваша съемочная группа?». — Мэтью продемонстрировал свою искренность: «Я сообщу своему агенту, чтобы он связался с вами».
